722
Тип дуэли: поэтическая
Тема Дуэли: Апофеоз войны

Право голосовать за работы имеют все зарегистрированные пользователи уровня 1 и выше (имеющие аккаунт на сайте до момента начала литературной дуэли и оставившие хотя бы 1 комментарий или 1 запись на сайте). Голоса простых смертных будут считаться только знаком поддержки и симпатии.

Голосование проходит по новой для ЛитКульта системе: необходимо распределить участников битвы по местам. Лучший стих - первое место... худший по вашему мнению - второе место.

Также в комментариях можно оставлять и критику-мнения по стихам.

Флуд и мат будут удаляться администрацией литературного портала «ЛитКульт».

Тема матча: Апофеоз войны (Василий Верещагин)

Задание: Написать стихотворение по данной теме. Можно для вдохновения использовать указанную картину.

Голосование продлится до 2 февраля.

 

 

Себастьян Манискалко

Конец июня. Воздух раскалён. 
В полях бушуют рожь, пшеница, лён – 

И женщина печёт душистый хлеб 
Для тех, кто стал землёй, кто нем и слеп. 

Семь братьев съела давняя война...
Ей надо им его напечь сполна, 

И каждый год родни горячий строй 
Встаёт перед стареющей сестрой, 

А где-то по России их тела 
Лежат в хлебах, повыжженных дотла, 

И только память их хранит, да сон, 
Да семь пожухлых снимков – семь икон.



Димитар Маринов

День выдался и пасмурен, и долог, 
сорит по ветру пылью и песком - 
все щурятся, идут спиной, подолы 
взлетают. Не заботясь ни о ком, 
кто до поры к земле придавлен плотно, 
плывёт с востока палевая лодка 
и день везёт, взрывая облака, 
туда, где обрывается на стыке, 
как песня на испорченной пластинке, 
бурлящая воздушная река. 
Но каждый раз удачлив, незаметно 
от лодочника где-то у черты 
день с ловкостью цепляется за ветку, 
чтоб воротиться к нам из темноты. 

Такие нынче страсти по Харону: 
начальник поучает похоронным 
баском, что мы сильны, что мы должны, 
ведь враг лукав и хочет нашей смерти... 
Его ли в том вина, что без войны 
ему в раю понежиться не светит? 
Мне не по нраву обе стороны,
и, к своему несчастью, я уверен, 
что выбрать не смогу и наперёд 
мне ведающий Данте Алигьери 
в аду пожарче угол приберёг, 
и сквозь века видна его усмешка. 

Греби же, лодочник, греби, не мешкай! 
Работой обеспечим - знай маши 
веслом, когда мы примемся потешно 
лишать друг друга тела и души! 
Пока однажды, снова выгребая 
с востока, не увидишь, что рябая 
земля пуста, лишь высятся на ней 
конструкции с варёными бобами, 
курганы из обглоданных костей. 
А там, где прекращается заветный 
поток, по-прежнему бурлящий, не 
останется ни прутика, ни ветки, 
чтоб ухватиться. Оборвётся нерв - 
в отчаянии выбросишь весло, 
и будет долог день тебе назло. 

 


Майк Хаттон

200 000

Двести тысяч голов повелел отрубить Тамерлан.
Двести тысяч голов нечестивцев, блудливых развратников,
Потрясённо умолкнув, качаются возле стремян
Неподвижно застывших пред взором властителя всадников. 

Двести тысяч голов. Семь курганов. Горячий песок.
Ворон сыто и хрипло возносит Всевышнему славу.
Плачьте, радуйтесь, вдовы Багдада, ведь тот, у чьих ног
Половина Вселенной, нашел на неверных управу. 

Плачьте, радуйтесь, вдовы Дамаска. Затихнут вдали
Стук копыт и гортанный аккорд незнакомых наречий.
Всё, что вам остаётся теперь - бросить горстью земли
Груз грехов на неверных мужей опустевшие плечи. 

...И без тени сомнений художник бы душу отдал
За сапфир раскаленного неба в оправе пустыни.

Двести тысяч небес ночь подменит на чёрный опал,
Двести тысяч пустынь одинаково за ночь остынут.

Дата публикации: 26 января 2019 в 01:16