0
168
Тип публикации: Критика

- Не говори об этом, миленькая, никому не говори… - торопливая речь Царевны  журчала ручейком, чуть слышно, переплетаясь с дорожками тёплых слёз из ясных, как небо, очей… это захлёстывало, топило лёд на сердце, и с глаз девки-Чернавки тоже побежала весенняя капель.

- Конечно, - шептала она, по-детски кулачком размазывая слёзы по чумазому личику.

- Конечно, сударыня.

И Царевна бежала. Тёмный лес охотно поглотил тоненькую фигурку в одной белой сорочке, еловые лапищи жадно колыхались в след, словно пытаясь схватить, пытаясь разорвать…

Но уже не видела это оставшаяся одна Чернавка, съёжившаяся у основания вековой ели, едва не ставшей плахой для молодой царевны. Упала на пол бесполезная верёвка, которой по приказу злой Царицы должны были быть связаны белые руки её. С разочарованным звоном упал не вкусивший крови нож. И юная девушка, в одну минуту из послушной своим хозяевам убийцы превратившаяся в ослушавшуюся спасительницу, роняла горькие слёзы на расшитую накидку Царевны – всё, что от неё оставалось.

Никто об этом не говорил, но перешёптывались молодыми листочками берёзы, пели свиристели, тёплый дождик радостно звенел – спаслась Царевна, набрела на домик братьев-богатырей, стала жить в чаще леса… Но эта сказка совсем не о том.

Эта сказка о безродной девушке, что пока ещё бредёт, спотыкаясь, в тёмном лесу, куда глаза глядят, без надежды и без смысла, кутая худенькие плечики в расшитую мехами и каменьями накидку… Вот ухнул филин из непроглядной выси, затопленной тёмно-зелёным хвойным мраком. Вот где-то справа тревожно хрустнула ветка, заставляя оборваться и без того еле бьющееся бедное сердечко. Вот с шумом и треском нагнало сзади, заставило вскрикнуть, побежать…

Об этом не говорил только ленивый, да что там ленивый, только немой! Царевич, сияющий светоч Тридесятого государства, спас едва не погубленную злобной мачехой Царевну! Нашёл её в лесу и привёз в родное царство, куда уже не могла дотянуться колдунья! И на третий день будет сыграна свадьба, как только придёт в себя несчастная девушка – бедняжка была еле жива, когда Царевич нашёл её, в самой чаще, закутанную в одну лишь накидочку, и упала замертво, да с тех пор ещё и не отошла. Ни с кем не говорит, только смотрит чёрными, как угольки, глазами да периодически горькими слезами заливается.

Не могла никому сказать правду бедная Чернавка… и на третий день встала под благословенные иконы, стала законной женой Царевича. Не смела она всё это время глаз поднять, не смела взглянуть в синие очи своего жениха, до тех самых пор, как снял он с неё фату девственную, по велению священника поцеловал в уста алые, да на руки поднял, чтобы в покои царские внести. Тогда лишь распахнула Чернавка ресницы… да до зари самой и не смыкала.

Дни в недели складываются, недели в месяцы… скоро рассказ течёт, да непросто прожить всё это время. Особенно Чернавке, ибо влюбилась она в жениха чужого, своего родного мужа, синие глаза его небо Божье для неё затмили, руки сильные роднее всей семьи стали, и от зари до зари сердечко любовью и трепетом томилось... только холоден стал муж родной после первой самой ночи. Сурово глядел, говорил мало, на ласку скупился и всё отправлялся в походы с утра ранёхонько, да до ночи глубокой пропадал. От прикосновений ласковых вздрагивал, от слов нежных отворачивался, от поцелуев сладких глядел горько, молча, да ладошки девичьи от плеч своих отстранял.

Не понимала молодая жена, в чём дело, а он ей об этом не говорил. Хоть и хуже смерти для него самого такая жизнь стала… Он должен был жениться на Царевне, этот долг ему и отцом, и народом, и сердцем был велен. И когда он уже вслед за сватами выехал, пришла страшная весть – сгубила злобная колдунья Царевну, пропала девица и следов её никто ни под Солнцем, ни под Луной найти не мог.  А он смог. За сотни рек, за сотни гор направил бег коня, и на опушке страшной чащи столкнулся с ведьмой, древней старухой, которая о том, что Царевна скитается по Зачарованному лесу, ему рассказала… но не просто так. Страшную клятву стребовала ведьма. Что не посмеет влюбиться в Царевну Царевич, а сердце своё отдаст лишь обычной девице без роду без племени…  он поклялся. И не мог никому об этом сказать.

Ничего не говорил он об этом жене своей.

И она ему ничего не говорила…

Какой же в сказке был конец? Оооо!

Но я вам об этом не скажу…

Средний рейтинг: 0
Дата публикации: 17 апреля 2017 в 17:11