Последнее путешествие (Автор №2)

До отправления поезда оставался час. Зачем Макс согласился прийти так рано, он и сам не знал: на их станции поезд не стоит больше десяти минут. Но Вика в этом вопросе всегда была непреклонна.

На вокзале суетно и грязно. Макс присел на лавку, обитую пошарпанным дермантином, и загнал под нее сумку. Народу вокруг немного, но ощущение толпы почему-то все равно есть: то тут, то там сидели полусонные путешественники, у стены под искусственным фикусом дремал бомж в обнимку с пакетом, из которого предательски торчала недопитая полторашка пива. Несмотря на поздний час зал ожидания гудел: негромкие голоса людей перемешивались с шумом работающей вентиляции, тряслись от натуги старые холодильники в магазине с поблекшей от времени вывеской “Товары в дорогу”. Пахло застоявшимся воздухом и пережаренным маслом из круглосуточного кафе.

— Ну вот, а могли бы сейчас дома спать, — голос Вики хоть и уставший, но в нем все равно чувствовалась улыбка.

— Ты же сама говорила — сон для слабаков, — парировал Максим. — Нас ждут горы! Разве не ради этого мы брали отпуск в феврале?

— Да, но я устала от этого. После прошлого раза… 

— Все закончилось хорошо, — с нажимом в голосе отозвался Максим и устало потер переносицу. Ему очень не хотелось вспоминать подробности прошлой поездки. Это было не с ними, не взаправду. 

— Всю жизнь будешь себя в этом убеждать? Сколько раз ни повторяй, а то, что случилось, уже не изменится. 

— И что ты от меня хочешь?

— Я думаю… Наверное… Тебе пора завязать с лыжами.

— Вот как? А как же страсть, скорость, азарт? Ты сама говорила, что не можешь без них жить.

— Не могла. Но мне всегда хотелось еще и другого. Семьи, детей… Ради этого можно отказаться от чего-то не настолько важного. 

— Что? Неважного? — Максим захлебнулся негодованием, но вовремя взял себя в руки. — Извини, мне нужно проветриться.

Он встал и с размаху швырнул кепку на сидушку. Металлическая заклепка жалобно звякнула о поручень, а Вика, кажется, что-то пыталась сказать, но Максим даже не обернулся. На улице сейчас морозно, и туда совсем не хочется. Лучше прогуляться до автомата с газировкой и прочей дрянью в другой конец вокзала. Ведь если он останется, то разговор с Викой обязательно перерастет в ссору, а ему этого совсем не хочется. Сутки в купе и семь дней в отеле можно провести куда приятнее, если сейчас ему хватит стойкости не сорваться на грубость. 

“Пора завязать с лыжами”, — мысль, осторожно высказанная Викой, казалась крамольной. Разве это возможно? Максим с силой вдавил кнопку автомата.

Сколько Макс помнил, они с Викой всегда болели одним и тем же. Даже познакомились в интернете, в чате совместных поездок на Домбай. Там спортсмены-любители сбивались в компании, чтобы сэкономить на дороге и жилье. Зато они никогда не экономили на экипе. Вика уже пять раз ездила кататься в такой группе, когда Макс только-только познавал азы лыжного спорта. И с первого же дня вместе он понял, что у него нет шансов устоять перед Викой. В прямом смысле: он рухнул ей под ноги еще на вершине склона. Так Вика стала его добровольным тренером, а потом и девушкой.

Банка лимонада упала в окошко, и Максим наклонился за ней. Холодный металл в ладони немного отрезвлял. Разве Вика хочет каких-то неправильных вещей? Еще в начале отношений они обговорили — да, семья и дети входят в планы обоих. Но чуть позже, ближе к тридцати. Куда торопиться? Тогда казалось, что этот возраст никогда не наступит. Юность бесконечна. Почему бы тогда не посвятить ее спорту?

— Ты правда не понимаешь?

Максим вернулся на место, и его голос нарушил равномерное гудение зала. Обернулись люди, закопошились воробьи под крышей. 

— Понимаю, это была и моя страсть тоже. Но мне было уже тридцать. Я хотела детей. 

— Нам пора, объявили путь. Слышишь? — сменил тему Максим. 

— Да. Дай мне секундочку. Я хочу запомнить это мгновение.

Максим закрыл глаза и глубоко вдохнул. Начинается его последнее путешествие, после которого он повесит лыжи на гвоздь. Он положил ладонь на соседнее сидение, где только что сидела Вика. Поверхность отозвалась холодом. Максим открыл глаза и увидел рядом нетронутую баночку колы. Кому он ее купил? Газировку любила Вика, его Вика, которая не вернулась с прошлой поездки.