0
28
Тип публикации: Публикация
Рубрика: юмор

Прикоснувшись к входной двери, ВВ замер на мгновение – ему показалось, что только сейчас он понял, каких усилий стоила последняя победа над очередным претендентом на его чемпионский титул. Захотелось погладить ручку в виде морского конька, изготовленную из сапфира, но он просто пощёлкал её пальцем, и удивленно произнёс:

- Надо же какой огромный сапфир, а выглядит обыкновенной стекляшкой.

Прошла всего пара-тройка месяцев, как ВВ вступил в право владения этим чудным жилищем, стоившего ему ни много ни мало, а двух гонораров за бои, проведённые на его второй Родине – Германии.

Неожиданно морской конёк начал вдавливаться в его ладонь, давая понять – кто-то решил покинуть жилище. ВВ сделал два маленьких шажка назад. Дверь открылась – появилась горничная.

- Здравствуйте, господин, - прощебетала она, кокетливо блеснув глазками. Оказываясь рядом с ВВ, она всегда старалась (незаметно для остальных членов семьи) соблазнительно пострелять своими светло-карими искорками, словно приглашая его улететь в другой мир. Стоит заметить, что в последнее время эти взгляды становились всё настойчивее и откровеннее.

 

- Очень даже неплоха баба, - подумал ВВ, - да и сам я ещё хорош собою, раз мною любуются такие красавицы. - И тут же прогнал следующую мысль, шаловливую и неправильную, посещавшую его в те моменты, когда он ловил её взгляды на себе, когда видел её стройные ножки, выглядывающие из-под коротенькой юбчонки-униформы, красного цвета с партийным символом (два перекрещенных кулака) в определённых местах; изгнал её настойчивую и сильную, сменив на парадную: - Мне нельзя. Я – Чемпион. С меня берут пример.

Прижмурив левый глаз, ВВ наклонил голову (если бы кто-нибудь мог прочитать его мысли в этот момент, то подумал о том, что знаменитый боксер подсчитывает: сколько с него взято примеров), и, окончательно зачистив закоулки мозга от непотребных дум, напустил на себя серьезный вид, затем сдвинув брови, строго спросил:

- Далеко собралась?

- Госпожа мне дала двое с половиной суток отпуска.

- С какой стати?

- Сегодня уже 6-е марта, мой господин, необходимо приготовиться к празднику.

- Надо же…

 

ВВ неспеша прошёлся взглядом по её лицу, отражавшему неимоверное счастье, задержался на глазах, на дне которых, как ему представилось, он сумел заметить всплеск некоей мольбы, при случае обещавшей заменить все радости мира.

Тяжело вздохнув, ВВ сделал один большой шаг и вошел в дом, восхваляя свою фантастически нечеловеческую стойкость перед всеми мыслимыми и немыслимыми соблазнами:

- Только настоящие чемпионы могут иметь такую силу воли, как у меня. Но сегодня на планете существует лишь один Чемпион – это я.

Затворяя за собой дверь, он мельком взглянул в щель на горничную – та смотрела ему вслед; тоска и обида мгновенно преобразила её лицо… В последний момент, дав волю чувствам, ВВ с силой закрыл дверь, да так, что показалось – дубовые створки жалобно всхлипнули. Он довольно улыбнулся:

- Есть ещё порох в пороховницах.

 

Над лестницей, ведущей на второй этаж, будто сошедшее с небес чудо, появились глаза горничной. ВВ отмахнулся от назойливого видения, и впервые попробовал оценить её, не как домработницу, а как женщину:

- Похожа на Данаю, только ходит и в одежде. Даная? - неодобрительно хмыкнул. - Рембрандт или Тициан? Скорее, Рембрандт, у Тициана – жирная. Да нет же они – обе жирные.

Затем на него снизошло прозрение. Улыбка, только что появившаяся на лице, исчезла, и печаль окутала ВВ своим покрывалом.

- Как я, Чемпион чемпионов, забыл о надвигающемся весеннем кошмаре?! Какой идиот придумал этот горе-праздник, превратившийся в фарс?! Дай Бог памяти... Ага, Цеткин Клара, кажется… Тогда идиотка. Чтоб её, царицу распущенности, на том свете бесы по частям в блины раскатали. Клара Цеткин? А ведь она – моя землячка, ну да, конечно, в Германии родилась, выходит, – неистовая революционерка.

И теперь мне завтра, из-за революционного буйства Кларушки, придётся ходить по рынку – выбирать эти, как их?.. Ингредиенты пищи и… - и тут его обуял ужас. - Придётся самому носить сумки!

Что же делать?!

 

Не обращая внимания на детский визг, раздававшийся, где-то в дальних комнатах, ВВ направился в кабинет. В кабинете, подойдя к бюро, растерянно осмотрелся вокруг, затем вернулся к входу и закрыл дверь на ключ.

Усевшись удобнее в кресле, начал думать. Думать не удавалось. Нет, не то, чтобы он не хотел думать, или у него не получалось выстроить знакомые слова в логическую цепочку, просто, когда он начинал размышлять о завтрашнем и следующем днях, точнее пытался выстроить график своих действий в женский праздник, то перед глазами появлялась горничная в воздушней мини-юбке и принималась ножкой грациозно пинать его мысли, при этом томно вздыхая после каждого слова, бьющего наповал:

- Свинг. Хук. Апперкот. Свинг. Хук. Апперкот. А теперь ещё один прямой. И ещё раз. И ещё. Ах…

Чемпион вскочил из-за стола, и, подойдя к окну, начал возмущенно роптать:

- Весна, весна, чёртова весна...

Посмотрел в окно – весны не наблюдалось. Открыв створку окна, по пояс высунулся наружу, посмотрел по сторонам, и, глубоко вздохнув, констатировал:

- Да, что они – все с ума сошли? Какое 8-ое Марта?!

 

Ухмыльнувшись, он закрыл окно, удовлетворенно потёр руки и с пафосом изрёк:

- Весна. Быть может, весна, - воодушевление неожиданно покинуло его, и он вернулся в старую колею: - Нашли праздник… Праздник наступит у мелких торговцев китайской галантереей и мимозой. Хотя, с другой стороны, завтра воцарится двухдневная поблажка женщинам – милиция должна получить устный приказ, чтобы их, пьяных (женщин), не отправляли в вытрезвитель, но и валяться на улице им не разрешалось. А как тогда им быть?

Глубоко проникнувшись положением пьяных женщин в первый весенний праздник, но не найдя ответа, ВВ пожал плечами, и, повернувшись спиной к оконному проёму, сделал шажок, намереваясь вернуться к своему месту, но вдруг споткнулся, словно встретил невидимую преграду, и вздрогнул, что вызвало бы неподдельное удивление присутствующих, если таковые находились в этой комнате. Он развернулся, вновь открыл окно, прижался щекой к стеклу, осторожно втянул в себя свежий воздух. Лицо, расплывшееся в благодушной улыбке, засияло… добротой.

- Им весна приснилась, что ли? Весной даже не пахнет.

 

Осмысление земных процессов завершилось. Он вернулся на место, откинулся в кресле, потом с удовольствием потянулся, отгоняя от себя бредовые раздумья о гипертрофированном женском празднике.

- Хорошо-то как, - только он успел произнести благодарность… потягушечкам, как в воздухе опять появилась горничная, сменив верхнюю одежду на ажурное ночное бельё.

С тоской ВВ посмотрел на окно, затем – по сторонам, попытался снова начать думать, чтобы уяснить связь: 8-ое Марта – весна – баба – горничная.

- Ну, 8-е Марта – не сегодня. Весной не пахнет. Горничную – уволить. Бабы, бабы…

Внезапно в его поле зрения попала небольшая фигурка древнего воина с копьём, несущего службу возле письменного прибора. Статуэтка, чем-то походила на оловянного солдатика, из далёкого детства. Разница между невинной игрушкой и этой безделушкой была огромная, потому как её лицо выглядело точной копией кроманьонца.

- Бесспорно, этот воин имеет веские причины здесь находиться, если он здесь находится, - решил ВВ. - Наверное, был чемпионом в своём времени. Это понятно, иначе как он попал бы в этот кабинет?

 

Взяв воина за голову, он поставил его на левую ладонь; всмотрелся в блестящее лицо игрушки.

- Странно. Тяжёлый. Не глиняный. Глаза блестят, а одежда и копье – жёлтые, - удивившись, прошептал Чемпион. - Откуда у меня эта штука появилась? Очевидно, кто-то из друзей подарил?

ВВ принялся листать записную книжку, в которой отмечал различные события, и прочие разности. Нет, у него не ослабла память после множества игрищ, на которых ему приходилось уже много лет отстаивать титул Чемпиона чемпионов, просто так делал записи – на всякий случай. Когда-то услышал от умного человека, что случаи бывают всякими, и поэтому он решил воспользоваться своим умением писать, начав вести хронологию своей жизни…

Прошло четыре часа.

Перелистал очередную страницу дневника, ВВ принялся читать: «23.02.2013. Жена (моя) подарила фигурку первобытного человека. Говорят, что похож на Колю Валуева. Глаза – алмазные, одежда и оружие – золотые…».

 

- Надо же – из чистого золота? - и, взяв фигурку в руку, взвесил её. - Действительно из золота – тяжёлая. - Удивился Чемпион, и принялся дальше читать свои записи: «…одежда и оружие – золотые, а также три яйца от Фаберже…».

ВВ перевернул Колю Валуева – яиц не было.

- А почему – три? И где они? - только и смог недоумённо вымолвить Чемпион. Открытие повергло его в шок. Минут пять он молча сидел, уставившись в алмазные глаза Коли Валуева. - Где яйца? Их же мне подарили?

В воздухе появилась беззаботная горничная, жонглирующая тремя яйцами Коли Валуева от Фаберже.

- Выходит, в моём доме украли мои яйца? - возмущению Чемпиона не было предела. Он глянул на часы – было далеко за полночь. Горничная растаяла вместе с яйцами. - Хорошо, утром разберёмся.

«…три яйца от Фаберже преподнесла мне жена (моя) 23 февраля в День защитника Отечества в Украине. Точка».

- Ничего не пойму. Как моя жена могла мне подарить яйца Коли Валуева? А кто такой – Коля Валуев?

Лихорадочно перелистал свой дневник – о Коле Валуеве больше не упоминалось; затем ещё раз перевернул Колю Валуева – яйца не появились.

 

В комнате, под потолком, по диагонали вновь пролетела горничная, держа в руках яйца от Валуева, то есть от Фаберже. По Чемпиону промчалась мелкая дрожь, словно его мощное тело испытало воздействие электрического тока.

ВВ попробовал сосредоточиться на скором женском празднике, и попытался ещё раз задуматься:

- Не сделал ни одной попытки, чтобы выйти из кабинета. Всё размышлял и размышлял: как можно избавиться от преследующей мысли, с которой никак не хочется соглашаться – 8-го Марта придётся мыть посуду.

«А быть может, надраться?», - неожиданно откуда-то выскользнула робкая, но рассудительная мысль.

- Нельзя. Я – Чемпион.

- Именно Чемпиону – можно. Никто даже не предположит, что возможно подобное развитие, так называемого праздника. Сколько раз Чемпион получил по голове за честь своей Родины? Отож!

- Действительно получал…

 

И вдруг его осенило. Ведь все архисложные проблемы, даже такие унижающие собственное достоинство Чемпиона, как предполагаемое мытье посуды 8-го Марта, решаются элементарно: нужно взять и запретить эти чёртовы красные дни! И ведь, самое главное, в нынешних условиях подобный шаг вполне осуществим.

- Всё! Решено! Моё терпение кончилось! Значит, 8-ое Марта отменяем*, и заодно от 23-го февраля тоже откажемся, - при этих словах он мстительно посмотрел на Колю Валуева. - Будешь знать, как от меня яйца прятать… Народ должен работать, также укреплять силу тела и духа. Дудки всем вам, а не лишний повод для поглощения родимой. И точка! И никогда иначе не будет!

Чтобы Я, Чемпион, и гордость Украины, посуду мыл? Никогда!

Рука привычно набрала телефонный номер одной из главных своих помощниц, бывшей журналистки, а ныне народной избранницы.

- Я вся во внимании, ВВ, - лениво пробормотал полусонный голос.

- Нужно составить проект Закона, запрещающего праздники.

 

- Какие праздники?! - нардепа вмиг подбросило в кровати от неожиданного предположения, потому как по ночам в Украине составлять Законы – уже было, а начинать отменять – это нечто новенькое в парламентской практике.

- 23-е февраля и 8-ое Марта. Это будет наш очередной вклад в борьбу с наследством оккупационного режима.

Возникла пауза, но это было закономерное явление: в аналогичных ситуациях приходилось тратить больше времени на усвоение информации, чем на сам ответ, потому как частенько вопрос лидера партии, или его сообщение о принятом решении, её заставали врасплох. И причина неожиданного замешательства проста: 99% предложений ВВ обычно находились за пределами логического мышления. Затягивая время с ответом (ведь ответить быстро и точно на очередную выходку шефа, и без последствий – это уже искусство), она прокашлялась, а потом вкрадчиво спросила:

- ВВ, ваши гости поздно разъехались?

- Не было у меня гостей. Я с полудня пашу в кабинете и за себя, и за всю мою партию. Да и у меня еще возник один вопрос: ты не знаешь – кто такой Коля Валуев?

 

- Лучше бы ты трудился за одного себя, но, как положено, - пробурчала помощница, отвернув телефон в сторону, затем попыталась ответить, правда, она смутно понимала, как вообще может идти речь об отмене двух самых почитаемых торжеств. Но перечить не посмела своему вожаку: работа в Верховной Раде – какой-никакой, а кусок хлеба. До следующих выборов далеко, а после такого партийно-послужного списка, как у неё, не примут ни в одну порядочную партию, а по-человечески жить-то хочется, и каждый день.

- Вне сомнения, ВВ, трудно понять, можно ли… - она с трудом подбирала слова, пытаясь настроить свой мозг на волну своего босса, хотя одна короткая, но правильная, мысль рвалась на свободу изо всех сил: «Увлечение боксом ещё ни для кого бесследно не заканчивалось».

Не удивляясь явной крамоле, не просто так родившейся в её голове, она согласилась с таким суждением, вспомнив хвастовство ВВ во время выступлений за границей, что он родился в семье военнослужащего, который «…был образцом чести и доблести для своих детей, учил их добру, справедливости, настойчивости и воли к победе», а сам он, офицер запаса, неоднократно дрался и побеждал под флагом Красной Армии, что он присягу давал…

 

- Хорошо, ВВ, я буду работать над этой темой. Валуев – россиянин, то ли бывший чемпион по боксу, то ли обладатель одного из поясов, оставил карьеру боксёра, избран народным депутатом Госдумы РФ, - женщина решила закончить разговор, потому как голова (от странного распоряжения) не то, чтобы пошла кругом, а совершенно отказывалась размышлять, - только… - Тут она запнулась, и, собравшись с духом, спросила таким тоном, будто от ответа ВВ зависела жизнь на всей планете:

- А секс будем отменять по этим дням?

- Нет. Секс не отменяется, всё равно за всеми не уследишь. Работай параллельно. Спокойной ночи! - он отключил телефон, и подвинул к себе лист бумаги и письменный прибор. - А я начну действовать.

Взяв ручку, ВВ чиркнул по краешку бумаги, пробуя её работу, затем взял ещё один чистый лист и неторопливо, словно смакуя рождение каждой буквы, начал старательно выводить:

 

- Я, Мы и Моя партия решили...

Неожиданно желание законотворчества решило его оставить на некоторое время. Удивленно посмотрел на фигурку древнего воина, словно обнаружил её впервые, и тихо произнес:

- Дура! Что с бабы возьмёшь? Бывших чемпионов не бывает, даже если они становятся народными депутатами.

Левой рукой погладил статуэтку по голове, потом отпустил Коле Валуеву лёгкий щелчок по лбу со словами: - Наверное, тоже пишешь Законы для народа?

Скомкав листок с началом обращения, Чемпион подвинул к себе остальную стопку бумаги, и не спеша начал писать на верхнем листе:

 

- Я, Мы и Моя партия решили…

Прошла ночь, потом день и снова ночь… Наступило 8-ое Марта. ВВ по-прежнему сидел в кресле, положив подбородок на кулаки. В дверь осторожно постучали.

- Милый, ты не забыл – сегодня праздник!

Дальше – больше: стук стал настойчивее, и вот уже там, за порогом, в мире наступившего женского праздника, начали рождаться иные звуки, созданные маленьким кулачком жены. Но кабинет хранил молчание.

- ВВ, тебе плохо?! Что случилось?! «Скорую…» вызвать?!

- Не мешай, я думаю.

- Что?! Ты – думаешь?! Это ты будешь в своей Раде басни рассказывать. Как же меня мама просила, уговаривала: «Доченька, трижды подумай, прежде чем выходить замуж за боксёра!».

Папенька постоянно в пример ставил трясущегося Мохаммеда Али, которого годами профессионалы били по голове, и каждый старался ударить, как можно больнее. Пытался мне настойчиво объяснить, что у любого боксёра, после первых двух нокаутов, в мозгу начинает вимана пробные полёты делать, а к концу спортивной карьеры там уже вовсю идут звёздные войны, а содержимое голов супертяжей вообще не поддаётся описанию…

В девицах, я была глуха к их мольбам – теперь жалею.

 

- Ты – не патриотка новой волны, - раздался серьёзный голос с пафосной ноткой.

- Я сказала: открывай немедленно! Кончились для тебя крыловские времена. Сегодня же объявляешь об уходе с ринга, иначе к тебе весна придёт с кулаками! Кто сегодня должен хозяйничать на кухне?!

Ты решил нас заморить голодом? - жена, сбавив тон, прильнула ухом к замочной скважине. Ответа не последовало…

- Будь, что будет, - тихо произнёс ВВ, и позвонил верной помощнице.

Народная избранница тут же отозвалась, и радостно возвестила о наступлении весны:

- С праздником вас, ВВ! Может быть, передумаете?..

В сознании ВВ рухнул мир, и он представил себя на кухне: в фартуке, стоящим перед горой немытой посуды, когда в нескольких метрах от него, вальяжно развалившись в креслах, жена и горничная пили настоящее французское шампанское, причем каждый раз наливали в чистые бокалы; терпеть такое издевательство – это уже было сверх каких-либо человеческих сил.

- Не бывать этому! - возбуждённо закричал он, и голос его стал похож на рёв дикого зверя, загнанного в ловушку.

В дверь вновь отчаянно затарабанили…

- ВВ, вы о чём? - удивился женский голос в телефонной трубке, прорываясь сквозь громкие ритмы зажигательной музыки.

- По-вашему уже никогда не будет! Моя партия всей стране преподнесёт подарок. Бери ручку, записывай…

 

* Лидер партии «УДАР» Виталий Кличко выступает против празднования на государственном уровне 23 февраля и 8 марта, сообщила народный депутат от «УДАРа» Ирина Геращенко (news.mail.ru, от 21.02.2013).

 

 

23.02.2013

Дата публикации: 20 марта 2017 в 10:13