0
80
Тип публикации: Публикация

Из дневников охотника.

Раннее утро, где-то у берегов Индийского океана, на тенистой улице, в одном из зданий международного консульства, разместилась штаб-квартира нашей военной газеты, передающей новости с «полей смерти». Если взглянуть в окно на детей из соседнего гетто с автоматами М16 в руках, никогда не подумаешь, что когда-то здесь – на этой самой улице – всё было совсем по-другому. И эти люди вокруг, за пыльными столешницами: военные корреспонденты, редакторы, корректоры и фотографы – они проснулись в такую рань, чтобы выслушивать напутствия вот этого старого вояки с черной повязкой на глазу:

-Тихая гавань – Мозамбик – будучи союзником Китая в войне против Соединенных Штатов оказался между двух огней. После, не заставивших себя долго ждать межконфессиональных распрей внутри государства и вмешательства миротворцев из Китая, сюда прибыли ополченцы армии США. Потом, как обычно водится, армия ООН, русские, повстанцы с севера и для полного боекомплекта не хватало только сирийских пиратов на средневековых посудинах. Теперь, когда весь сброд…

Затряслись окна, послышались раскаты грома среди ясного неба, обувь на полу завибрировала, и где-то со стола свалился стакан с утренним кофе:

-Ещё раз повторяю, нам не нужны политиканы и их денежки, нас интересуют только вызревшие плоды человеческого безумия…

Мистер Лизерман здесь за главного, и поэтому как я заметил – а я тут пока за новенького – любит всё, что только связанно с «человеческим» и особенно «безумием». Прогремел ещё взрыв и за окнами сработали сигнализации припаркованных рядом автомобилей. Кое-кто из машинисток подбежали к окну и заворожено наблюдали за пылающим соседним зданием:

-Эй, мы не в цирке находимся. Я вам говорю, хорош пялиться. Лучше молитесь,…но сперва, сделай те то, что от вас требуется, а именно два черных как смоль кофе с тремя ложками сахара. А вы, – он обратился к остальной собравшейся братии, – с вас господа всего-то новости со всех боевых позиций. Вы ведь все профессионалы, черт бы вас побрал, вот вы, например, – показывает на меня – должно быть работали на Вашингтон пост?

Все уставились на меня. Лизерман ждет, что я сделаю какой-то выбор? Или может быть сойдёт просто кивок?

-А-а-а вы из людей «Таймс»… – пнул на бум.

Это уже интересно.

-Честно сказать…

-Ладно, мы тут не мудями трясти собрались. Питерсон. Что там у тебя со снимками?

Питерсон – маленький пузатый пуэрториканец, с засаленными волосами, тут же ретировавшийся в лабораторию.

-Нэшел, Юджины.

И остальные вроде как рассосались.

Питерсон вернулся со снимками. Лизерман застыл в ожидании экстаза.

- И это всё? Все на что хватило твоего больного воображения?

Мистер Питерсон неловко поёжился. Кто-то даже хихикнул где-то на передних столах.

-Мне нужно больше крови. Больше ультранасилия и пускай федералы с каналов усрутся, но мы забросаем их настоящим материалом.

Ещё одно любимое слово нашего главреда – это «настоящий материал», чем-то смахивает на «ультранасилие». Только вот нахрена, до меня пока не доходит? Кому это интересно? И ежу понятно, что нельзя раскрывать сразу все карты. Не буди лихо, пока оно тихо. Люди хотят только как бы «догадываться», им не нужно знать. Тем более что у нас, вроде как, серьезное издание:

-Ступай и принеси мне настоящие снимки, а не этот бред. Я такую же в точности работу мог проделать в мирное время у себя на даче.

В который уже раз убеждаюсь, что Лизерман ничего не решает в делах газеты. Как говорят, ходит под каблуком у мисс Фон Ёрн – симпатичной тридцатилетней наборщицы. Каждое утро она приносит ему книжки из библиотеки – в них она и вкладывает свои послания: что, да как делать.

Дошла очередь до меня и Лизерман, объявив о том, что я есть самозванец, скрылся за пуленепробиваемой дверью своего кабинета, чем совершенно сбил меня с панталыку.

                                                   *****

Американская музыка. Африканская фертильность. Жужжат вертушки ускоглазых оккупировавших Мадагаскар.

-У этих ускоглазых там планируется личный аэродром с апартаментами для председателя партии.

Лизерман сидел за яичницей в баре и попивал горький портер.

-Виски принеси.

-И мне. – Добавил старый негр у стойки.

-Люпен скажи, зачем мы живем?

-Чтобы посмотреть, как Трамп накидает этим китаёзам за шиворот?

Лизерман задавил двойной виски и вышел на улицу:

-Чтобы мутировать после атомного взрыва и приобрести суперспособности.

По серому газону катили танки. Над головой свистели самонаводящиеся ракеты. У местного кинотеатра собралась толпа на новый голливудский блокбастер. Колдуны Вуду ежились у разрушенных бомбоубежищ и предсказывали будущие на попкорне.          

-Newspaper? – мальчик с культёй вместо руки и кипой свежих газет, приближался, перебегая через улицу.

-Muchas gracias.

Мальчик устало улыбнулся:

-Buona giornata, signor.

Зайдя в еще пустой офис, Лизерман  шлепнул мисс Фон Ёрн по упругой ягодице, которую там традиционно для этого выставила, и виртуозно принял от нее новую книгу из библиотеки.

-Спасибо, Марго.

На сей раз, ему предлагалось поностальгировать Графом Монте Кристо. Он усел за бронированным жалюзи, пододвинул поближе вентилятор и погрузился в страницы:

 «Этот пидор Хант работает на пентакль его серийный номер на обороте позывной “охотник” образование Гарвард звание “гражданский” странно что ты сам не просёк он же как журналист совсем никакой»

Ближе к вечеру Лизерман попытался проверить информацию, которую раздобыла для него Марго, но напился и заснул прямо за столом.

                                                        *****

Из отчетов охотника.

Утро я просидел за чашкой горячего пунша в раздумьях кто я, чего хочу, и в каком направлении мне стоит дальше двигаться. Народ всё прибывавший как бы говорил мне, что дела плохи и дни мои на острове сочтены:

- Сколько пота ты уже из себя выдавил, и сколько осталось? – я заметил, что надо мной склонился лик Хуана. На шее у него болтались пара объективов.

-Собираешься на охоту?

-Ну, да – вдруг он встал и огляделся по сторонам – всюду за столами сидели люди. – Кто со мной?Кто?

Слышно было, как стучат клавиши пишмашинок и вылетали сообщения из телефаксов. Фотограф двинулся богатырской поступью вдоль столов.

-Энрике, Бёрнтс, мисс Фон Ёрн моё почтение. Ну, кто, кто со мной? Мистер Юджины?

Хуан подошел к скрюченному джентельмену в толстенных линзах за соседним от меня столом.

-Я тебе доверяю, Питерс. Напишу заметку из твоих слов.

Фотограф презренно закурил.

-Посмотрите на него, – говорит он, обращаясь ко мне, – это наш мистер Юджины, который известен тем что, вздрагивает от любого мало-мальски слышимого пердежа еще с Хиросимы.

Тот благородно поправил съехавшие линзы и продолжил долбить по пишмашинке с яростной скоростью.

-Ладно, я с тобой, – неожиданно я почувствовал себя Останкинской телебашней, когда встал из-за стола; потом отёкшие ноги успокоились и глюк исчез.

-Вперёд и с песней! –  завелся фотограф и небрежно потеребил моё плечо, – ну что рисовый, ты с нами?

Мистер Юджины налился краской и как бы автоматически процедил сквозь зубы:

-Пошёл вон!

Мы вышли из потной редакции под аплодисменты мистера Юджины, который рукоплескал, по-видимому, сам себе, прыгая прямо в ботинках по пыльному столу.

-Ну, да я забыл, ты ж фашик.

Из слов Хуана я понял, что нас ждет спрятанный где-то в паре кварталах отсюда «американский транспорт». У сломанного гидранта подростки мучили полудохлого пса, выкачивая из него кровь одноразовыми шприцами, и потом пулялись ей друг в друга.

-Звери.

-Да, но ты посмотри, где они живут, и что происходит вокруг. – Хуан нацепил на голову картонную коробку с проделанными отверстиями для глаз и прыгнул на ржавый и под корень убитый чоппер.

-А это ещё зачем?

-Это чтобы фараоны не привязались. Для тебя остался только пакет.

-А как он мне поможет, если мы куда-нибудь врежемся?

-Без понятия.

На углу Лоренс-Маркеш мы остановились, и Хуан принялся искать выгодный план. Гулкий рев бушующей толпы вибрировал позади нас, щекоча пятки.

- Это что за хрень?

Хуан сплюнул кашицу табака в ладонь и спрятал в карман:

-Новый мультиконфессиональный храм. Сто пятьсот этажей.

Мы встали в тени своеобразной копии Эмпайр-Стайт-Билдинг:

-Но, кто мог…

-Русские. Они любят строить церкви.

К нам подбежал мужик в бордовом пиджаке с электрошокером за пазухой, но Хуан остановил его объективом и заморозил. Я достал блокнот и приготовился совать нос не в свои дела, подслушивать чужие разговоры и по возможности записывать все звуки на звукозаписывающие устройства, конспиративно спрятанные под рубашкой и в носках.

Внутри всё было в точности как в торговом центре: крутящиеся двери, стеклянные витрины, фонтаны и магдональдс на каждом этаже:

-Никогда бы не подумал, что в церкви может быть эскалатор.

-Подожди, еще не такого насмотришься.

В конце длиннющего коридора бронзовый Будда с закатанными, как у героинщика глазами, о чем-то беседовал с двенадцатью апостолами, а Яхве разливал всем собравшимся чай из почерневшей турки.

-Чего тут только нет. Свечки-зажигалки, свечки-ручки, свечки-пульты от телевизора. Компакт диски «Электрический Иисус», DVD-библии...

На одном из дисков Курт Кобейн поднимался по небесному эскалатору, окружённый негритянским госпел хором и внизу подпись: «Рай это здесь за углом». Хуан сделал сэлфи на фоне иезуитских братьев сновавших взад-вперёд, словно сонные кавалеристы, с торчащими за пазухой маузерами, и то и дело пудривших друг другу носы:

-Эй-эй, эй я вам говорю. У нас нельзя фотографировать.

К нам приближалось всё тоже тело с электрошокером, тыча на табличку с перечеркнутым на картинке фотоаппаратом.

-Отвянь уже пёс! – Хуан вскинул удостоверением журналиста, как крутой парень из кино – показал и тут же закрыл.

Электрошокеру этот номер не прокатил и тот его заломал.

-Эй, остынь.

-Какого хуя? Мы сюда не мудями трясти приехали, а делать сенсационный репортаж, пока горяченькое, – покрасневший Хуан смотрел на меня умоляюще, взглядом Лизермана, когда у того не идут дела.

-Наверно, это проблема. Кому захочется гадить под наведённым объективом?

-Мне, я вообще, всегда об этом только и мечтал, – не успокаивался Хуан.  

-Ладно, брось эту затею с Лизерманом. Тут что-то не чистое твориться.

В сопровождения конвоя мы поднялись на самый верхний этаж и отобедали с бургомистром Мапуту, которого в этот момент держали под дулами автоматов сирийские пираты. Потом когда всем стало понятно, что я королевский подданный, меня отпустили, конечно, изъяв все звукозаписывающие приборы, блокнот и авторучку с конспиративным видеорегистратором. Хуана так же обыскали и разбили объективы у всех его фотоаппаратов.

-Не переживай браток, я за тобой самого Лизермана пришлю.

Когда я добрался до редакции, из радиорубки сообщили, что в шпиль межконфессионального храма врезался немецкий авиалайнер и китайские агенты, работавшие продавцами ладана под прикрытием, взяли несколько сотен людей в заложники и требуют выкуп у американского правительства.

                                                              *****   

Лизерман очнулся от сигаретного ожога: мисс Фон Ёрн склонилась над ним и вдыхала пылесос. В воздухе повис такой страшный шум, что Лизерман не мог различить звуков, а только наблюдал за движением собачьих челюстей мисс Фон Ёрн.

-Вы принесли рыбу?

Лизерман упал на колени.

-Вы знаете, что я не люблю рыбу? Умоляю…

Мисс Фон Ёрн была не многословна.

Лизерман принялся судорожно искать во тьме её ноги, но мисс Фон Ёрн, только страдальчески наблюдала за ним, как и раньше. Тогда Лизерман всё же нащупал что-то и вытащил на свет к лампе. Это было похоже на разложившийся акулий плавник.

Лизерман дёрнулся от того что в окно кто-то настойчиво тарабанил. Он поднялся и выглянул на улицу. Внизу у сломанного гидранта стоял мальчик с культёй вместо руки и горстью камней.

-Ну, что ещё?

Мальчик попятился:

-Они идут.

Лизерман скинул ему десятицентовик и скрылся за пыльной портьерой.

-Марго? – Лизерман впился в рупор, подливая бурбон в стакан с растаявшим мороженым.

- Да, мистер Лизерман.

-Ко мне этого мудака недоделанного. Сейчас же.

На том конце провода прогремел взрыв.

                                                          *****

Бортовой журнал охотника.

Я опустил негативы в белезну, но изображение продолжало искажаться. Одна из машинисток принесла мне записку от мисс Фон Ёрн, в которой говорилось, что я без промедлений должен направиться в кабинет главреда.

-Да, мистер Лизерман?

Лизерман сидел, свесив ботинки на стол, и непринужденно разговаривал по телефону:

-Да, мисс Фон Ёрн и подготовьте все бортовые журналы. Сложите аккуратными стопками на заднем дворе. Я откуда знаю? Попросите мистера Юджины, он все равно... не знаю. Наверное, какая-то детская травма. Да, хорошо.

Лизерман сделал вид, что до этого и не замечал моего присутствия и плеснул мне джина с лимонным соком.

-Итак? – кандалы резко схватили меня за руку, которую я по дурости положил на подлокотник. Лизерман забрался на спинку стула, накренившись ко мне. Изо рта у него несло перебродившим виски:

-Итак, можно ли отмыть добела черного кабеля?

-Простите, сэр?

Лизерман отдёрнул повязку с глаза, и я увидел искрящуюся яму, как в фильме «Терминатор».

-Вы уже слышали о том, что случилось в Мапуту?

-Слышал.

-У вас остались какие-нибудь материалы?

-Нет, изъяли.

-Или вы сами им всё сдали?

Лизерман подошёл к окну, и лик его осветило пламя.

-Знаешь, чего я хочу?

Я знал, что он хочет атомного взрыва.

-Я хочу, чтобы Путин, Трамп и вся эта канцлерская педоросня пали к моим ногам, умоляя меня о дополнительных полосах.

-Политики только отмывают бабки. Они сами их не зарабатывают.

-Именно, Хант.

-Я думал, что именно поэтому, мы про них и не пишем.

- Поздно, Хант.

- Что вы хотите этим сказать?

- Они уже здесь.

Кто-то из офиса начал скрестись в бронированную дверь. Прогремело несколько взрывов. На стенах облупилась краска. Лизерман трусливо удрал под стол:

-Хант, сходи, глянь чё там, да как.

Я высунулся за дверь и увидел мистера Юджины: с обожженного напалмом тела слазила кожа, будто кто-то свежевал его невидимым мачете. Руки он вознёс к потолку и истошно вопил на японском, несясь сломя голову вдоль столов и сбивая всех и вся на своем пути.

-Что там ещё? – справился Лизерман, недовольный тем, что я не ввожу его в курс дела.

-Вот тут мистер Юджины хочет вам что-то сказать.

-Наконец-то!

                                            ****?

Сижу на бетоне в подвале сыром

Вскормлённый отходами

дохлых ворон

Мой узкоглазый товарищ махает штыком, кровавая бойня

идёт под окном…

 

С берегов наступают степные орлы

Тела ускоглазых сжигают в печи

И что-то случилось в коварной ночи

Кто вымолвить хочет – пора, поспеши?

пора брат пора

Туда где за тучей белеет гора

Швейцарские Альпы – густые снега

Туда где гуляем лишь ветер…, да я.

Золли декламировал стихи со сцены, когда солдаты в соломенных шляпах объявили: «Антракт!»

Второе отделение.

-Чтобы не случилось, всегда держи ноги сухими.

Золли подошел ко мне и протянул связку чистых носков.

На бейдже было написано: «Специалист по колонизации астральных пришельцев».

Он поймал мой пристальный взгляд и слегка оскалился.

-Это из тайной агентуры Миссури?

-Нет, приятель.

После неловкой паузы он продолжил:

-Но теперь, когда вам известно кто я, а я знаю кто вы, можно и немного прогуляться.

Под покровом ночи, когда заиграл оркестр…, поднялся занавес. На сцену выкатили клетку с огромным гамадрилом; сквозь перлы тумана на свет показался Лизерман в рваном пиджаке и с рассеченной щекой.

-Это же Лизерман!

Золли обернулся на сцену:

-Да, нелегкую работёнку ему доверили китаёзы.

Гамадрил разбежался, оттолкнувшись от прутьев клетки, как от канатов на ринге и лягнул Лизермана в бок. Солдаты, дымившие возле сцены, в голос рассмеялись.

-Захватите саквояж, – сказал Золли и двинул в чащу леса; стараясь не отставать, я проследовал за ним. Со всех сторон на нас смотрели усталые лица; отчаянная гримаса делала из них совершенно новую расу:

-Что случилось с Лизерманом?

-Составляет гороскоп на неделю для Богуа – так этого красавца зовут. Интересно, кто он по знаку зодиака? – Золли мечтательно задумался, – …господин комендант Ли Чхуй Сун его очень любит.  Говорят, он сам лично выкапывал его из обломков эфиопского авиалайнера, много лет тому назад…совсем ещё грудничка.

Мы проходили мимо сторожевой башни, когда я заметил человека, который стоял на балконе нагой, с кубинской сигарой во рту; в кулаке он крепко сжимал бутылку саке и активно нам жестикулировал.

Золли подал знак, подняв открытую ладонь над головой, и человек на балконе блаженно оскалился:

-Господину Ли так полюбились мои стихи, что он отводит им целую полосу в каждом номере.

-А что будет со мной?

Золли проигнорировав меня, протянул мне раскуренную трубку:

-Что касаемо мисс Фон Ёрн, так она тоже занята делом – печатает некрологи.

-Смир-но! – прокричал без передыху пыхавший опиум, толстый китаец с гнилым ртом и плешью на голове.  

Золли резво двинулся сквозь толпу соломенных шляп, то и дело, отталкиваясь от направленных на него штыков. В центре кутерьмы я заметил лежащую на земле мисс Фон Ёрн, кое-как отбивающуюся от настырных рук, лезущих ей под юбку.

-Хуан составляет кросвор…

-Хуан жив?

Золли уводил меня всё дальше; два или три раза мы подныривали под пустые мертвые поезда. И в конечном итоге мы выбрались на бескрайнее поле с выбивающимися из земли крестами:

-Да, и очень даже возможно, что когда-нибудь, ему удастся выбраться отсюда живым – составляет кроссворды для самого коменданта.

Золли взглянул на святящиеся циферблаты и что-то задумчиво поправил, потом обслюнявив указательный палец, справился с направлением ветра:

-Отсюда начинается опасная зона, – Золли перерезал натянутую перед его носом леску. – Только и будь начеку, – пояснил он, – главное не вляпаться в дерьмо. Здесь олени ходят.

Остаток дороги мы молчали, пробираясь во тьме. Трещали ветки под ногами, на лицо наползала паутина и где-то в небе над нами тревожились летучие мыши:

-Что касаемо мистера Юджины, то как только до него дошло наше сообщение о том, что китаёзы вошли в город, он сделал харакири, предварительно облив себя напалмом.

-Мистер Юджины тоже из ваших?

-У них с китаёзами свои тёрки и разговор в их случае навряд ли бы получился. По крайней мере, у него не было другого выбора…, – наконец он остановился.

Нас окружили конвоиры, всё это время следовавшие за нами по пятам и выставили вперёд штыки. Золли объявил им что-то на китайском и вынул из кармана блестящую Zippo. Вскинул крышку, и словно по взмаху волшебной палочки – огонь осветил тьму:

-…В отличие от вас – сказал он, указывая на брешь в стене. 

Средний рейтинг: 0
Дата публикации: 11 марта 2017 в 19:49