"Не бросай меня, - прижимается, - будь со мной,
Будь моей опорой, крышей, моей стеной..."
Он вздыхает: "Боже,
поменял бы Ты назойливый звукоряд!
Столько баб на белом свете, а говорят
все одно и то же".

Тьма слетает в сад бесшумно, как нетопырь.
Отсыревший воздух, резкий, как нашатырь,
заползает в окна,
и зрачками волка
две звезды горят, насаженные на штырь.

Он снимает ее ладонь со своей груди.
"Ну, давай: обличай, долдонь, городи, гунди -
все равно уеду
из югов твоих - горели б они огнем!
Под кроватью - сумка, паспорт на дне, а в нем -
мой билет на среду".

"Да, - смеется она, - твой паспорт и впрямь на дне.
Тащит краб его в зубчатой, кривой клешне,
а билет мурена,
не икнув, сглотнула. Спи, болтовней не мучь.
На крючке - халат. В кармане халата - ключ.
Дверь снесешь? А хрена!"

 

Так полвека они, уставившись в потолок,
продолжают в ночи мучительный диалог,
губ не разжимая.
И когда она вдруг смолкает часу в шестом,
он толкает ее, спеша убедиться в том,
что она - живая.

Дата публикации: 21 марта 2018 в 12:38
Автор: Holden