6
Тип публикации: Публикация
70

Я вижу тебя.

Где покинешь  метро, ненадолго твой след
остается витающей блажью.
Расскажи, милый друг, сколько проклятых лет
надевать тебе маску ту вражью,
чтоб никто не увидел светящийся нимб,
и не вызвонил опер. бригаду?  --
"Как, урод, ты в метро (и зачем вдруг) проник?
Замочите, товарищи, гада!"

Печать молчания о...

Знакома знаний знаковых десятая печать.
Она на лбу и на лобке (о, ужас, но пусть будет).
Я, опечатанный, молчу, а хочется кричать!
Позволь, я крикну! От меня, чего, убудет?
Но нет, печатью скован каждый зуб с антагонистом
(не помогает даже, что имеются не все).
И я хожу великим, но немым артистом.
Без имени и голоса. Зовите хоть... Евсей!
- Евсей, пошел сюда! (Я посмотрю пронзительно и яро).
- Евсей, отсюда вон пошел! (Я бровь приподниму).
Но всем плевать на мимику! Как это скорбно мало --
гримасы корчить говорящему дерьму!

Бдительность

Туз бубен на сутулой спине и мишень в полгруди.
Серебрится вокруг головы нимб, а в заднице шило.
Ну, куда же ты, милый,  такой? Дорогой, погоди!
Ты опять загремишь в обезьянник ментовский. Паршиво

выходить таким голым под липкие взгляды. Иль нет:
липкой лентой притягивать мух перестань, друг-юрода!
Причесать свою душу,  в карманы побольше конфет.
Ну, а встретишь козла, проходи: не тревожить урода!

Эх, кому это все я, дурак,  в сотый раз говорю? 
Ты ж не слушаешь. Крылья покрасил  опять отвратительно.
Дурачок! Ты у нас на Земле, а не в вашем  Раю.
Как тебя вразумить! Будь, мой ангел, хоть капельку бдителен!

Дата публикации: 11 января 2019 в 01:20