6
140
Тип публикации: Критика

Продолжение рассказа Газонокосильщик (автор: Сергей Павлов).

 

Игнат со вздохом взялся за багор. Который месяц бурные речные потоки несли мертвяков. Потоки несли — Игнат вылавливал. Протыкал багром мягонькую, податливую плоть и подтаскивал тела к берегу. Кряхтя, взваливал траурную ношу на ишака. Трепал гужевую животину по холке и процессия трогалась.

 Иногда Игнат узнавал в распухших трупах приятелей. Недавно схоронил Валерьяна. Кажется, тот был садовником на кривых лугах. В детстве они жили неподалёку. А теперь...

 Кладбище постоянно росло. Год назад — Игнат это точно помнил — изгородь была намного дальше от обрыва. Земли прибывало. Хорошего, жирного чернозёма. Грех в такую закапывать покойников. Её бы возделывать. Но ничего, кроме облепихи, здесь не росло.

 Тимоше сорок пять. Цифра эта превратила его в Тимофея. Тимофей обвесился жиром. Обвесился сам, добровольно. Кишкоблудная душа заедала провалы. Не вышло из Тимоши поэта. Только капризы выходили. А стихи упрямились.

 Со временем, Тимоша полюбил горькую. Но и его полюбили. Нашлась одна девушка. Теперь-то обабилась. И уже Тимофею она кажется омерзительной. Но Тимофей неглуп. Чувствует, что сам виноват в метаморфозе. А потому лупит жену. Тимофей ненавидит наглядное доказательство своего фиаско. А как отлупит, начинает философствовать.

-        Что за жизнь? Что за судьбина негодная?

 Игнат никогда не жаловался. Хоть и не выбирал он себе долю смотрителя погоста. Копка могил — занятие то ещё. Особенно когда осадки. Они теперь частые. Земля от этих дождей становится грязью. Пришмаковывается к лопате. Работа не спорится. Тогда Игнат разрешает себе отдохнуть. Он садится на скамеечку и оглядывает частокол крестов. Много облепиховых ветвей порубил Игнат.

 Выпивает Тимофей все больше в одиночестве. Подъездным собутыльникам с ним скучно. Ему и самому с собой. По правде.

-        Несправедливо всё, - говорит созерцательно Тимофей.

-        Обрыдло все, - уточняет.

 Наливает прозрачную в стопку. Шевелит от предвкушения глянцевым узким ртом. Смотрит куда-то. Вспоминает. Цепляет вилкой кусочек тщедушной скумбрии.

Игнат со своей скамеечки видит как в закатном небе растворяется сплошная стена дождя. Ждёт пока земля подсохнет. Его натруженные, заросшие сухими мозолями руки уверенно держат черенок. Игнат встаёт и возвращается к могиле. Нужно продолжать.

 Тимофей наливает очередную. Проглатывает.

Игнат вонзает в землю, блестящее по краю, лезвие очищенной от грязи лопаты.

У Тимофея вдруг темнеет в глазах. Он сгибается пополам и хватается рукой за правый бок.

Резкий толчок сбивает Игната с ног. Будто живая земля корчится от боли. От нанесённых острым железом ран. Испуганно вопит ишак-меланхолик. Кладбище продолжает трясти.

 Тимофею полегчало лишь спустя час. Он выпил, купленные женой, таблетки и лёг на диван. Пытался уснуть. Тщетно. Тимофей обдумывал себя. Кем он стал? Зачем он им стал? Поэт искал виновных.

 Виновная вскоре вернулась с работы.

 Упрёки посыпались жёлтыми гроздьями гнева. Уставшая женщина отпиралась, оправдывалась, извинялась. В итоге - кричала. Обозвала Тимофея «жалким человечишкой» и «неудачником». Проклинала тот день...

 И пропустила удар.

 Тимофей изволили гневаться.

-        Ты отравила моё златоголосье! Иуда, Брут, предатель!

 Жена пятилась по коридору. Безумные глаза мужа налились кровью. Как зимние яблочки дозревающие на балконе, они дозревали в ссоре.

-        Я мог бы говорить миллионам! Но ты!

 Женщина оправилась от оплеухи и злорадно прошипела толстому Тимоше:

-        Ты, толстый Тимоша, бездарь и лох!

-        Убью! - взревел обиженно — Сууука!

 Тимофеева супруга резво метнулась в кухню и встретила мужа ножом в многострадальный бок.

 Игнат всегда знал, что это случится. Недаром он верил. И знаки, опять же.

 И случилось. Небеса открылись, мерцающий в ночи исполинский клинок пронзил кладбищенскую землю. А из неё, подобно нефтяному, рванулся в тёмное небо кровавый столб. Переспелая земля копила кровь захороненных. И отдала её всю в последний скорбный час.

 Игнат приготовился к смерти и тихонько прошептал:

-        Обрыдло всё.

 В ноздри ударил запах копчёной рыбы.

Дата публикации: 01 ноября 2018 в 22:33