98
726
Рубрика: литература

Мы запускаем новых цикл публикаций на ЛитКульте. В них будем говорить исключительно про авторов, точнее про их тексты.

Редакторы ЛитКульта и лучшие авторы портала будут говорить про своих коллег по перу. Какой портрет автора они видят? Про что тексты автора? 

Сегодня эти вопросы были посвящены творчеству редактора ЛитКульта Святослава Белковского.

 

Ксения Комарова

Славу я заприметила, когда он начал активно комментировать чемпионат поэтов. У него были удивительно тонкие, ироничные замечания, с которыми я часто не соглашалась, но это делало их еще интереснее. А вот стихи его мне показались картонными, о чем я немедленно ему написала. Мы поругались, я назвала его мусоросжигателем, на том и разошлись. Когда Слава стал редактором, он начал быстро расти как поэт. И, оказалось, он еще и тонкий прозаик - лиричный и пронзительно-беззащитный (обожаю такое). Не могу сказать, что Славино творчество сейчас мне кажется технически совершенным или содержательно новаторским, но то, что он не останавливается в своих поисках, отличает его от многих. Для поэта любого уровня важно не каменеть. Ну, и строки "Это я расстрелял Че Гевару,

Продал родину, предал Христа" стали мемом. На мой взгляд, юмор и обнаженная откровенность - главные качества лирики Славы, сильные ее стороны. Впрочем, много у него и мусора, только ему понятных образов, цитат и строк. В чемпах он легко узнается по англоязычным вставкам - и они редко бывают удачными. Чтобы Славе добиться славы, придется трудиться дальше.

 

Тамила Синеева

Слава поначалу, как только пришёл на Литкульт, показался мне очень серьёзным и жестковатым автором. Я даже побаивалась его. Но со временем первые впечатления рассеялись, и я увидела в нём много замечательных черт, таких как целеустремленность, обязательность, порядочность, ну, и, несомненно, талант поэта. Прекрасное чувство юмора, готовность придти на помощь, отзывчивость - всё при нём. Интересный собеседник, участник различных тусовок, чемпионатов и других поэтических мероприятий. Я видела в записи его выступление на сцене. Что сказать? Только "Браво, Слава!"

В поэзии Слава, на мой взгляд, вечный экспериментатор. И это здорово. Он пробует разные стили и формы. Старается работать со звуком и рифмами. В каждом стихотворении своя эмоциональная окраска. Человек живёт поэзией. Дышит ею. 

Очень понравилось вот это стихотворение:

когда вижу что одиночество в моде
в одной строчке пусть трепыхается оди-
а -ночество может болтаться в другой
никто этих строк не коснётся рукой

когда от простоя бесславного порчусь
звездою горит наверху одиночест
а где-то внизу беспонтовое -во
и можно сказать соблюдён статус-кво

а если накроет нас время прощаться
я сам разорву это слово на части
тебе -чество ну а себе один

Это же надо, так красиво разобрать на части "Одиночество"...

Ещё одно прекрасное стихотворение:

Dead to the wor(l)d

http://litcult.ru/lyrics/86241

Какое ни возьми стихотворение, в каждом своя изюминка. Можно много  написать об авторе, но лучше всего - открыть его страничку и читать стихи. Жаль, что мы так и не встретились со Славой в Питере, но если встреча когда-нибудь случится, мы обязательно обнимемся. И вместе послушаем Блэк-метал.

 

Вадя Голимый

Представим же теперь альтернативную реальность. Выходит новый альбом. Автор всех текстов – Incenerator. Давайте порассуждаем, что это будет за группа. Ну, начнем со Slayer. Вокал, бокал или лирика? На деле, я все же думаю, что Pantera или, Oh no, Creator. Хотя, я бы предложил группу Brat (чисто брат, братан). Как раз – такой вот свежачок, а девушка на вокале так кастомно поднимает ножку. Слава может предложить группе Brat очень своевременную неумышленность. Ведь далеко не каждый может совершать такие спокойные входы и выходы в семантический хаос, а в текстах нужно именно это. Слава умеет соединять провода. В тексте. Правый провод, левый провод, а на выходе – смысловое замыкание. А потом уже новый катрен. Ритм тут подспуден. Если кричать с помощью стихотворения Святослава Белковского, то мы сразу увидим, как много еще нереализованного в сфере ментала хард-рока. А Слава притаился и ждёт.

 

Клара Шох

Когда я была совсем юной пользовательницей ЛитКульта, то впервые обратила внимание на Славу в момент его фирменной истерики: никто не читает Белковского, чемодан, вокзал и всё такое. «Сожгу всех и вся на фиг, уйду по-английски» - буянил Слава. Я ещё была достаточно доброй, чтобы не писать: «Попутного ветра тебе во всю …». И написала: «Не, ну я же читаю».

Кроме того, я заметила, что в очередном чемпионате поэзии Слава искренне голосовал за всякое говно (ну мне так казалось), при этом тщательно пояснял свой выбор. Кстати, эта креативность со временем у него пропала, сейчас в голосовании он держится средней температуры по больнице, даже приближается к 36,6.

Потом на очередном чемпе я проголосовала за Славиного Бэмби, пиздующего в Мордор http://litcult.ru/lyrics/71406 , и пошла уже четать полное собрание его сочинений.

Мне с ходу понравилось «Эмиграция в океан (инди)» http://litcult.ru/lyrics/69968, хотя у него там сбой, который он отстаивает. Лирика-лирика. Ну, думаю, чувак шарит.

Втянулась.

 Даже внесла Славу в список любимых. Затем было прекрасное «Всемирное кошачье» http://litcult.ru/lyrics/77293 Я бы только за первую строчку- плюсанула:

Нормально спал.

Проснулся – за окном

Всемирное кошачье государство.

Белковский это крепкая силлабо-тоника с хорошими рифмами. Такой надёжный коктейль, который тебя не обманет. Ёрш. Только водка и пиво. А не вот это всё – маргариты, шприцы, мохито, где мало того намешаны непонятные ингредиенты, так ещё и основным идёт – лёд.

Водка крепчала, а пиво становилось плотнее:

«Метро» http://litcult.ru/lyrics/79659

Поздний вечер в вагоне метро.
Час пикантнее, поезд скорее.
Нам пора попрощаться на время.
Мне пора о тебе пару строк… 

О тебе. О тебе. О тебе.
О метро. Может быть, о футболе.
По воротам, по сердцу до боли.
Алкоголен ли спонсор побед? 

Одно из самых лучших – «Это я» http://litcult.ru/lyrics/83275

 

Это я расстрелял Че Гевару,
Продал родину, предал Христа –
И опять обернулась кошмаром
Красота.
Голова – криминальное гетто.
Мысли скачут, как в песне шальной.
И всему, что стряслось с белым светом,
Я виной. 

Я – отъявленный мыслепреступник.
Гриф «секретно» на личном досье.
Скоро, чувствую, словно Укупник,
Паспорт съем! 

Я совсем распустился, подруга,
А ведь литература права:
Не в клозетах, конечно, разруха –
В головах! 

Это я, это я худший в мире!
Вельзевул - ролевая модель.
Дело требует лоботомии
И т.д. 

Это после меня свято место
Пусто. Это я всё осмеял.
И нагадил в московском подъезде
Тоже я. 

Это я к тебе первым же рейсом.
Только ты мне судья и палач.
Хочешь – развоплощай, хочешь – смейся,
Хочешь – плачь.
Скоро ночь. С головой что-то криво.
И всё это преступно вдвойне.
Что ты думаешь в данный период
Обо мне?

 

В «Это я» Славин ЛГ юродствует и буянить, расширяя себя по всем швам до предела, пытаясь стать огромным, чтобы потом робко спросить: «Что ты думаешь в данный период. Обо мне?». Что это, если не поэзия?

В этот же период Слава пишет «Таёжный сон» http://litcult.ru/lyrics/82676.  Вот прям хорошее.

Что же всё время хвалить-то, пришло время пожурить. На мой вкус у Славы многовато английского в текстах.

Покритиковала. Продолжаем.

"Босое" (Не знаю, есть ли публикация на ЛК).

Не подобрать подобающих слов
Сходу на северных улицах.
Финский залив – раз-два-три –, как назло,
Волей-неволей волнуется. 

Это реальность вплетается в сон –
Нежно, жестоко, по-разному.
Это попытка сказать обо всём,
Что ещё не было сказано. 

Это провал. Нелегко описать
Даже при помощи гаджетов
То, что в совсем ошалелых глазах
Неописуемым кажется. 

Невское “never” – наверное, ложь.
“Always” висит послесловием.
Ты босиком элегантно идёшь.
К чёрту метафорологию. 

Финал, да? Ты босиком элегантно идёшь к чёрту) Если убрать точку.

 И не останавливаясь, на посошок ещё одно моё любимое:

"Шахматное" (тоже не знаю, есть на ЛК)

Двадцать первый век, застрявший в пробке,
Вскоре снова выиграет в скорости.
Номера домов – татуировки
На отнюдь не робком теле города. 

10Ж, 2А и всё такое –
Досчитаю до телесной зрелости.
Только не оставь меня в покое,
Загадай какие-нибудь ребусы. 

Клуб «А2» открыт для белых пешек,
Заперт для блэк-метала холодного.
В центре суета – там кто-то спешно
Сделал ход конём, одним из клодтовых. 

За окном – мосты, порывы ветра.
Дверь осталась для тебя распахнутой.
Жизнь в секундах. Счёт на миллиметры.
Помнишь, как-то раз играли в шахматы? 

Видишь чёрно-белые наброски?
Вправду безнадёжно неуклюжие?
Город свой мне. В шахматную доску.
Без уехавших людей, но с лужами. 

Осень достаёт свои конспекты.
Вечер щеголяет децибелами.
Хочется воспеть уют проспектов
И тебя, играющую белыми.

 

Вавилен Гламурский

Если я приеду в Питер… нет, не так. Если в нашем ЖЭКе решат, что нам можно, ну, хотя бы в отпускной период, перемещаться чуть дальше, чем территория предприятия дружественного нашему, и входящему в подчинение ведомства, которому подотчётна наша контора, то первым делом приеду в Питер.

Иногда посещают мысли и фантастического свойства — а ведь было бы неплохо, чтобы были проведены шпалы от нашего ЖЭКа до Питера, но высказывать её сейчас не время, а вот когда это время придёт, то отыщу я Белковского по шапке.

Я знаю, что Святослав принципиален и верен идее, и если уже ввёл в литературный обиход ЛК два помпона то будет хранить им верность — как Black metal-у, как основополагающим принципам свободы индивида, как силлаботонической форме стихосложения, как… самому себе, в конце концов.

А самому себе он верен.

Я вот обратил внимание на то, что его редакторская политика не включает в себя пользование саркастической риторикой, при этом нисколько не сомневаюсь в том, что он, при желании, был бы довольно удаче и в этом случае. Практически всё его комментирование сводится к интересу о личности, в творческом смысле, конечно, сумевшей извлечь из себя это всё и решившейся поделиться сокровенным.

И только в случае, если автор начинает вести себя странным образом, представляя, прямую псих-эмоциональную угрозу и для окружающих, и для самого себя, Святослав может добавить, в качестве противоядия, немного иронии. А что ни скажи, она у него испытанное средство.

Если ознакомиться с сочинениями автора становится понятно, что испытывал он её, в первую очередь, на самом себе, и только после этого экспериментировал, в правильной дозировка, с окружающей средой — и это, вполне возможно, оптимальный подход. Можно даже, а кто запретит?, провести аналогии с теми медиками, которые перед тем, как, сикось/накось, начать неизвестными лечебными средствами экспериментировать над непонятным заболеванием, сами себе сначала вирус привьют, а потом вакцину начинают изобретать. И что интересно, это у них получалось.

Точно также, у С. Б., получается находить интересные и неожиданные сюжетные решения, в казалось бы заюзанных тематиках: взгляд брошенный под необычным градусом, разворот, в сторону непроторенной чащобы, визг мотора лязг железного коня — и вот он уже ожидает читателя там, где до этого он, читатель этот, ещё не бывал. Особенно хорошо это работает у него на конкурсах…

А мне с ним ещё в туре пробовать свои силы…

Вообщем я приеду в Питер, как я чувствую, для того чтобы реализовать свои реваншистские устремления. Так и скажу в ЖЭКе, что это не прихоть, а дело ритуальной поэтической чести). Они поймут, оценят высоту порыва, и даже обилетят, так думаю.


Сергей Киреев

Одно время казалось, что Incinerator был на Литкульте всегда. Когда я пришёл - был. Когда был – и он был. Когда уходил, или меня уходили, тоже был.

Но сейчас, перемотав ленту на его первый стих ( "Лебедь" от 19 сентября 2018), понимаю, что все когда-то приходили. И ещё понимаю, что Слава пришел на ЛитКульт уже вполне готовым Славой - техничным, образным, звучным, дерзким постмодернистом и мотристом…  слееристом… метафористом.

Помню, что поинтересовался: а кто этот - с мрачной авой (что-то было отдалённо выступающее из тьмы, и, по-моему, в бандане) и c ником, будто заимствованным у бескомпромиссной трэш-команды.

Сказали - крутой чувак.

Первым прочитанным текстом крутого чувака была наверное "Нота протеста" (17-го мая 21 г).

Подумалось - чувак и вправду весьма крут: знание всех команд во всех неисчислимых футболистах их и тренерах их, блэк-метал- и иной рок-атрибутики в текстах полно, символизм, чеканность формы, скальдика. Так чеканить я ни словом, ни мячом не умел, отличить Одина от его коня - или кто там у них ещё в тусовке - с трудом и на ощупь если только, да и вообще был на другой волне.

Но Святослава отметил.

Помню его появление осенью 21-го под текстом о самосожжении нижгородчанки Иры Славиной - тогда выяснилось, что и по убеждениям мы схожи.

Но кентовка завязалась чуть позднее. И её основой стало рандомно издаваемое обоими окололюбовное нытьё.

Ныли мы, значт, с ним, ныли, друг-дружку за это нахваливая, за унисон звездюлей подбрасывая. Но вы не подумайте, что ныли друг о друге. Нет, мы не такие!

И со временем моё нытье становилось всё унылее и слабее, Славино же, наоборот, приобретало силу и мощь тетеревиного любовного призыва.
Асы, руны, ваны и вся прежняя, кроме рок-н-ролла и Лёхи с Алиной (это неизбывно) колода символов были заброшены далеко на чердак, и из мрачнейшего обитателя Преисподней вдруг проглянул на свет божий настоящий хрупкий эльф с певучей лютней.

Но в какой-то миг в чарующих звуках сих я вдруг стал отчётливо слышать больше мудрости, чем даже грусти - в таких вещах, как, например, "Long way up". Но и скребануть по душе навыков и намерений Слава не растерял, что периодически и делает ( «Секрет», «Анонимные вопросы поэту», «Мерзкое» ).

Что из всех компонент его творчества будет звучать в дальнейшем яснее - покажет время, но фирменную Maxwell's-silver-fucking-хаммерность он, надеюсь, не потеряет.

Дата публикации: 09 апреля 2024 в 11:13