464
Рубрика: литература

Финн Вулфард – Милли Браун – Наталия Дайер

1. Финни Вулфард

2. Милли Браун

3. Наталия Даейер

Стихотворение Финна Вулфарда благодаря обилию сонорных согласных звучит мелодично. Использован амфибрахий, который удачно сочетается с морским образным рядом. Понравилась укороченная строка, создаёт эффет эха. Из технических недочётов можно отметить неправильное ударение в слове «клЕшни» (правильно – «клешнИ»).

У Милли Брауна есть пафосные («наступит век без горя», «на погибель обречённый мир») и слитые («встал, как странный») места. «Заполняют старый палисадник // лишь пырей и мятлик. Сквозь туман» – появляется случайная внутренняя рифма мятлик/полисадник, которая вместе с нагромождением согласных  делает звучание натужным. «Въехал в городок последний всадник» – амфиболия: последний городок и последний всадник. Уменьшительно-ласкательная форма «городок» выбивается из холодной средневековой атмосферы.  «Значит скоро кончится чума» – пропущена запятая после «значит». Опустевший, поседевший – так называемые «вши» плохо сказываются на звукописи. 50% грамматических рифм. Места/повсеместно – по-моему, повтор однокоренных не обоснован.

Стихотворение Наталии Дайер начинается с отсылки к «Дому, который построил Джек». Видна попытка фонетической игры («ока оконного – веко»; «нужно ненужное»), как по мне, не особо выразительная. Получилось звукоподражание «ко-ко-ко». Да, и образ «око окна» – штамп. «В восторге примерно четыре минуты» – так и хочется спросить, кто-то стоял с секундомером и измерял, сколько длится восторг? Особенно позабавило в этом контексте слово «примерно». Рифмы или банальные (ты/мечты), или грамматические (дочурки/жмурки). В целом смесь морализаторства («подлости века», «модные засранцы» и.т.д.), штампов и акынства.

 

Шон Эстин – Линни Бертелсен – Пол Райзер

1. Линни Бертелсен

2. Шон Эстин

3. Пол Райзер

Линни Бертелсен в целом неплох, получилась экспрессивная любовная лирика. Однако не обошлось без штампов («словно на сердце камень...»), затёртых ассонансов (руками/камень), авторских ударений, повторов однокоренных  (например, слова три раза слова «пустые»), баттологии («бы было»).

У Шона Эстина какая-то дикая эклектика: буддизм (сансары, карма, инкарнация), христианство («играющий бес»), римская мифология (Купидон – почему лукокрылый???). Удивляют метаморфозы, происходящие с ЛГ в рамках трёх строк: то он «чуткая намагниченная стрела», то «синяя слепая птица». Автор пошёл экстенсивным путём – напихал всякого разного, но не позаботился о внутренних связях. «Я твой образ унёс как саднЯщий нарыв» – правильное ударение «сАднящий». «Женских юбок» – плеоназм, поскольку юбка – «женская одежда от талии книзу». Вряд ли кто-то представит себе шотландца, тем более у шотландской юбки есть специальное название – килт. «Поднимала ввысь» – плеоназм. «Чистый лист манил перья и кисть" - плохо по ритму, так как значимые слова попадают в бездарные зоны анапеста, читается «мАнил». "И по смазанной огненной кровью резьбе" – не очень удачная конструкция.

Стихотворение Пола Райзера штампованно («воздух нежностью пропитан»; сердце-бабочка; «раскрытые объятья»; «мотылёк летит на свет»). Назывно: предательство, нежность, любовь, стыд, счастье. По технике – стандартный четырёхстопный ямб, из-за чего в строках «А сердце, предвкушая битву», «Стоять, не надевая платья», в которых пиррихии приходятся на опорные стопы, хочется прочитать «прЕдвкушая», «не нАдевая». Многие строки начинаются с факультативных союзов, что говорит о том, что текст не вычищен. Банальные рифмы, амфиболия («А миг определяет слово» – кто кого определяет?), появление сонорных слогов («И обретаю смысл жить»). Для чего значок хэштега – непонятно.

 

Эннистон Прайс – Тинсли Бинэм – Марк Стегер

1. Эннистон Прайс

2. Тинсли Бинэм

3. Марк Стегер

Энистон Прайс запомнился. Отдельно отмечу: «похороны – игры», «большие груши, в родинках и шрамах».   «Кладбищенских безгривых львов, чудил // Священник, напевая над уснувшим» – интересный анжамбеман, основанный на омонимии глагола «чудил» и существительного во множественном числе «чудил».

У Тинсли Бинэма начало было более менее обнадеживающим. Морализаторский повелительный финал окончательно испортил впечатление. В целом пафосно и штампованно: ветер судьбы, предчувствие смерти, захлопнули ставни сердец, птицы-души, бесконечный ужас войн. Усечённые формы (забвенье, рожденья), 50 % грамматических рифм.

 Марк Стегер также грешит штампами: тусклые глаза, прежний блеск, душа не болит, тьма густа и кромешна. Много имён собственных, нет авторского переосмысления мифов.

 

Росс Даффер – Шон Леви – Эндрю Стэнтон

1. Росс Даффер

2. Эндрю Стэнтон

3. Шон Леви

Росс Даффер написал атмосферное стихотворение. Меняется временная фокализация – повествование из настоящего времени («молчит») переходит в прошедшее («доклёвывал»).

 Эндрю Стэнтон тоже неплох. Разве что по стилю имеются нарекания. Соседство архаичных усеченных форм (мирозданья, окруженьи) и современных (единению). Нанизывание родительных падежей ("Воплощённая тайна механики сфер мирозданья", "Жертвой пламенной неизречённости имени Бога"). «Надёжней» – прилагательные в простой форме сравнительной степени с суффиксом «ей» являются разговорными, в данном стихотворении была бы уместнее полная форма.

Сложилось впечатление, что Шону Леви сказать было нечего. Общие фразы («было тяжело», «было нелегко») перемешены со штампами («оплатила урок», «за счастье платят горечью»). Многоточия не к месту, обилие  частиц и указательных местоимений («та самая», «так», «же», «так), пустые обращения («впрочем, знаешь, мне не жаль») ещё больше усиливают это ощущение. «За что любимый столько лет меня так мучил» – лишняя стопа. 

 

Турнир утешения (2-ой матч, второй раунд)

1. 4

2. 5

3. 3

4. 6

5. 2

6. 1

Видно, что № 4 умеет выстраивать развернутые метафоры. Получилось лучше многих стихотворений из основного турнира. Однако есть, казалось бы, небольшие, шероховатости, которые портят впечатление. «Мы обои прилипли» – это игра такая  или ошибка? (правильно «оба»). «Пожароопасно сжиганье мостов» – мостов не хватит на желающих их сжечь. «Затонувшего вдребезги» – нарушение лексической валентности.

№ 5 «МиротОчат блаженной росой»  – правильно «мироточАт»

№1 – что вижу, то и пишу. «Пушистой кошки масти огневой» – нанизывание падежей. «Сегодня снились белые халаты, // Я вырываюсь, а потом – провал» – рассогласованность глаголов по временам.

 

Ной Шнапп – Роб Морган – Джо Крест

1. Роб Морган

2. Ной Шнапп

3. Джо Крест

Роб Морган по рифмам и образам интереснее оппонентов. Однако метафоры не всегда связаны между собой. Например, «парад планет в финале» вместо того, чтобы подвести черту всему, что было сказано, вогнал в ступор. По звуку не очень. Здесь и сдвиги («модель трагедии не как у Эсхила, мы» –  «каку Эсхила»; «как нескончаемый мизер»), создающие комичный эффект, и баттология («то на нашем» – «на на») создающая эффект заикания.

Стихотворение Ноя Шнаппа вторично как по стилю (повествование ведётся от третьего лица, указывается возраст ЛГ, что она делает/не делает, вклиниваются англицизмы («OK», «лайки») – всё это было миллион раз), так и по содержанию. Очередная вариация на тему "жизнь-театр" без каких-либо находок. Псевдофилософские фразы особой глубины не придают. Не хватает сжатости смыслов, личных переживаний. Текст настолько буквален и прозаичен, что его можно пересказать без особого ущерба для содержания. Повествование с будущего времени («Улыбнувшись, она отвернётся») переходит в настоящее («Ни один не идёт»). Небрежное обращение с пунктуацией, ошибки в написании слов ( "Исакий" вместо "Исаакий"), неблагозвучия («и Исаакий»), повторы, обилие местоимений, втычки.

Джо Крест использовал стилизацию под «народную поэзию». Стилизация потащила за собой соответствующие штампы («чернее смерти», «полновольнее ветра», «пьян от горести»). «Волю катам напиться» – «волю» и «катам» слились в одно слово – «волюкатам». Рифма предстала/пристало – глагольная, да ещё и однокоренная.

 

Турнир утешения (1-ый матч, второй раунд)

1. 5

2. 4

3. 1

4. 3

5. 2

6. 6

 

Сэди Синк – Мэттью Модайн – Джон Рейнольдс

1. Мэттью Модайн

2. Джон Рейнольдс

3. Синди Синк

У Мэттью Модайн благодаря необычному интонационно-ритмическому рисунку и работающим повторам получилось качественное экспрессивное стихотворение. «Жмётся трава к травинке, а я - к траве», «приладив доску к доске» – случайно не «Февральским» Луны Манакури навеяно?

Джон Рейнольдс порадовал современным форматом А4. Однако по образам получилось довольно попсово («сердцем стучит», «холодные пальцы», «не умеет греться»). Создалось ощущение, что Автор хотел сделать покрасивее.  «Он кладёт на алтарь её» – по синтаксису выходит, что «он» относится не к «Дику», а к «знаку». Зачем-то упомянуто иностранное имя (кому-то что-то дало имя Дик?). «В ладонях сердцем стучит весна» – тот самый случай, когда омонимичность наречия и формы творительного падежа сыграла злую шутку. «Безответный дар» – плеоназм, если имеется встречное предоставление, то это уже не дар, а мена.

Теперь Синди Синк. "Пересоленный снег, оставляющий след на ботинках" - оставляющий - несовершенная форма, то есть означается процесс. Ботинок несколько (не один) При этом след один? Здесь лучше бы подошла или совершенная форма (оставивший), или множественная форма ("следы"). "Где-то минуте на пятой" - везде ЛГ стоят с таймерами. Что дают читателю эти "пять минут"?

 

Кара Буоно – Джо Кири

1. Кара Буоно

2. Джо Кири

Стихотворение Кара Буоно удачно вписывается в дуэльный формат. Метафора «жизнь-театр» трансформировалась в метафору «жизнь-арена». Приёмов не сказать что много, но вполне достаточно для передачи атмосферы: закольцованность композиции («Видишь верёвку?»), анафоры, словесная игра («спят или спятили»), удачный анжамбеман («Может последний, может всего лишь пред – // станет понятно позже, когда на свет»). «Крепко сжимая шест (на потеху дну) // веры в иной исход на другом конце» –  при восприятии на слух будет слышаться не «шест веры», а «дну веры».

Джо Кири написал небезынтересно. Понравились развёрнутая метафора, изменение фразеологизма ("сравняться с тобой"), окказионализм "однотрупников". В целом же видна погоня за красивостями. Очень много эпитетов. Повторы однокоренных показались необоснованными, так как повторяются абстрактные понятия ("вечный соперник", "вечная гниль", «тих/тиши»). "Мой вечный соперник, соратник, любовник, тиран и товарищ" - логическая ошибка при перечислении (частное смешивается с общим), поскольку соратник -  это боевой товарищ. "Мой ласковый глаз голубой" - когда определения стоят с двух сторон от определяемого слова, создается ощущения, что это сделано с целью соблюсти размер. «Нас нет. Мы давно испарились. Исчезли. Мы просто – ушли» – водянисто и тавтологично, градации не получилось.

 

Ребекка Томас – Вайнона Райдер – Дэвиж Харбор

1. Ребекка Томас

2. Вайнона Райдер

3. Дэвид Харбор

Ребекка Томас порадовал неординарным подходом к раскрытию темы. Умение написать стихотворение без знаков препинания так, что это не вызовет трудностей при прочтении, говорит о высоком мастерстве. "И в сознательной струнной лжи" - сознательной лжи - плеоназм, поскольку ложь - намеренное искажение истины.

Стихотворение Дэвида Харбора начинается со штампованного пафоса в первой строке: «не скрыться от боли». Дальше не лучше: растраченные дни, потерял тебя, остался собой, разбился о жизнь. Единства образного ряда также не наблюдается: эмоции-пули, тающий снег, шахматная фигура. Многочисленные втычки, повторы однокоренных (легкомысленность/мысли, снов/сон, остался/остались, жизнь/выживаю), орфографические ошибки ("осизаем" вместо "осязаем", "по неволе" вместо "поневоле", "я остался собой - бесполезной фигурой - // что на шахматном поле всегда был чужим" - слово "чужой" относится к фигуре, поэтому должен быть женский род), перескоки ударений ("в мОем мире остались сражаться фантомы")

Дата публикации: 06 марта 2017 в 13:35