393

Шесть уроков по освобождению текста от словесной мертвечины. 

Отличить живого человека от мертвого — проще простого. Понятна и разница между живыми и мертвыми языками: латынь и санскрит используют только ученые и священники, шумерскому и урартскому языкам повезло еще меньше.

Неразбериха начинается, когда приходят живые мертвецы.

Люди-зомби пока что обитают лишь на территориях видеоигр, фильмов и книг (и, возможно, Карибских островов, славных вуду-обычаями). Зато языковые зомбюрократические приёмы уже проникли повсюду, заразив и русский язык, а может быть, и вашу речь тоже.

Давным-давно Корней Чуковский первым произнёс слово «канцелярит», уподобив чиновниче-канцелярский язык болезням вроде гайморита и бронхита. Канцелярит прикидывался «живыми словами», и угрозу недооценили. Великий переводчик Элеонора Гальперина (Нора Галь) выразилась жестче: «Канцелярит — это мертвечина. <...> Мертвый хватает живого».

Десятилетиями вирус мутировал, изуродовал миллионы статей и книг — и только тогда его стали изучать в своих секретных лабораториях силы небыстрого лингвистического реагирования.

И вот вакцина от зомби-вируса готова, проверена, и мы предлагаем её человечеству, здесь и сейчас, в виде бесплатного учебного курса: https://www.timuroki.ink/thewritingdead 

 

Дата публикации: 08 декабря 2018 в 13:24