Краткий обзор первого тура Второго межпортального конкурса

Первая тема: «Она читала жизнь как роман…»
 
* * *
Листала огонь, обжигалась небом, лечила словом,
Бродила в бессонье, рождаясь почти бескровно,
Растила живые смыслы из яви новой  ̶̶ 
Но ей хотелось иного.
 
Мясистая мякоть грейпфрута с перцем пошла под виски,
Бездонность качнулась и стала опасно близкой,
Герой бормотал что-то пошлое по-английски
Под музыку в стиле диско.
 
Читала взахлёб, захлебнулась горьким, зашлась от кашля,
Колючие строки сплетались темно и страшно,
Последний абзац – так ненужно, ненастояще,
Что дальше уже неважно…
 
Читала небрежно, почти не глядя,  почти  случайно.
Войну пропускала, а где про любовь – скучала.
Захлопнула – эхо в колодце двора звучало…
Решила читать сначала.
(Людмила Калягина)
 
В этом стихотворении интересны первая и третья строфы. Несмотря на то, что в них тематика раскрывается напрямую, они всё же вышли живыми, в них уместно смотрится звукопись, способствуя созданию образов в воображении читателя. Вторая и четвёртая строфы – банальны до попсовости: перец, виски – это та же, в общем-то «клюква», финал оказался слитым, превращение стихотворения в сказку о «белом бычке» здесь смотрится пошло, смазывает всё впечатление.
______________________________________________________________________
Баюльная сказка
 
Ты считаешь – раз, ты считаешь – два. 
В голове таракан засмотрел до слез, 
Залистал до дыр, зачитал роман. 
Это что, всерьез? 

Пресвятая Дева летит, летит 
Разбросав листовки и руки крестом. 
Не подбриты подмышки, пах – неолит, 
Кучеряв кустом. 

Колосится пшеница в полях людей, 
На шоссе полно кобелей и сук. 
Иисус собирает в пакет червей 
Всеземных наук. 

Я считаю – раз, я считаю – два. 
Колыбель скрипит, умирает дочь, 
И баюльной раздавленные слова 
Утекают в ночь. 
 
Обеззвучь себя, спрячь меня в мешок, 
Затяни, кинь небрежно у самых ног. 
«Отключу телефон, напишу стишок». 
Ну и как, ты смог? 

Он считает – раз, Он считает – два, 
Он считает меня и тебя с листа. 
Расчленит на строки из озорства: 
Ты – поломан, а я – пуста.
(Jemu)
 
Без эпиграфа это стихотворение смотрится несколько разрозненным, но и даже с ним  остаётся впечатление обрывочности, будто камера оператора мечется между разными объектами, не давая зрителю (а здесь читателю) понять, почему снимается (пишется) то или иное, и почему оно представлено именно так, а не иначе. Сами образы сильные, но общий паззл из них сложить несколько трудновато.
 
____________________________________________
 
* * *
 
Нет, не тюрьма. Мир – комната для немых,
Перегорели пробки – сиди впотьмах.
Город наутро звонким дождем умыт,
После зимы опять наступает март.
Окна откроешь – шепот и шорох шин,
Птица поет (и куда ее занесло?),
Воздух расцвечен звуками и расшит,
Слушай! Лишь одного не услышишь – слов.
Клавиши, струны – можно любой мотив,
Или жестикулируй, пиши, читай.
Эпистолярный жанр, только выбрать стиль...
Буквы – смотри – ложатся на гладь листа,
Слово (как птица в тугом силке) задрожит,
И зазвенит – на разные голоса!
 
Мы перепишем по-новому нашу жизнь,
Ведь всё равно будет некому – рассказать.
(Инга Сташевска)
 
Мне это стихотворение увиделось весьма, живым, ёмким, образным. Необычна само раскрытие образа и тематики немоты. Чаще всего немота или молчание – это состояние либо вынужденное, либо это – некий обет. Здесь же немота позволяет раскрыться другим аспектам и сторонам жизни, возможность услышать новые звуки, возможность для самого слова зазвучать по-новому – не из уст, а с бумаги, возможность самой жизни стать иной, новой.
_____________________________________________________
 
Река изучала...
 
...а днём громыхнуло в утёсы и склоны:
природа тряхнула свалявшейся гривой,
протёрла, спросонья припухшие, волны,
и лёд потащила речушка ворчливо..
..................
 
Река изучала свой мир, как романы...
Домашние хлопоты-дело в привычку:
спокойно впадаем в моря-океаны,
шлифуем пороги и чистим водичку.
А в нерест забуйствуют мысли и страсти!
Сплошные сюжеты! Да срок им короткий.
Успеть бы, по-творчески, берег украсить,
чтоб валом: туристы, поэты и лодки!
Закаты, рассветы, изгибы и плёсы...
Жизнь нежно и властно листает страницы.
Ещё- интересно разглядывать звёзды,
и думать, что нового высвистят птицы.
О людях-отдельно, журчаньем и в плеске,
под дождик осенний у дрёмного яра...
.............
...Родник слушал шепот и шорохи леса,
и правил всю зиму теченье  романа.
(Людмила Черных)
 
То что отличает это произведение от прочих в этой теме, так это то, что героиней является не человек, не какое-либо иное живое существо, а предмет неодушевлённый – река. Приём простой и нехитрый, но в данном случае срабатывает хорошо, как приятная неожиданность.
 
_____________________________________________________
 
 Молчание
 
                                        Всё глупости…
                                     А.П. Чехов "Чайка"

Вот тебе, девочка, лавка земных чудес:
птичка-свистулька, рожок, воробей ручной.
Лес не волшебный - вполне себе лес как лес.
Поговори со мной?
Что ж ты, болезная, хочешь: большой любви?
Пьер раздобреет, Болконский уйдет в запой.
Лучше присядь, на полу умостившись, и
Поговори со мной.
Так не бывает. Наташа пойдет в декрет,
будет бороться со стрессом и сединой.
Что, сероглазая, сверлишь земную твердь?
Поговори со мной.
Так не бывает. Последний из Могикан
будет растерзан, закопан, снесен волной.
Дурочка Кора, откладывай свой роман,
поговори со мной.
Твой героический эпос - собачья чушь.
Лунные камушки, глина, палящий зной -
Бог тебя создал, забыв про отменный вкус.
Поговори со мной.
Глупая девочка, радужный Индостан -
горка картона, трущобы и перегной.
Мантры - пустышки, а смерть не излечит ран.
Поговори со мной.
В Лету ли канешь, падешь ли в священный Ганг -
кто тебя знает, чумная. Укор немой
Гаснет во взгляде, сменяясь на миннезанг.
Поговори со мной?..
Спи, непутевая. Спи, и увидишь явь.
Серые бездны подернулись пеленой.
Утро - мудрёней, а сказки врагу оставь
и засыпай со мной.
Самое время читать о тебе Псалтирь,
Самое время молитве, пускай ночной.
Буду просить нам бессмертия. 
Бог - как ты...
Бог помолчит со мной.
(Fishsoul)
 
Написано очень хорошо, единственное, что Пьер и Болконский слишком ожидаемы при такой теме, классическая ассоциация к слову «роман» это -  «война и мир», и само размышление над тем, что станет с героями произведений за рамками самих романов, тоже довольно часто встречается.
______________________________________
Вторая тема "Жизнь невозможно повернуть назад..."
 
Прапамять
 
У пылающей светом Синайской горы
Я стояла – одежды и кудри чисты.
Убежав от надзора послушной сестры,
Я касалась ногами запретной черты.
 
Мир купался в волнах золотого стекла,
Уплывала, кружилась, летела душа,
А сестра незаметно ко мне подошла
И держала за плечи, почти не дыша...
 
Я так часто и глупо живу не всерьез,
Забывая рассчитывать жизнь по годам,
Но приходит опять безответный вопрос:
Кто из нашей семьи перешел Иордан?
 
...Не дымились, чернели подножия гор.
Легионы стянулись к последней черте.
Вещий Город голодные руки простер.
Половине из нас умирать на кресте,
 
Половине исчезнуть на рынках рабов,
По дорогам брести, кандалами звеня.
Я смотрю на холодные искры костров.
Но к какой половине причислят меня?
 
Помню серьги, серебряный узкий браслет
И не знаю, чем кончилась эта судьба.
Промелькнули последние тысячи лет,
Я все ту же копну убираю со лба,
 
Не желая укладывать, стричь и плести –
Пусть летят, как тогда – у Синайской горы.
Если б снова пройти по тому же пути
И почувствовать кожей ладони сестры.
 
Все прошедшие жизни сложить, пролистать,
Понимая причины, потери, дары,
И уверенно, точно – последнюю вспять –
Прямо к Солнцу, минуя чужие костры...
 
Но и тот, кто намного сильнее меня,
С вечным знанием будет ли счастлив и жив
На Земле, что не помнит вчерашнего дня
И историю прячет в постыдный архив?
(Ольга Шенфельд)
 
Ритмика и мелодика стихотворения очень хорошо передают общий настрой, завораживают, чаруют. Картины предстают ясными, чёткими, ощущаемыми – даже холодок бежит по спине. Местами есть шероховтости, и возможно, для стихотворения была бы лучшей чуть бОльшая лаконичность, сжатость повествования.
 
______________________________________
 
Уроки и перемены
 
Вернуться туда, где большими казались деревья,
не только деревья, но даже ромашки, пожалуй,
где голубь бумажный над партами медленно реял,
где галстук плескался на шее – холодный и алый,
 
вернуться туда, где в тетрадях – линейки и клетки,
а что на доске, к сожалению, видно нечётко…
Вернуться туда невозможно без Ленки. А Ленки
три года как нет. Потому что – палёная водка.
 
И нет уже нескольких наших из первого ряда.
Но здание школы, на месте которого – стройка,
открыто ночами. Ночами – какие ограды,
какое имеет значение – «пять» или «тройка»?
 
Вернуться нельзя, все вороны об этом судачат.
Но в классе, восставшем из времени, пепла и хлама,
живые и мёртвые вместе решают задачи,
которые точно выходят за рамки программы.
(Ника)
 
Стихотворение очень простое, даже совсем бесхитростное, но вместе с тем живое, честное, и этим «берущее» читателя.
____________________________________________
 
Взросление
 
Кончилось детство. Сегодня в четыре двадцать. 
Вышел на улицу, вытолкнулся наружу, 
Вниз посмотрев, в луже увидел лужу. 
Мир, понапрасну не любящий отражаться, 
Спрятался глубже. 

Ноги (уже не ребенка) лизнули капли, 
Черный ботинок стряхнул их в лицо дороге, 
В серости растворились единороги… 
Тот человек, что любил «наступать на грабли», 
Вырос в итоге. 

Начал работать. Влюбился в большие числа. 
Деньги теперь кладутся в иные банки, 
Раньше на то годились простые склянки, 
Зеленью назывались (по праву) листья… 
В царстве обмана 

Умер ребенок. Примерно в четыре двадцать. 
Время стучит по крышке: секунды градом. 
Как обратить бегущее с нами рядом?
Чтоб умирая, снова взрослеть, рождаться… 
В ритме обратном.
(Моисеева Анастасия)
 
Для меня как для читателя осталось неясным, что же именно послужило такому резкому окончанию детства. Чаще всего резкое взросление наступает от сильного потрясения – дурной вести, предательства, и т.д. Здесь же этот момент не раскрыт. В случае постепенного выхода во «взрослый» мир, нет чёткой даты, и тем более времени до минуты, между игрушечными деньгами в стеклянной банке и настоящими деньгами на счёте все же есть довольно длительный промежуток.  Поэтому получается определённая нестыковка.
 
______________________________________________________________
 
Лесополосы
 
Это память запахла, как подмаренник,
Цветёт и цветёт вдоль грунтовой дороги,
Небо гудит огромным жуком-оленем;
Мама вздохнёт и скажет: "Не трогай".
Точно зная, что следом за ним побежишь.
За деревьями - с ветром - смеётся жизнь,
Почему-то смеётся маминым голосом:
"Опять заблудился? Выберись сам". -
"Но как? Здесь такие большие леса". -
"Лесополосы, сын, лесополосы...".
 
А потом были люди. Всегда. Везде.
Те – чуть дальше, те ближе, как деревья.
Как положено, ты дорогих проглядел,
Потому и молчишь, что тебя проглядели.
Это всё-таки лес: жизнь мелькает, но
Без привычных слов и всё с большей скоростью.
Иногда звонишь… После каинов,
После авелей. Там – окраина.
Там, куда звонишь, лесополосы.
 
Наконец, ни людей, ни времени. Холодны
Стены дома. Детские ловишь сны,
Будто круг замкнётся и что-то назад возвратится.
Но в тумане застывшем срублены три сосны,
И зовут еле слышно лесополосы: "Сын.
Сын,
Пора заблудиться".
(Руслан Романчук (simon)
 
Очень нежное, пронзительное стихотворние. Очень тяжело писать о любви между родителями и детьми (да и вообще о любви), часто произведения получаются заштампованными, похожими друг на друга. Это стихотворение – ощущаемое кожей, почти физически слышимое, до озноба.
____________________________________
Тема третья - "Сон во сне" (или "Мечтая во сне")
Морок
 
Мачеха, наряжаясь, была светла,
Песенки щебетала, глядела зорькой.
Ленты узорные в косы мои вплела,
Бусы из пёстрых перьев да ягод горьких.
"Полно зевать, красавица, отнеси
Тётке-колдунье иголок, зеркал и свечек,
Встречных не окликай, берегись трясин.
Мороком путь зашёптан, узлом заверчен".
 
Лес колченогий жаден, хитёр и крив,
Кажет монетку, удавку за мхами прячет.
Серые очи - длинные листья ив -
Наземь слетая, тропу выстилают плачем.
Слышу во хмари прелестные голоса,
Кто это, кто навстречу? Длинны подолы,
Ирисы жёлтые выцвели в волосах,
Ирисы на плечах синеватых, голых.
 
"Девица-свет, отведи нас до края топей,
Девица-свет, помоги нам рубашки штопать,
Девица-свет, мы сами себя не помним".
 
Свечку, иголку, зеркальце отдала.
 
"Мачеха прямо к Маре тебя гнала".
 
Сонной траве - ласкаться и к сердцу льнуть,
В тёплый живот укладывать корневища,
Мне - покоряться Мороку-шептуну,
Ждать беспробудно, кто первым меня отыщет.
Пёстро в лесу от стаек узорных лент,
Их задушить и смять не сумела дрёма.
День рыжебокий выспался, осмелел,
Пташкой одна из лент полетела к дому.
 
"Полно бока отлёживать, надевай
Платье без вышивки, чёрное да с червонным.
Тётка приехала - вынеси каравай,
Только без соли, дурочка, и с поклоном".
Мачеха спозаранку бледна, смурна,
Верно, мы обе кошмаром одним морились:
Тяжкие головы, полные чугуна.
Зелен подол промокший, за ухом - ирис.
(ellana)
 
Хорошая страшная сказка. Думаю, что если читать это стихотворение  в глухой деревне или в лесу, то может стать по-настоящему жутко - в хорошем смысле.