Пусти, гроза! Мы выпили потоп

И, словно бы из Ноева ковчега,

Взошли по лабиринту черных троп.

Но на вершине  - не нашли ночлега.

Бивак меж скал был каменно суров.

Огонь пылал – но без полена дров.

Он клокотал – но был прозрачней снега.


Два человека сквозь стекло огня

Смотрели глубоко и непонятно.

«Садитесь,  грейтесь – все же мы родня…»

И я увидел в говорившем  брата.

«Еще поешьте…» - голосом отца

Сказал второй. (На сабельных концах

Шипело мясо, – но без аромата.)


От странного костра на глубине

По вымершей земле бежали блики.

И я подумал:  «Видно, снятся мне…»

«Нет, - понял брат, - обычно снятся лики.

А ты забыл, как выглядели мы,

И образ наш невольно взял взаймы

На эту ночь у горечи великой».


Я оглянулся:  черный мрак клубил,

Лавинами съезжая на долины;

Морозный молот камни в пыль дробил,

А люди – в сотах из дерев и глины –

Сжигали прах надежд своих в кострах.

Но – пережив бессилие и страх –

Слагали торжествующие гимны.


Слова пылали – раскаляя ум

До странных и неведомых понятий. 

И белые колонны дивных дум

Цвели короной солнца на закате.

Но меж колонн струились реки тьмы,

Они точили хрупкие умы,

Как ливни толщи гор на водоскате.



Дата публикации: 04 марта 2018 в 12:32
Автор: 19390117