22
176
Тип публикации: Совет
Рубрика: рассказы

 

Давно это было, уж и не помню, какой год шёл. Но случилось так, что попросил меня брат Санта подменить его на часок. Что-то не задалось на его игрушечной фабрике, да ещё в самый разгар Рождества. Вот он и явился на поклон:

- Выручай, Мороз Иванович, нужно мне отлучиться ненадолго, но если хоть час времени упущу, то всех детей одарить не успею.

Я в ту пору молодой был, отчаянный, согласился. Понимал ведь, что и у волшебников иной раз не всё гладко проходит. К тому же наш Новый Год ещё не наступил, почему бы не удружить товарищу?

И вот стоим мы с братом Клаусом на холме, глядим на маленький город в долине. Красота! Всё у них в лампочках, в фонариках, даже руки зачесались осчастливить народ поскорее. Снежок лёгонький медленно с неба сеется, под ногами похрустывает, заглядение. А Санта объясняет:

- Ты своих лошадок с санями над крышами останавливай и прыгай в каминные трубы.

- А в двери зайти никак нельзя? – спрашиваю.

- Нет. Потому что традиция у нас такая – через дымоходы в дома проникать. А вот выходить можно и через дверь.

- Ладно. А дальше что?

- Дальше подарки по списку раскладывай. Если над камином носки висят, то в них, если нет - под ёлку.

- Понял, - говорю, - сделаю.

- И ещё, перед тем, как в трубу лезть ты должен сказать: «Йо-хо-хо!»

- Зачем это?

- Традиция.

- Йо-хо-хо.

- Нет, радостно.

- Йо-хо-хо, ёлки-палки! Глупость какая!

- А ты что обычно говоришь?

- Ничего не говорю.

Посмотрел на меня Санта задумчиво, будто это не он, а я чушь порю, но промолчал. Стали прощаться. Тут он спохватился:

- Может, одеждой поменяемся?

Ага! Отдать мою драгоценную шубу взамен его штанишек с пиджачишкой?!

 - Что, тоже традиция? Может мне ещё бороду сбрить?! – кричу.

- Нет-нет, это для удобства. Трубы узкие, трудно тебе придётся, - лепечет хитрый Клаус, а сам так и облизывается на мой меховой воротник.

Не стал я меняться. Ещё чего! Умчался он на оленях в собственной кургузой одежонке, обещал, что скоро вернётся. А я в сани забрался и лошадок в город направил. Остановил их низёхонько над ближайшим домом, спрыгнул на крышу, тихонечко к трубе подошёл. Смотрю в неё – темно. Рукой поводил – дыма нет, значит, безопасно. По списку двое ребятишек здесь, два подарка полагается. Хотел яркие коробочки так в дымоход забросить, но передумал: не об этом дети мечтают, а я всё же Дед Мороз, а не какой-то недоучка. Поэтому велел лошадкам чуток обождать, гаркнул противным голосом «Йо-хо-хо» и прыгнул в трубу. Ну как прыгнул? Сначала на край влез, постоял, настроился, оттолкнулся и… застрял. Шуба моя кверху задралась, встала комком подмышками и ни туда, ни сюда. Всё. Конец. Хеппи энд.

Торчу, значит, из дымохода как морковка в загадке: ноги в темнице, а борода на улице. Небо рассматриваю. Тишь морозная стоит, что твоё парное молоко, ни собак, ни людей. Даже слышно, как снежинки позвенивают, на шапку мою опускаясь. Да лошадки дышат, всхрапывают. Лошадки! Кликнул я их, чтоб за воротник меня зубами вытянули. Не подумал о последствиях. А они разом на крышу ка-а-ак опустятся – три коня и сани. Дом вздрогнул всеми стенами и крыльцом в придачу, загремело внутри, люди проснулись. Люстра у них упала с потолка, парадная, с хрустальными подвесками.

Долго ли коротко, а хозяин на крышу лезет. Сначала лестницу приставил, потом сам по ней пополз. Вот ружьё над краем показалось, потом лысина, щекастое перепуганное лицо и весь колобок в лыжном комбинезоне. Гном-спорстмен! Но всё же умнее меня, не в шубе.

- О май гот, - говорит. – Санта!

- Нет, - отвечаю. – Дед Мороз. По обмену к вам.

Он не понял, конечно. Стоит как столб, круглыми глазами хлопает. То на меня, то на лошадок. А снизу женщина лопочет, ничего не разобрать. Только «хелп» какое-то. Ответил ей хозяин, вскоре и она к нам забралась. Тоже круглая, розовая лыжница, но без лысины, а с кудрявым стогом на голове. Встала рядом с мужем. Глядят на меня с открытыми ртами. И я на них. Долго. Потом не выдержал и говорю:

- С новым Годом!

У них рты ещё шире открылись. Смекнул я, что неправильно сказал и добавил:

- Йо-хо-хо!

Они знакомый клич услыхали, забегали, руками машут. Подарки рассмотрели, поняли, что не проходимец из их дымохода торчит, а уважаемый волшебник. Стали из трубы меня тянуть, да так, что у хозяина штаны лопнули пониже спины. Утомились. Жена хозяйская подумала и объяснила мне жестами, мол, надо шубу разрезать. На такое я ни за что согласиться не мог, благо, они об этом по моему лицу быстро догадались. Снова закручинились. Тут хозяина посетила идея. Показывает: если разжечь камин, то по трубе начнёт подниматься тёплый воздух и меня вытолкнет.

- Нет! – кричу. – Не надо камин! Душегубы вы!

Поняли, успокаивать начали. Слышим, тоненькие голоса на улице. Женщина встрепенулась, с мужем переговорила и вниз. Остались мы вдвоём. Он меня ещё для верности потянул, а никак.

Хозяйка вернулся с термосом, чашками, и двумя детьми. Не побоялась на крышу их выпустить. А детки милые, курносенькие. Из под шапочек такие же как у матери кудряшки выбиваются. Яблоки у них и морковка для лошадок моих. Улыбаются, лепечут. Стали коников угощать, а взрослые чай из термоса пить, и я с ними.

Молчим, по сторонам смотрим. Хозяин жену обнял за плечи, она голову положила ему на плечо. Умильные, хоть на картину. Снег перестал, небо чистое, миллион белых огоньков у нас над головами перемигиваются. А под нами, на улице, лампочки цветные блестят. И так хорошо мне стало! Хоть и в трубе застрял, а хорошо, душевно. Запел я про ёлочку вполголоса. Дети подошли, слушают, родители мелодию подпевать пытаются шёпотом. Потом они про крисмас затянули на мой манер - протяжно, но ласково.

Так нас брат Клаус и нашёл: я в дымоходе, а всё семейство вокруг с песнями и чаем. Он  мою беду понял сразу, объяснил хозяевам, поздравил, руки пожал, наградил подарками. Они чуть в обмороки не попадали на радостях, что сам Санта явился. Очень тепло всё прошло. Меня из трубы достал по волшебному, люстру починил, и отправились мы дальше, подарки развозить. Клаус на оленях, я – на лошадках. Взмыли в тёмное небо, помахали на прощанье милым людям на крыше.

Долго ещё Санта надо мной смеялся, припоминая каминную трубу. И сейчас, бывает, шутит при случае:

- Что, Мороз Иванович, пойдёшь мне в Рождество помогать?

- А чего не пойти? Запросто.

- Тогда шубу покороче надень, хе-хе!

- А может, ты к нам? Я тебя по тайге покатаю. Будешь медведям «Йо-хо-хо» кричать, - зубоскалю в ответ.

- Спасибо, но с меня Аляски хватает.

Хитрый, никак его не поймаю на слове. Но не обижаюсь, мне даже понравилось приключение с трубой.

- Понравилось? – улыбается. – Давай повторим.

- Я бы с радостью, но воспитанные люди ходят в гости только через двери!

Да-да, традиции традициями, а вежливость пока никто не отменял.

Думаю, вы со мной согласитесь. Разве нет?

 

 

Дата публикации: 29 декабря 2017 в 22:50