30
158
Тип публикации: Критика
Рубрика: рассказы

                                                                            I
   Возраст, не то что юный – совсем сопливый еще – одиннадцать лет. Вероятность ощущения чуда - высокая. 
   Таня попала в больницу второй раз в жизни. Диагноз – обследование, жалобы на боли в животе. В палате сдружилась с девчонкой своего возраста, Ниной. Нинку можно было слушать часами: во-первых, она постоянно лежала в больницах и, в подробностях, от которых Танино сердце замирало, рассказывала как ей удалили аппендикс (это вообще фигня) и гланды (привязывали руки и раскрывали щипцами рот), заставляли глотать «кишку», вставляли в руку загадочный «катетер» и делали снимки почек после укола в вену, от которого «рыгаешь и падаешь в обморок». Во-вторых, в её маленькую, коротко остриженную голову, умещались анекдоты, детские стишки с матами, четверостишья про «маленького мальчика», грустные песни типа «судили парня молодого», она умела усыплять, надавливая на солнечное сплетение, и плести из трубочек от капельниц красивые брелjки, помнила много карточных игр, пасьянсов и гаданий, а также разбиралась в том, как вызывать пиковую даму, снежную королеву, водяного и гномика, который приносит леденцы. В-третьих, Нина знала огромное здание детской больницы как свои пять пальцев и водила Таню на экскурсии, в том числе даже на полузаброшеный  подвальный этаж с пустыми палатами и таинственной комнатой с надписью «Горшечная».

 - Совсем скучно, - констатировала Нинка. – Всех на выходные забрали. Одни мы остались. Ты всю разукрашку раскрасила?

- Всю.

- А пошли к мальчишкам в палату. Там тоже кто-то остался. У них еще комиксы есть.
- Ты совсем ку-ку, - покрутила пальцем у виска Таня.
- А, спорим, в твоей книжке есть матное слово!
- Там нет матных слов, это книжка про русалочку.
- Спорим, что есть! Если да, то ты пойдешь со мной к пацанам. Если нет – выполню любое желание.

- Хорошо, покажи, - Таня протянула книгу подруге.
- Вот, прочитай вслух.
- Там написано «водоросли колебались», ты просто пальцем закрыла «кол». Так не честно! Это не матное слово.
- Если не матное, то зайди в процедурку и скажи его медсестре три раза.

- Ладно, пошли к этим дуракам. Если там будет дебил Вадик, который руки об меня в туалете вытирал, я сразу уйду.

- Да его родаки забрали, не переживай.

   В «мальчуковой» палате тоже было не густо народу – на выходные остались лишь трое: взрослый – пятнадцатилетний! – Коля, очкарик Ираклий и маленький Сережа. 
- Приветики, - без стука завалилась в палату Нинка. – Есть что почитать? Или в картишки сыграем?

- На желания? – отозвался Коля. Ираклий принес стопку мятых комиксов и журналов «Трамвай». Сережа не обратил внимания на гостей и продолжил катать по спинке кровати машинку.
- Сначала просто сыграем, - отрезала Нина. – Посмотрим на тебя, вдруг ты мухлёвщик. 
   Через час девчонки вели себя как в своей палате. Таня, забравшись с ногами на чужую кровать, листала яркие картинки и грызла печенье. Нина рассказывала историю о том, как она так сильно напрягла попу, что ей не смогли сделать укол: «И, вот, медсестра так и не смогла воткнуть иголку. А иголка была вооот такенная! Она решила уколоть меня с разбегу. Но я опять напряглась, иголка погнулась, а медсестра улетела под кровать. Честно-честно.»
   С этого дня подружки часто ходили в гости «в четвёртую» - поиграть в карты, рассказать и послушать больничные байки и просто побеситься. Таня ужасно боялась щекотки, а Коля этим регулярно пользовался. Она визжала и смеялась до икоты. Потом Коля поил ее водой и показывал коллекцию наклеек с машинами и самолетами. Правда, это были очень красивые наклейки, неразрезанные, на листах бумаги.

   На понедельник у Тани была назначена процедура «зондирование». С одной стороны, это звучало довольно страшно, но с другой -  теперь и у нее появится возможность шокировать подруг такой историей. Это, конечно, не операция, но и так сойдет. К 9 утра голодную Таню привели в кабинет с черной кушеткой и маленьким столом. На кушетке сидел бледный Коля, а изо рта у него висела тонкая трубка, приклеенная пластырем к подбородку. Через несколько минут такая же трубка появилась и у девочки.

- Носовой платок взяла? – спросила незнакомая медсестра.
- Ага, - кивнула Таня.

- Промакивай слюну пока что. Скоро ты привыкнешь к зонду и сможешь ее глотать. А потом даже разговаривать. Так вам сидеть два часа, ребятки. Каждые пятнадцать минут я буду брать пробу желудочного сока, это не больно. 
   Таня смахнула слезы. Коля достал карты и раздал как для «дурака». Через какое-то время трубка действительно перестала мешать, Таня сначала мычала, а потом у нее даже получилось разговаривать. Оставшееся время пролетело быстрее, чем первые десять минут процедуры. «Вы дружите, да?» - с улыбкой спросила медсестра. «С этим шпендиком?» - язвительно ответил парень и ущипнул Таню за бок.
   Через неделю Колю выписали. Он подарил Тане все свои наклейки. Она разрезала их и обклеила тумбочку, которую потом с настоящими матными словами отдирала старая санитарка. Через несколько дней с похожим лексиконом она отмывала окно палаты от зубной пасты – на нем в честь предстоящего нового года девочки нарисовали снежинки и маленькую ёлку. На прощание Коля сказал свой телефон. Он был очень легким – первая цифра такая же, как у всех номеров в городе, потом девяносто пять – текущий год, потом девяносто шесть – год следующий и еще семерка в конце. Просто невозможно не запомнить.

   Еще через неделю выписали и саму Таню. Она вернулась в школу, в шестой класс. Несколько раз они созванивались с Нинкой, поздравляли друг друга с новым годом и Рождеством. Один раз Таня набрала Колю, но ответила его мама, и девочке пришлось бросить трубку.

   В начале февраля она случайно наткнулась на больничного товарища в парке, где бессмысленно шаталась после школьных занятий. Он пригласил её в гости посмотреть по видику ужастик про Лепрекона. Таня позвонила маме с автомата и сказала, что идёт к подружке делать уроки. Фильм и вправду оказался страшным. На самых пугающих моментах девочка цеплялась Коле в плечо, а он прикрывал ей глаза ладонью. В какой-то момент он хотел пощекотать её, но постеснялся. Таня показала ему тетрадки, учебники и разрисованный дневник. На маленькой и тёмной кухне они поели котлеты с гречкой. А после по хрустящему снегу Коля проводил её за руку домой. Больше, как и с Нинкой, они не созванивались и не виделись.

                                                                              II

   Возраст – двадцать три года. Жизнь – боль, нормальных парней не существует в природе. Вероятность ощущения чуда - низкая.

   Таня шла по улице, одновременно набирая смс и любуясь новеньким блестящим телефоном с цветным экраном. Высокая мужская фигура внезапно толкнула её, и драгоценный телефон упал на тротуар.

- По сторонам смотри, придурок, - злобно сказала Таня.
- Извините, - широкая ладонь протянула девушке отлетевшую батарею. – Это же шпендик! Вот это да. Ни чуть ни выросла, даже на сантиметр. И такая же злая!

   Таня сделала шаг назад и внимательно посмотрела на толкнувшего её человека.

- Ты же Таня, да? Я Коля, вместе в кировской больнице лежали. Помнишь?

- Издевался надо мной. Нет, не помню, - девушка отошла в сторону.

- Ты ко мне даже в гости приходила.

- Ничего не помню. Я была маленькая и глупая.

- Время тебя совсем не изменило. А сейчас пойдешь ко мне?

- С чего бы вдруг. С женой твоей познакомиться что ли…

- Да я это, развелся недавно. А ты откуда знаешь?

- Город-то маленький, - хмыкнула Таня.

- А я думал ты уехала.

- А ты что  - меня искал?

- Искал. Когда ты школу закончила. Под калиткой твоей караулил.

- Серьёзно чтоль?

- Абсолютно.

- А я уезжала к тетке в столицу на учебу, прожила там пять лет.

- А чего вернулась?

- Не знаю, - Таня пожала плечами.

- Пойдём ко мне. Просто посидим. Как тогда, в детстве. Я не буду приставать. Слово даю.

- И щекотать не будешь?

- Сложно ответить, - улыбнулся Коля.

Средний рейтинг: 4
Дата публикации: 07 апреля 2017 в 07:27