14
Тип публикации: Критика
418

Был бледен смысл лавирующих слов,
по волнам жизни их число несло,
по небу плыл сверкающий салют,
впадая обречённо в абсолют,
на стенах времени образовался скол,
и трещина затем. Поток людской
туда стремился, то есть, снова в щель,
и утверждал, что смысл таит и цель
дорога исступлённой ночи в день –
вперёд к рассвету, чтоб назад в Эдем.

Вперёд к рассвету, чтоб в Эдем назад,
в траву, туда, где чёрная роса
обожила закатные луга,
похожестью своей на жемчуга.
Туда, где наслаждения фонтан
омоет тела кожаный зиндан,
чтоб смертная, пока что, стала плоть
подобием того, что дарит плод.
Струится сладкий яд по нитям вен,
но ночь внутри – недостижим рассвет.

Скажи, Царица – гарпия-змея
по венам разливала сладкий яд,
рождённый в чреве матери-земли,
чтоб наслаждаясь — мы изнемогли?
Изнемогая, ждали — дашь, что ты
душе покоя, телу немоты,
небытия-надежды вечный дар,
благ, или проклят мир, скажи, Иштар?
Здесь тлена фимиам кругом разлит,
и смотрит Ева в зеркала Лилит.

Post Scriptum. Крик совы во всех мирах,
материи затейливый мираж,
деторождений сомкнутая нить,
спит Демиург – его мы видим сны.
Очнётся и почешет правый бок,
толпа воспрянет и воскликнет: Бог!
почешет левый, крикнет: Сатана!
Здесь каждой твари определена
простая и незавидная роль –
им ненавистны те, кто над игрой…

Рви струны, в барабан судьбы стучи,

над головою чёрные грачи,

твоя душа занесена в реестр —всё учтено.

От бездны до небес.

Дата публикации: 11 февраля 2019 в 11:59