0
115
Тип публикации: Критика

Старая нерабочая гирлянда за стеклом превращается в чудовищных размеров гусеницу, подсвеченную синими сумерками. Шмяк. Гусеница начинает стучаться в окно, подстегиваемая порывами ветра. Шмяк. Второй час ночи. Джудит не спала с тех пор, как пропал Чак. Кажется, вот-вот, она увидит его посиневшее лицо в оконном проеме, как тогда, много лет назад. Тогда она очень испугалась, так, что схватки начались раньше времени. Маленький Майки дался им очень тяжело. И, хотя, это была не единственная дурацкая выдумка её мужа, его исчезновение породило такую ужасающую пустоту, что даже новогодние хлопоты не могли всецело заполнить. Джудит не могла уснуть ночью, даже сильно вымотавшись за день, и еще больше раздражалась на детей. Каждую ночь, час за часом женщина следила за движениями старого провода, увешанного лампами, словно играя с темнотой в гляделки. Шмяк. Ветер усилился, плотнее прижимая лампочки к стеклу и гирлянда издала душераздирающий скрип. Как давно надо было её снять!

Третий час: "Ты знаешь, скоро он придет. Навалится удушливой, беспросветной массой" - хорохорясь, Джудит нащупывает под кроватью бутылку с остатками бурбона, делает глоток и сон приходит, наконец, смежая веки, залепляя рот, застывший в отчаянном крике.

Утро отворяет перед ней пустоту. Заснеженную, белую равнину. Хлопья с цокотом раскатываются по столу. Падают. Падает снег за окном.

- Куда столько? Не наедайся. Впереди праздничный ужин!

- Кстати, мам, не утруждайся. Нас пригласила мама Билли. - Элли виновато опустила глаза: - И не обижайся, пожалуйста. Тебе лучше отдохнуть, только посмотри, какие синяки у тебя под глазами!

"Ну конечно, куда ты без своего дружка?" - Джудит злилась, хоть и понимала, что детям в тягость праздники в родных стенах. Чак частенько перегибал палку. "Ну и пусть валят. Лучше одной." - Она со злостью опрокинула остатки молока в мойку - все равно скиснет. Смешиваясь с водой, разлитое молоко заполняло раковину туманом. За окном все сильнее шел снег.

Оставшись одна, она принялась за уборку, прогоняя остатки хмеля: "Нужно почистить ковер, купить... Молока! Снять, наконец, эту гирлянду!" Позже, увешанная ненужными покупками и стандартными, скучными подарками, Джудит возвращалась к пикапу, заметив под лобовым стеклом аккуратно закрепленную бумажку. Надпись гласила: "Муж на час".

Квентин не зря старательно раскидывал рекламные листовки даже в Рождество. Работа была нужна позарез. С промышленным альпинизмом пришлось завязать, когда он увидел в окнах высотки то, что видеть не следовало. "И думать забудь о полиции. Лучше напиши заявление, а то начальство засудит, узнав, чем ты занимался на работе!" - таков был совет напарника. Ну что ж, в маленьком городке жизнь течет неспешно. Можно держаться маленькими подработками. А в случае чего, он и крышу перекроет. Но, черт, возьми, этих удивлённых, порой испуганных, женских глаз ему так не хватало! Звонок Джудит застал его в воспоминаниях. Квентин готов был немедленно примчаться на вызов и даже сделал небольшой сюрприз хозяйке.

"Дурацкая выходка!" - думала Джудит, разглядывая человека в костюме Санта-Клауса, пытающегося снять испорченную гирлянду. Своим безумством Квентин напомнил ей Чака. И неприятности не заставили себя ждать. Накладной живот для наглядности прицепленный к стройному телу верхолаза мешал ему дотянуться до последнего крюка. Решив сэкономить время, Квентин не стал переставлять лестницу поближе, а просто раскачивал провод, надеясь его отцепить. Большая часть злополучной гусеницы обвивала тезированный торс лже-Санты. Но в миг вс е переменилось. Туловище в красном обмякло, раскачиваясь над сломанной лестницей. Провод на шее оставил черные борозды, стянув дыхательное горло. Джудит очнулась от оцепенения минут через пять, когда пальцы начали стекленеть на морозе. И думать было нечего вытащить гостя из петли. Второй лестницы не было.

Телефон не ловил сеть - по радио с утра предупредили о снежней буре: Джудит на большой скорости мчалась по шоссе к полицейскому участку, то и дело пытаясь удержать машину от заноса. Снег все валил как белый дым, застилая дорогу. Поравнявшись с заброшенными ангарами, Джудит заглушила мотор. Вести машину в такой видимости дальше было нельзя. Новенький знак на решетке забора предупреждал, что территория за ним - частная собственность. Странно, что никому нет дела до фигуры Санты, установленной на фронтоне. Год провисела.

То и дело увязая в снегу, женщина двигалась к ангару. Внутри должна быть хоть сигнализация или телефон. Можно будет вызвать помощь. Сил у Джудит почти не осталось, уже тогда, когда она могла разглядеть злополучную фигурку - черный Санта! Черный юмор! Вот и доигралась с тьмой, детка! Каблук Джудит предательски застрял в забытом под снегом поддоне. Крик ужаса вырвался из замерзших губ: Санта не крепился к фронтону. Он раскачивался, повешенный на гусенице гирлянды. Чак был мертв вот уже год. Снег завалил пикап почти до брызговиков. Телефон проголосил об окончании заряда батареи. Джудит никуда не спешила. Ей было тепло под снегом. Спустя столько времени, Чак снова был рядом. Навсегда. Ей снилось правильное, хорошее Рождество с фигурками Девы Марии и Иисуса на каминной полке, со свечами, домашней выпечкой и индейкой на столе, окруженном гостями, такое как устраивают в семье Билли. Ей снилось, как чужая женщина укладывает спать её сына, поит молоком, гладит по голове, совсем как мать...

Дата публикации: 08 января 2018 в 04:36