10
141
Тип публикации: Критика

«На липе под окном пел зяблик».

Странно, что я распознала, кто поет. И к тому же на липе – откуда я знаю, что это липа? Может, ива какая-нибудь, или ясень – в мире несметное количество деревьев, и то, что произрастает за окном, не обязано быть липой. Но я была убеждена – зяблик, этот пернатый мерзавец, сел не куда-нибудь, а именно на липу, и вот уже битый час пытается перекричать тишину.

Я неловко сползла с высокой стопки тюфяков на дощатый пол. В камине задумчиво лежало крупное полено, готовое к труду и обогреву. Что происходит? Где я? Почему на мне батистовая ночнушка до пят? И когда у меня начла произрастать эта толстая, в руку, коса медового цвета? Я схватила с прикроватного столика нож и отпилила косу.

«Лучи солнца ласково проникли в…»

Что и куда проникло?! Кто все это произносит?

Я огляделась. В комнате, которая, по всей очевидности, была девичьей спаленкой, кроме меня находилась только кошка, свернувшаяся на верхнем тюфяке. Амалфея – вот как ее звали! Имя само собой появилось в моем сознании. Можно поиграть с кошкой остатками косы.

Не успела я додумать эту мысль, как в комнату вошли три женщины, одна другой забавнее, и у каждой на голове торчал высокий колпак – старшая даже в дверь с трудом прошла, так он мешался.

– Доброе утро, леди Полетта!

Кое-что прояснилось. Я, кажется, из знати.

– Что вы сделали со своими дивными волосами? – запричитали дамы.

– Отрезала. Мешали, – пояснила я. – Зачем пожаловали?

Старшая дама тряхнула колпаком и с достоинством сказала:

– Мы пришли, чтобы помочь вам одеться. Ведь сегодня день вашей свадьбы!

– За кого иду замуж? – полюбопытствовала я.

Дамы растерялись.

– Вам не сказали?

– Может, и сказали, но я забыла, так что не грех повторить.

У дам уголки губ дружно опустились, как будто их тренировали печалиться синхронно.

«Они знали, что это разобьет ей сердце, но были обязаны…»

Опять этот голос! Откуда он взялся? Я посмотрела наверх, но увидела только небеленый потолок, по которому лениво передвигалась муха.

– Вы выходите… ах, леди! – старшая дама промокнула глаза кружевным платком. – За лорда Тьмыыыыыы!

И дамы принялись рыдать.

Я человек без предубеждений: лорд Тьмы, так лорд Тьмы. Обычно такие лорды – неплохие парни, просто непонятые и скверно одетые. Немного правильной рекламы, алый плащ, улыбка, и вот уже готов лорд Света, всенародный любимец и плейбой.

– Когда свадьба?

– На закате, – всхлипнула старшая дама. – Вы еще успеете бежать! Мы подготовили вам коня.

– Не надо мне коня! – испугалась я. – Я согласна замуж. Что нужно делать?

«Ее храбрость внушала им надежду – робкую надежду на освобождение…»

Кажется, я начала понимать, откуда доносится этот голос – он звучит прямо внутри меня, поэтому дамы не могут его услышать. С миром все в порядке – не в порядке со мной! Будем разбираться. Не исключено, что лорду Тьмы специально подсовывают сумасшедшую девицу, чтобы он проклял свою жизнь и закололся, упав животом на меч. На секунду я задумалась о том, как организовать падение на меч: наверное, надо вкопать его по гарду в глину и дождаться, когда засохнет. Цемент-то еще не изобрели.

Тем временем дамы принялись расчесывать мои изрядно укоротившиеся волосы, натягивать противные колючие чулки и утрамбовывать меня в узкое платье. Попутно лились горючие слезы, и старшая дама надсадно шмыгала носом. Хотелось есть. Зяблик прекратил свои щебетания на липе и с интересом заглянул в окно.

– Я тебе помогу! – чирикнул он и исчез.

Окружавший меня мир был подозрительно добрым. Может, хоть лорд Тьмы несколько разнообразит этот розовый сироп сермяжной суровостью. Вместе с дамами я спустилась по винтовой лестнице в трапезную, где уже были заставлены мисками длинные столы. Чадили факелы, пухлый лютнист пытался выщипать из инструмента приятный звук.

На завтрак подали пресный сыр, похожий на перебродивший творог, теплый хлеб и простоквашу. Решили перед свадьбой не откармливать. В целом я была даже не против такой диеты, но вопрос мяса рано или поздно надо решать. После завтрака меня отпустили погулять в сад и там благополучно забыли до обеда. Голос больше не звучал, но иногда что-то шуршало и стукало. Подумав, я пришла к выводу, что дела идут неплохо: я живу в доме со слугами, выхожу замуж, а еда, хоть и низкого качества, в наличии. Наверное, в перспективе мне удастся улучшить жизненные обстоятельства – откуда-то рождалось ощущение, что все будет хорошо. Может, из-за зяблика.

После обеда дамы отконвоировали меня обратно в комнату и дали рукопись, весьма полезную: из нее я узнала, что лорд Тьмы происходит из древнего семейства тиранов, кровопийц и сатрапов. Пророчество гласит, что ни один смертный муж не способен убить его, и тем не менее Тьма падет. Любопытная инструкция по свержению самодержавия! Стало быть, от меня ждут расправы над супругом. А я не собираюсь никого убивать. Если верить книге, нынешний лорд Тьмы – последний в своем роде, уникальный экземпляр, особо свирепый и покоривший весь мир, за исключением могущественной страны Элладии, чей правитель, мой единокровный брат, решил вопрос брачным образом.

Солнце подозрительно быстро катилось к горизонту, и дочитать рукопись не удалось – свечки мне не оставили.

«Она с тоской посмотрела в окно и вспомнила его глаза…»

Перед моим мысленным взором встало мужское лицо, с мясистым носом и крепкой, уверенной бородой. Глаза тоже были, но маленькие и глубоко утопленные – так себе повод для воспоминаний. Значит, где-то бродит второй жених. Надеюсь, он тоже какой-нибудь лорд, иначе выбор очевиден.

Наконец за мной пришли. Меня переодели в голубое платье, расшитое мелким речным жемчугом, на голову посадили колпак и чтобы он не свалился, туго завязали лямки под подбородком. Дышать стало хуже, дышать стало труднее. Свадьба обещала быть некомфортной.

Внизу, в зале, уже хлопотала челядь.

«Она шла, как на казнь!»

Что?! Да нормально я иду! Нормально. Меня все устраивает, кроме колпака, под которым голова чешется. Не исключено, что в тюфяках были вши – тут же самые примитивные представления о гигиене, антибиотики отсутствуют. Любая зараза – и всё, вымрем.

Разряженные гости за столами при виде меня повскакивали с мест. Лютнист и присоединившийся к нему человек с дудкой делали вид, что производят музыку. Мой жених, худой и остроносый, сидел во главе стола рядом с ушастым пареньком, в котором я с неудовольствием признала брата. Меня подвели к жениху и заставили встать на колени.

«От унижения она зарыдала».

Удивительные представления у моего внутреннего голоса об унижении! Пол каменный, холодноватый, но я постою. А понадобится – и полежу! На кону свадьба с самым главным злодеем, он должен стать моим.

Мне велели подняться и сесть между братом и женихом. Брат шумно грыз ножку ягненка. Повар, чтобы не возникало сомнений в происхождении ножки, сохранил копыто. Лорд Тьмы не ел ничего, и я даже слегка обеспокоилась его питанием. Слишком уж бледный, не малокровный ли?

«От него так и веяло злым колдовством».

Тут голос слегка ошибся. Не колдовством, а нестиранной одеждой, лошадью, сеном. Мог бы переодеться перед свадьбой! Над имиджем работать и работать.

К столу подошел трясущийся священник, благословил нас, и лорд Тьмы с видимой неохотой взял меня за руку.

– Жених может поцеловать невесту.

Лорд Тьмы неуверенно топтался, пытаясь обогнуть свисавшую с моего колпака тряпку, но куда бы он ни поворачивался, всюду была она. Наконец я не выдержала, схватила его за щеки и поцеловала сама. Зал ахнул. Лорд Тьмы тоже хотел ахнуть, но не вышло.

Священник ретировался, а я принялась за мясо. Прожарили неплохо, но соли катастрофически не хватало.

– Послушай, лорд Тьмы, как тебя зовут? – начала я светский разговор.

– Никак.

Вид у него был понурый.

– Давай тогда Николай.

– Давай.

Похоже, мне попался бракованный лорд Тьмы – вялый и безынициативный. Он ничего не ел и только прихлебывал из кубка неприятный на вид отвар. Тоже на диете, решила я. Может, в этом мире лордам Тьмы надо обязательно быть поджарыми.

И вдруг двери распахнулись, в комнату ворвался на коне тот самый мелкоглазый мужчина, который привиделся мне во время чтения.

– Она моя! – кричал он, привставая на стременах. Я так поняла, что речь идет обо мне.

– Не отдавай меня ему, – прошипела я лорду Тьмы. – Сделай что-нибудь уже!

Лорд Тьмы Николай поставил кубок с зельем на стол и наколдовал короткий, убедительный смерч. Лошадь завалилась на бок, и всадник покатился под стол, потеряв при этом меч, шлем и уважение сограждан. Лорд Тьмы добавил пару молний – мой несостоявшийся жених сгруппировался и поспешил к выходу. Жизнь налаживалась.

Гости вернулись к пиршеству, лютнист нетрезвым голосом пел балладу о прекрасной королеве, влюбившейся в пажа. На спинку моего кресла присел зяблик.

– Ты что творишь? – возмутился он.

– А что не так? Я выживаю.

– Ты должна была убить лорда Тьмы!

– Ножкой ягненка? Или миской его забить?

– Не дерзи мне, – рявкнул зяблик. – Сэр Кристобаль кинул бы тебе меч, а ты бы – рраз!

И зяблик сделал клювом решительное движение.

– Кристобаль – это тот, который только что отполз? – поинтересовалась я. – Нет уж, спасибо. Лорд Тьмы меня вполне устраивает.

Зяблик присвистнул.

– Он же злодей! Изверг! Он твою тетю подушкой задушил.

– Наветы! – отмахнулась я.

– Он и тебя задушит.

Эта птичка определенно что-то знает.

– Почему ты меня отговариваешь?

Раздался сухой треск, зал начал трястись и меняться. То возникали, то исчезали канделябры, сэр Кристобаль внезапно оказался сидящим за дальним столом, в стрельчатых окнах вспыхнул закатный луч, а потом наоборот появились огромные настойчивые звезды.

– Все из-за тебя! – заметался зяблик. – Она стирает текст, переписывает. Сейчас она от меня избавится.

Не успела я открыть рот, как моя коса вновь отросла до пят, лорд Тьмы увеличился в три раза, позеленел и покрылся слизью, кресло под ним разломилось и рухнуло.

– Стой! – взмолилась я. – Ничего не меняй! Меня все устраивало. Я не хочу сэра Кристобаля – верни мне Николая.

Мир перестал трястись.

«Она посмотрела на него и поняла, что в глубине его души еще таятся остатки доброты. Она спасет его своей любовью!»

Да, вот именно! Спасу! Пусть это будет история про преображение злодея, которого в детстве очень обидели и он зачерствел, а потом его полюбила правильная девушка, и он твердо встал на путь исправления. Можно даже добавить несколько страниц постельных сцен, только без вшей и зяблика. Без свидетелей хочу.

«Закатный луч упал на его лицо, и на миг он показался ей красивым – насколько, насколько красивым может быть враг».

Я посмотрела на лорда Тьмы Николая. Положим, красоты тут особой нет, но всяко лучше сэра Кристобаля, который супит брови в дальнем углу.

– Ладно, работаем с тем, что есть. Идем, Николай, скреплять законный брак. Да не бойся ты, я знаю, что делаю.

Дата публикации: 16 мая 2019 в 22:26