34
Тип публикации: Совет
412

«Начиная с этого момента, у них начались серьезные неприятности. Обратной стороной успеха стало отчуждение. Раз ты ушел в отрыв, все становится блеклым и нереальным. Бунтарь изолировал сам себя. Он не мог повернуть назад. Это проклятый Иисус Христос, где-то там, один, в Гефсиманском саду!» (с) 

 

Сад опустел, словно пляж, отороченный морем, 
горы застыли, застрявшие в небе глубин, 
проклятой ночи разлито под кронами горе, 
ныне, и присно, и в вечных веках ты – один. 
Звёзды спускаются каплями грешного пота, 
чаша не та, а стезя серебрится луной. 
Прочь уходи, не надейся на милость народа, 
стражники рыщут, не будет иного исхода, 
лишь поцелуй – обличение тяжкой виной. 
«Господи, верю! И вера пребудет со мной». 

На обуви твоей, израненной камнями, да 
на сыром песке, без цели, босиком, 
тебе брести – пусть нарастает ком великими, 
проклятыми стихами. Пусть серебрит луна 
рубины полных чаш, пусть музыка заведует мечтами, 
и развлекает нас, как неспокойных вас, 
гремящих полусонными речами, где 
пир восточных муз, где западная скорбь, 
где рай земной истоптан сапогами. Где старость 
отсекает мерзкий горб, и юность изгибается ночами в  
мосты, подвешены – от звёзд и до земли, - и пусть 
под ними спят пророки света. Их веки тяжелы, 
а проклятым поэтам, 
под каждой чашей оставлять мечты. 

Дата публикации: 02 ноября 2018 в 17:11