0
236
Тип публикации: Публикация
Рубрика: приключения

Часть 4.  СТРАННИК

 

            Две выписки из отчётных сводок Центрального Разведывательного Управления США:

            от 5 августа текущего года:

            «... в целях обнаружения активного хакера, действующего в Центральной Европе, прово­дится ряд оперативно-розыскных мероприятий для его выявления. По этому поводу вы­зывает интерес нижеследующее сообщение от Пловца:

            В Венгрии российская разведка проводит негласный контроль (слежку) за граждани­ном России Мальцевым Игорем Викторовичем, проживающим там под чужим именем (точ­ный адрес и новую фамилию Мальцева, Пловцу пока установить не удалось). Мальцев Игорь Викторович в досье российской разведки проходит под псевдонимом "Умник". Установлено, что именно Умник взломал счёт "RSA" в "НьюЙорксбенкс" 4 января текущего года. Весьма веро­ятно, что русские предпримут похищение Мальцева с целью вывоза его в Россию.

            Пловцу поручено срочно собрать любую информацию, касающуюся Мальцева И.В. (Умника)».

от 25 августа текущего года:

«…Пловец сообщил более полные сведения относительно активного хакера, дейст­вую­щего в Центральной Европе – Мальцева И.В. (Умника):

Умник приобрёл документы на имя гражданина Украины Клименко Андрея Алексан­дровича и в апреле переехал в Венгрию, где в Будапеште зарегистрировал фирму «Safety CHAOS». Это предприятие (согласно бухгалтерской документации) занималось разработкой новых систем защиты для компьютеров. В апреле-мае Умник создал, а затем запустил в банковскую сеть через Интернет многофункциональную вирус-программу. Этот вирус спо­со­бен проникать через стандартную банковскую защиту и зачислять деньги вкладчиков на счета Умника. Через небольшой промежуток времени эти деньги возвращаются на счета их владельцев. Благодаря огромному неконтролируемому количеству транзакций на счетах Умника постоянно находятся значительные средства, причем начисляемые на них банков­ские проценты составляют ежемесячно сорок - пятьдесят миллионов долларов. Программа и её разработчик вызвали острый интерес у некоторых видных российских чиновников. Поэ­тому русские после подтверждения данных о существовании такой программы решили похи­тить Умника и вывезти в Россию. Узнав о готовящейся против него акции российской раз­вед­ки (здесь следует отметить отличные действия Пловца), Умник сумел проникнуть на сер­вер российского посольства и фальсифицировать секретную директиву, согласно которой за ним прекратили наблюдение и оставили на свободе. За это время Умнику удалось скрыться.

            Ввиду крайне опасной деятельности этого хакера для его скорейшего выявления, де­ак­ти­вирования и для упреждения его поимки российскими спецслужбами (в случае поимки Умника русскими, высока вероятность того, что вирус-программа будет модифицирована и растиражирована), считаем необходимым в розыске Умника задействовать соответствующие службы Интерпола.

            Ниже приводим биографию Мальцева Игоря Викторовича (Умника): ...».

Выписка из директивы Федеральной Службы Безопасности России:

от 10 октября:

«… для ускорения розыска и поимки Умника имеет смысл организовать похищение Ирины Кулиш, предпочтительно членами какой-либо преступной группировки, или любыми други­ми лицами не из нашего ведомства…».

 

 

 

Глава 1.

 

"Да, живут люди, - мысленно позавидовал Бубнов, входя в кабинет своего шефа. - Ишь, как Батя, развернулся! Не кабинет, а тронный зал!"

По мягкому, скрадывающему шаги ковру он двинулся в путь к гигантскому столу, за которым сидел Батя. "Хрустальная люстра, зеркала в золотой оправе. Наверное, один его стол больше, чем мой кабинетик в "Биолайте". За приближающимся отставным полковником чуть насмешливо наблюдал хозяин кабинета:

            - Что, нравится? Небось сам бы хотел здесь сидеть.

            - Плох тот солдат, который не мечтает стать генералом, - честно ответил Бубнов.

            Он остановился перед столом и посмотрел на стоящее рядом с ним кожаное кресло, но команды садиться не было, и Бубнов остался стоять.

            Батя, с хитрым прищуром продолжал изучать подчинённого и выдерживал паузу. Мол­ча­ние затягивалось. Бубнов под острым взглядом шефа чувствовал себя неловко, отво­дил взгляд, якобы разглядывая достопримечательности кабинета, и пристроил его на боль­шом портрете, висевшем за спиной у Бати, на котором маслом был изображён мэр города.

            - Ты ж у нас вроде не солдат, а руководитель, - изрёк, наконец, Батя. – Работник ры­ночного фронта. Бауманку держишь вместе с Тикки. Чего стоишь как вкопанный? Садись.

            Бубнов сел в кресло и продолжил изучение портрета. Внешне ему удавалось сохра­нять спокойствие, но полковник нервничал. Втайне от своего компаньона он брал на реали­за­цию небольшие партии героина и через преданного ему человека распределял товар дове­ренным лоточникам. Хоть это и пустяк, но всё же не лишняя прибавка к заработку. "Зачем меня вызвал Батя? Вдруг Тик-Так пронюхал о левом порошке? - тревожно думал Бубнов. – Ес­ли это так, то он обязательно донесёт, отомстит, сволочь тюремная. Ещё и приукрасит, доло­жит всё, что было и чего не было. Всё никак не простит мне то случайное ранение и готов меня с дерьмом сожрать".

            Сзади бесшумно подошла молоденькая секретарша, в руках которой был поднос с чайником, сахарницей и двумя расписными чашками на блюдцах. Она разлила чай, положи­ла в Батину чашку две ложки сахара, перемешала и осторожно поставила перед ним.

            - Вам сколько? - детским голоском спросила она у Бубнова.

            - Без сахара.

            Маленькая белоснежная ручка с перламутровым маникюром поставила перед Бубновым чай и девушка неслышно удалилась.

            - Угощайся, - предложил Батя, громко втягивая в себя горячий напиток. - Или может, что покрепче?

            Бубнов отрицательно покачал головой и отхлебнул из чашки. Из-за нервного напря­жения вкус чая он не ощущал.

            - Сладкое не любишь, или фигуру бережёшь? - поинтересовался Батя, окидывая взгля­дом грузную фигуру Бубнова.

            - Люблю, но сейчас ограничиваюсь - толстеть начал.

            - Ну так не мудрено, на рыночных-то харчах, - усмехнулся Батя и опять насмешливо прищурился. - Слыхал я, ты лишку стал отстёгивать в свой карман, от компаньона доходы при­пря­тывать... и от меня. Некрасиво.

            "Всё-таки разнюхал, паскудина, и донёс", - злобно подумал о Тик-Таке Бубнов.

            Оправдываться не было смысла и он, опустив голову, молча глотал из чашки жид­кость.

            - Ладно, - посерьёзнел Батя. - Меня такие мелочи не интересуют. На досуге разберё­тесь с Тикки, но только без скандалов. Тебя я позвал по другому поводу.

            Он поставил пустую чашку на блюдце и нажал на кнопку в уголке стола. Через секун­ду перед ним возникла девушка-секретарь.

            - Ещё, - потребовал Батя.

            Секретарша опять налила чай, сыпанула в него нужную дозу сахара, золоченой ло­жеч­кой поколотила в чашке и поставила её перед начальством. Она вопросительно глянула на Бубнова, но тот отказался.

            - Так вот, - Батя продолжил говорить, чередуя речь со смачным прихлёбыванием. - Разговор пойдёт у нас об Умнике. Ещё его не забыл? Ну да вы его долго помнить будете, особенно Тикки. Пора Умника брать за жабры, да так, чтоб он затрепыхался.

            - Мне кажется, Умника сейчас нет в городе, - осторожно заметил Бубнов. - Может он сейчас вообще за границей. Да и запретили мне им заниматься. Вы же знаете.

            - В курсе, - усмехнулся Батя. – С Умником у тебя одни проколы. То он у тебя из-под носа сбежал, то мальчишку, друга его, ты зря замочил. Постарайся хоть сейчас не обла­жаться. А с разведкой, с её руководством, мы пришли к обоюдовыгодному согласию. Они тоже лоханулись с этим Умником – почти месяц пасли его в Венгрии, следили за каждым его шагом, а когда решили брать, Умник дал дёру. Молодец, пацан - настоящий умник! Сделал он свою программу и теперь лопатой черпает денежки, богатеет. А заодно обгадил наших доблестных дзержинцев, - читал, как оказалось, их переписку, словно открытую книгу. Сидят они теперь у разбитого корыта и не знают, в какой точке земного шарика его искать. А ищут не только они, но уже и американцы. Будет крайне обидно, если они первыми найдут Умника. Но есть одна тоненькая ниточка здесь у нас. Можно дёрнуть за неё и, возможно, Умник оты­щется.

            - Здесь у него друг живёт, - быстро сообразил Бубнов. - Через него?

            - Друг в беде не бросит, лишнего не спросит, - пропел Батя и рассмеялся. - Вы вроде бы с Тик-Таком тоже большие друзья, только почему-то друг другу глотки порвать готовы.

            На это едкое высказывание начальника Бубнов ничего не ответил и лишь вежливо усмехнулся.

            - Плохим ты был ментом, Бубен, - Батя отодвинул от себя опустевшую чашку. - Не смог разнюхать, что девка Умника здесь живёт. Что, удивлён? Причём не просто девка, а бере­менная девка, в положении. Некая Ирина Кулиш, медсестра. Приезжала она к нему в Будапешт в июле на медовый, так сказать, месяц. А знаешь, сколько Умник отхватил за лето бабла?

            - Сколько? - нервное напряжение Бубнова спало, глаза оживились и азартно заблестели.

            - Как утверждает разведка, минимум тонн сто.

            - Всего то? - разочарованно протянул Бубнов, имея в виду сто тысяч долларов.

            - Сто миллионов баксов для тебя мало? - усмехнулся Батя. - Мне бы, например, хватило.

            Потрясённый такой суммой, полковник промолчал.

            - Короче, разведка закроет глаза на то, что вдруг девочка неожиданно пропадёт. Сами они этим заняться стесняются, вдруг что-то выплывет наружу - они тогда вовек не отмоются. Их и так сейчас обливают помоями в любой газетёнке, или журнале. Но ты у нас парень не стеснительный - в органах всё-таки крупной шишкой служил. Возьмёшь эту Иру и подер­жишь у себя. Причём нужно сделать это так, чтоб Умник узнал, кто именно забрал его дев­чонку. Как порядочный человек, он начнёт искать выходы на тебя, требовать освобождения ни в чём не повинной Иры. Может самолично прибудет освобождать свою суженую. А что? Ещё полно придурков, верящих в чистую и возвы­шен­ную любовь. Может и Умник из их числа, он то ещё молод, наивен. Приедет сюда, тут наша доблестная разведка его и хапнет.

            - А какой мне… - Бубнов быстро поправился, - нам в этом резон?

            - Резон есть. Разведка считает, что Умник и его местный дружок, пока ещё остав­шийся в живых, - Батя сладко потянулся и ехидно глянул на Бубнова, который опять оценил юмор начальства хмыканьем, - имеют постоянный контакт через Интернет. Узнав, что дев­чон­ка в опасности, Умник свяжется с тобой, а ты сделаешь из него дойную корову. А выдоить из него можно хоть восемьдесят, хоть все сто лимонов, ведь эти деньги у него дар­мовые. Только не сразу, постепенно. Поиграй с ним. Пусть он отошлёт бабки один раз, вто­рой, третий. Начнёт нервничать, суетиться и где-нибудь да объявится. Вот и выходит консенсус - нам неплохие бабки, разведке - Умник с его программами. Улавливаешь?

            - Уловил, - впервые с начала разговора Бубнов позволил себе улыбнуться. - Как Умник на меня выйдет?

            - Откуда я могу знать? - рассмеялся Батя. - Он ведь у нас Умник. Пусть думает. Пусть об этом у него голова болит.

            - Как быть с Тик-Таком? Стоит ему говорить?

            - А ты как считаешь? - Батя опять насмешливо глянул на полковника.

            - Я считаю, что не стоит.

            - Я тоже так считаю. Желающий сохранить тайну да сохранит в тайне, что у него есть тайна.

            - Но он очень любознателен, наш Тик-Так, - настроение Бубнова заметно повысилось и он уже не прятал глаз. - Суёт нос во все дырки, сразу догадается, что к чему.

- Догадается, говоришь? - Батя ненадолго задумался. - Не догадается. У Тикки здо­ровье подорвано ранением, вот я его на это время и отправлю в санаторий. Пусть понежится на юге, там как раз бархатный сезон. Вернётся - продолжит верховодить на рынке, на боль­шее он не годится. А тебе я подыщу работу поприличнее. Всё равно вы теперь вдвоём на одном стуле не усидите. А я тебя не на стул – в кресло скоро пересажу.

 

* * * * *

 

            Ирина оглядела свой живот в зеркало и усмехнулась: "Круглый стал, как мячик. Увидел бы меня сейчас Игорь". Затем надела плащ и, закрывая дверь, крикнула маме, управлявшейся на кухне:

            - Я пошла.

            Она вышла из подъезда и поёжилась - холодно, ветер. Пора уже одевать вместо плаща пальто, ведь на улице октябрь. С лёгкой грустью ей вспомнился жаркий июль и отдых в Венгрии, большие искусственные волны бассейна, расположенного рядом с какой-то гости­ницей в центре Будапешта. С каким удовольствием они с Игорем качались на этих волнах! А поездка на Балатон! Удастся ли снова так хорошо отдохнуть? Когда уже можно будет им встретиться, ни от кого не скрываясь?

Её постоянно одолевало беспокойство – что с Игорем, вдруг его схватят? Правда, пока с Игорем всё было в порядке. Он ей часто звонил и расспрашивал о её здоровье и делах. Хотя о себе не сообщал ни слова. Где он? В какой стране?

Друг Игоря – Богдан, иногда проведывавший её, сказал, что Игорь сейчас не в Буда­пеште, из Венгрии ему срочно пришлось уехать. Почему? Об этом Богдан ничего не сказал, но она и сама догадалась - Игоря ищут и теперь будут постоянно искать, даже в других стра­нах, даже под чужой фамилией. А что делать ей? Только ждать и надеяться.

            В животе кто-то пошевелился, словно напоминая о себе. Почувствовав этот толчок, Ири­на улыбнулась. Скоро она будет ждать Игоря не одна, ведь всего через три месяца дол­жен появиться на свет ребёнок. Кто будет - мальчик, или девочка? Об этом можно было спро­­сить в женской консультации, но она сознательно не хотела узнавать пол ребёнка – че­рез три месяца всё будет известно и так, без всяких врачебных обследований и прогнозов.

            Ирина вышла из булочной и не торопясь пошла по улице, уже усыпан­ной пожелтевшей листвой.

* * * * *

            Почти до конца сентября Ирина скрывала от родителей свою беременность, отклады­вая трудный разговор на потом. Больше всего ей не хотелось выслушивать вспыльчивого отца, который обязательно поднимет шум из-за того, что дочка забеременела без его отцов­ского соизволения и предварительно не вышла, как это положено у нормальных людей, замуж.

            Но шума не случилась. В тот сентябрьский вечер отец сидел за ужином, долго елозил по тарелке вилкой, кряхтел и, в конце концов, решившись, буркнул:

            - Кого ждёшь?

            Ирина сразу не поняла, посмотрела на маму, но та промолчала, лишь только вздох­нула.

            - Я спрашиваю, кого ждёшь - мальчика, или девочку?

            - Не знаю. Мне всё равно, лишь бы ребёнок был здоровый, - отпираться было уже излишне и она сказала это с вызовом, готовясь к скандалу.

            - Что же ты нас с матерью в известность не поставила? Мы ведь тебе вроде как не чужие. Отец-то у ребёнка будет?

            - Отец есть... за границей. Он сейчас должен жить там. Игорь его зовут.

            - В бегах, значит, этот Игорь. Надеюсь, хоть не от тебя?

            - Григорий, - одёрнула отца мама.

            - Ладно, это я пошутил, - сказал отец. - Значит это ты с ним в Венгрию ездила, а не с подружкой?

            - Я ездила к нему, - Ирина покраснела и виновато опустила глаза. Тогда в июле она обма­нула родителей, сказав, что едет в Венгрию со своей подругой – тоже медсестрой, как и она.

            - Это он тебе частенько звонит по межгороду?

            - Да.

            - Ты вот, что... - отец задумчиво царапал вилкой по тарелке. - Бросай работать - небось тяжело уже с животом по больнице бегать. Как-нибудь прокормимся.

            - Зачем – «как-нибудь»? - поняв, что скандала не будет, Ирина облегчённо вздохнула и достала из сумочки кредитные карточки, которые до этого боялась показывать родителям. - Денег у нас теперь много. Это мне Игорь дал.

            На следующий день она оформила отпуск за свой счёт.

 

* * * * *

            Пора было возвращаться домой. На таком ветру можно и простудиться, а это совсем не желательно в её положении. К тому же уже совсем стемнело. Ирина свернула с проспекта и вошла в пустынный проулок между высотками, по которому можно пройти во двор её дома.

            За спиной сверкнули фары и Ирина оглянулась. Вслед за ней в проулок въехала легко­вушка и медленно передвигаясь, заныряла по колдобинам. Ирина посторонилась, давая маши­не дорогу, но та остановилась в трёх метрах от Иры. Две левые двери одновременно распах­ну­лись, к ней подскочили двое мужчин и схватили под руки.

            - В чём дело? - вскрикнула Ирина, от неожиданности даже не успев испугаться.

            Но её уже подтащили к машине.

            - Осторожно, мадам, дверцу не цепляем, - сказал один из них – коренастый, среднего роста парень. - А то ещё животик повредите.

            Второй - небольшого роста толстячок - ловко наклонил её голову и толкнул в салон на заднее сидение. Тут же в машине её цепко схватили руки третьего человека. Вслед за Ириной на сидение плюхнулся коренастый, а толстячок сел за руль.

            - Вот и чудненько, - жизнерадостно произнёс толстячок, оглянувшись на заднее сиде­ние.

            Ей стало страшно. Она сидела между двух молодых парней, державших её за локти.

            - Что вам нужно? - спросила она и попробовала вырвать руки.

            Но её придавили ещё сильнее.

            - Ты нам нужна, цыпа. Кричать не надо, - сказал третий парень, сидевший рядом с Ириной с правой стороны. - Не то вставлю в твой красивый ротик вот этот платок, а я его уже больше года не стирал.

            Машина проехала мимо дома, где жила Ира и выехала на проспект. Сидевший за ру­лём толстяк достал мобильник и кому-то сообщил:

            - Порядок. Она у нас.

            Ире надели на голову вязаную шапочку и натянули на глаза.

            - Спи - отдыхай, да помалкивай, пока не приедем. Не бойся, мы с тобой ничего страш­ного не сделаем. Поживёшь до поры до времени  вместе с нами, - сказал левый похититель.

            Ирина хотела было возразить, что это ошибка, им нужен кто-то другой, вернее другая. Но, она вдруг поняла, что это не ошибка и не недоразумение. Им была нужна именно она, и украли её из-за Игоря.

            Сидевший слева зашевелился, и Ирина почувствовала, как его рука пробралась под плащ, расстегнула кофточку и бесцеремонно стала шарить по груди.

            - Отстань, - взорвалась она, позабыв про страх.

            - Мурик, в лоб дам. Не трогай её, - приказал водитель.

            - Я её на предмет оружия досматривал, - ответил Мурик и сам заржал от своей шутки, но руки всё же убрал.

            Ехали не менее часа. Все пассажиры хранили молчание и только из динамиков магни­то­фона негромко лились инструментальные композиции битловских хитов. Вначале машина часто поворачивала, а затем понеслась по прямой. "Наверное, выехали за город, - подумала Ирина. - Везут куда-нибудь в пригород, или в дачную зону".

            Её догадка оказалась верной. После получаса езды по хорошей дороге, послышался характерный грохот щебёночного покрытия и затрясло на ухабах. Вскоре они притормозили, сидящий слева вышел, послышался скрежет воротных петель и машина, проехав ещё с десяток метров, остановилась. Где-то рядом басовито лаяла собака.

            - Просыпайся, птичка, - сказал сидевший справа и снял с головы Иры шапку. - Выходи.

            Ира вышла и огляделась. Машина стояла возле маленького двухэтажного домика. Окру­жённый высоким забором двор был тоже небольшим - типичный дачный участок. Возле дома на цепи прыгала крупная немецкая овчарка, бурно выражающая радость по поводу при­езда хозяев.

            - Что, Балда, соскучился? - толстый водитель подошёл к собаке и погладил её по мохнатому загривку. - Сейчас я тебя покормлю. Брысь, заводи гостью в дом.

            Долговязый Брысь взял Ирину под локоть:

            - Прошу.

            Ирина не шелохнулась. Она продолжала осматриваться, но из-за высокого забора ни­че­го не было видно, а ворота Мурик уже закрыл.

            - По-моему, она идти не желает, - насмешливо сказал Брысь. – Может, ты покричать хочешь? На помощь кого-нибудь позвать? Так давай, не стесняйся! Здесь можно. Я тебе сейчас рупор вынесу. Бэт, у нас рупор есть?

            - Давай, покричи, - поддержал его подоспевший Мурик и взвизгнул громким придур­коватым смехом.

            Ничего не ответив, Ирина повернулась и пошла в дом.

 

* * * * *

            - Что вам нужно? - повторила Ира свой вопрос. – Зачем вы меня сюда привезли?

            Ей было плохо - после нервного потрясения и долгой езды болела голова, волнами накатывалась тошнота. Она сидела на стуле перед Бэтээром, а по бокам рядом с ней стояли Брысь и Мурик.

            Бэтээр опустил глаза и подавил вздох, то, что он сейчас делал, очень не нравилось ему. Но такая у него работа. Где сейчас другую найдёшь? Может, идти на завод, ни хрена там не получать и орать на митингах вместе с голодными работягами да учителями? А жить на что? Жена так и не смогла на работу устроиться и сына лечить надо. А хочешь вылечить - плати. Нет, уж лучше работать на Бубнова и Тик-Така. Ещё хорошо, что всё обошлось, когда от него сбежал Умник. Если бы Тик-Так не был ранен тогда, так точно прибил бы его и Мурика. Но Бубнов их простил. Бубнову тогда было не до разборок с охраной, упустившей Умника. У него у самого вышел дикий форс-мажор, причём по его же вине. По вине Бубнова погибли охранник Вася, Слоник, был ранен Тик-Так, да и Умник не сбежал бы, если бы не идиотские действия Бубна, а точнее его предательство. Но Бубен, хоть и гнида, но зарплату платит регулярно и зарплату хорошую. Такую сейчас не каждый директор завода получает. Поэтому нужно работать, заглушая в себе настырные шевеления совести.

            - Сейчас узнаешь, - ответил Ирине Бэтээр.

            Он достал из куртки телефон и принялся нажимать кнопочки.

            - Добрый вечер, - прикрыв рукой микрофон, он спросил у Ирины. - Как маму зовут?

            Затем продолжил:

            - Здравствуйте, Людмила Владимировна. Чего такой голос тревожный? Может быть, за дочку свою переживаете? Да, пошла за хлебушком и до сих пор не пришла. И не придёт. Не надо волноваться. Ирочка у меня решила пожить. Я сейчас ей дам трубочку.

            - Мама, - Ирина взяла телефон и на глаза навернулись слёзы. - Они меня силком,.. я даже не знаю, что им нужно...

            - Поговорили? - трубка опять была в руках Бэтээра. - Теперь слушай, мамуля, внима­тельно. У тебя есть шансы получить дочку в целости. Но для этого тебе нужно позвонить од­но­му человеку. Запиши номер, - Бэтээр достал из кармана бумажку и по ней продиктовал номер телефона Богдана. - Записала? Расскажешь ему, что Ируську украли. А ещё передай, - чтобы она была освобождена, Игорь Мальцев должен связаться с людьми, у которых он отдыхал в марте этого года. Игорь поймёт с кем. А как связаться - это его проблемы. В мили­цию звонить категорически воспрещается, если хочешь увидеть свою дочку живой. Прият­ных сновидений, пока!

            Бэтээр спрятал мобильник и посмотрел на Ирину:

            - Теперь тебе всё понятно?

            Она промолчала, а он продолжил:

            - Жить будем здесь вчетвером. Не в любви, но в согласии. Домик маленький, зато воздух свежий. Мы будем на первом этаже, - ты на втором. Трогать тебя никто не будет. Будем ждать, когда твой Умник соизволит выкупить тебя из неволи. Удобства у нас на улице, но ничего, потерпим - не графья.

            - Между прочим, моя прабабка по линии матери - потомственная столбовая дворянка, - ввернул к слову Мурик. - Мне матушка рассказывала, что...

            - Птицу видно по полёту, дворянина - по соплям! Пойди, нос вытри, - перебил его Бэт.

            Мурик глянул в висевшее на стене зеркало и погрузил в ноздрю палец.

            - Мне плохо. Я хочу лечь, - попросила Ирина.

            - Это можно, - ответил Бэтээр. - Брысь, проведи её наверх.

 

Глава 2.

 

            Лондон - удивительный город, одновременно сочетающий в себе и многовековую исто­рию, и современность, и культуры разных народов нашей планеты - настоящая мировая столица. Он гораздо больше Будапешта и по количеству населения, и по территории, и в красо­те не уступит столице Венгрии. Но всё же Лондон произвёл на Игоря меньшее впечат­ление, чем Будапешт. Наверное потому, что Будапешт был первым заграничным городом, который он увидел. А перед приездом в Лондон ему довелось посмотреть ещё и другие столицы Европы.

            После четырёх месяцев, проведённых в Венгрии, шестнадцатого августа Игорю пришлось спешно уезжать из Будапешта. Хорошо, что он заранее приобрёл для себя новый паспорт: просто разместил заказ на сайте www.finor.ru и всего за два дня и пятнадцать тысяч долларов стал гражданином Чехии - Иржи Малеком. Чехия – кандидат в члены ЕЭС, её граждане имеют право беспрепятственно совершать поездки почти по всем странам мира, Игорь и воспользовался этим правом.

            Уехав из Венгрии в Австрию, Игорь два дня провёл в Вене, затем два дня был в Берне и три в Париже. Из Парижа он переехал в Лондон. Игорь выбирал себе страну и город, в котором бы он мог остаться жить и работать. Он выбрал Лондон, хотя это и один из самых дорогих городов мира. Но дороговизна жизни в столице туманного Альбиона была пустяком для Игоря - сейчас он был очень богат. Главное - это английский язык, который Игорь пре­красно знал, и масштабы Лондона - в восьмимиллионном городе с бесчисленным множест­вом гостиниц, банков, контор и офисов его найти будет гораздо труднее, чем в маленьком городишке.

            За небольшую плату в туристическом центре "Виктория Стэйшн" Игорю подыскали ком­натку, в которой он и начал свою жизнь в Англии. Можно было бы остановиться и в каком-нибудь дорогом отеле, но Игорь считал, что искать его начнут именно в гостиницах.

            Первые дни он привыкал к городу и осматривал его достопримечательности: Биг Бен, Пикадилли, Трафальгарская площадь, Уайтхолл, гром команд и цокот копыт конного отряда королевских гвардейцев… Красивый город, что и говорить, есть что посмотреть и чем восхи­щаться!

            Экскурсии по Лондону - приятное и полезное времяпрепровождение, но нужно было заняться и делами. Ведь "Маятник" продолжал пополнять его счета и чтобы замести следы, запутать отслеживающие системы различных спецслужб, деньги нужно постоянно перево­дить на другие счета или в другие банки. Поэтому Игорю нужна была отдельная квартира.

            В начале сентября он снял себе хорошую двухкомнатную квартиру в пригороде. Хоть неподалёку и был аэродром, но в жилом квартале этого района было гораздо уютней и спокойнее, чем в центре. Квартира, расположенная на втором этаже, имела отдельный вход, и это тоже было немаловажным достоинством - после событий в Будапеште Игорь старался поменьше привлекать к себе внимание.

            Для работы Игорь купил ноутбук и спутниковый телефон, с помощью которого можно было беспрепятственно входить в Интернет, не пользуясь услугами местных провайдеров. Спутниковый телефон для Игоря имел ещё одно важное достоинство: опреде­лить, из какой точки земного шара производился звонок, было практически невозможно.

     Сейчас он обладал состоянием около ста сорока миллионов долларов и денежный по­ток всё возрастал. Количество счетов Игоря в разных банках мира тоже росло. Контролиро­вать их становилось всё труднее и опаснее - с возрастанием количества счетов возрастала также опасность быть вычисленным какой-нибудь системой контроля. Чтобы свести риск к минимуму, нужен был свой личный банк. И Игорь его купил по сети за двенадцать мил­лионов долларов - небольшой банк, зарегистрированный в Италии, с местным директором-итальянцем и полным комплектом персонала. Сделка прошла так быстро и легко, что за три следующих дня Игорь, увлекшись, стал владельцем еще трех подходящих банков во Фран­ции, Чехии и Латвии. Кроме них он прикупил и два офшорных интернет банка, прописанных  в Черногории и на Науру, рассудив, что, если уж он становится банкиром, то нужно шагать в ногу со своими техническими возможностями. Теперь деньги Игоря собирались на счета в его собственных банках.

     Занимаясь обязательной каждодневной финансовой суетой, Игорь продол­жал работать над новой версией программы «RETRO», так выручившей его в Будапеште при взломе сервера русского посольства. Сейчас ему хотелось создать универсальную програм­му-взломщик, ведь старая латинская пословица “Кто предупрежден, тот вооружен не потеряла актуальности и по сей день. Была масса и других идей, для воплощения которых нужны были опытные программисты. По его анонимным заказам продолжала работать ир­лан­дская группа и, кроме неё Игорь решил создать ещё несколько фирм в Москве, Петер­бурге и полюбившемся ему Будапеште, а также организовать особую группу в Лондоне, в которой он сам смог бы инкогнито устроиться на работу программистом.

     Дав объявление в сети, Игорь подобрал группу программистов-англичан, которые не прочь были сменить работу. Старший группы - Майкл Костелло и его три приятеля дали согла­сие приступить к работе со средины сентября. Теперь по объявлениям в сети Игорь стал подыскивать для своей будущей фирмы директора. Питер Браун, кандидатуру которого выбрал Игорь, радостно ухватился за предложённую ему должность. Условия работы и предложенная Игорем зарплата его впечатлили, а испытательный срок, на который его взяли в качестве директора, заставлял показать себя нанимателю с наилучшей стороны. И работать ему предстояло не на кого-нибудь, а на богатеньких американцев (об этом ему объявил неиз­вестный наниматель), что тоже было хорошим стимулом для продуктивной работы. Питер прекрасно понимал это и с энтузиазмом занялся своей директорской деятельностью: офор­мле­ние документов компании на номинальных держателей акций и директора не заняло и суток, два дня ушли на выбор и подготовку помещения, а уже 12 сентября в офисе новой фирмы - “Resources Investment Company вовсю шли смотрины. Питер придирчиво подбирал себе секретаршу и, чувствуя себя полномочным представителем великой державы, долго тор­го­вался с агентами трёх фирм-поставщиков, лично примчавшихся к нему при виде номен­клатуры и объема запросов, которые он отправил им по электронной почте.

К середине октября в компании работало уже более ста человек: аналитики, консуль­танты, адвокаты, программисты. Фирма занималась пока размещением на рынке средств нес­кольких мелких банков из Франции, Италии и Восточной Европы, но, как сообщил директо­ру заокеанский хозяин, не за горами был вывод на европейские биржи денег американских корпораций.

* * * * *

Майкл Костелло, возглавлявший одну из групп программистов отдела системного анализа, недоумевал и был растерян. И дело не в том, что вторую неделю работа в группе не клеилась. Майкл был опытным программистом и по заданиям, которые давали его группе за­казчики, мог судить о конечной цели этих разработок. Американцы ставили задачи, решение которых, по мнению Майкла, позволило бы им контролировать, по крайней мере, шифрован­ную деловую переписку. Но только ли деловую? Ведь, используя такие программные разра­бот­ки, умелый пользователь сети сможет узнавать многие коммерческие и государственные секреты.

Обратиться в полицию? А как быть с подписанным им документом о неразглашении коммерческой тайны? Сумма штрафа в случае разглашения очень уж большая. Попробуй такую выплати! Да, фирма эта серьёзная, а характер работ у его группы довольно странный. Почему американцы сами не решают свои проблемы - у них что, своих программистов мало? А может, эти разработки - просто проверка лояльности его – Майкла, или сотрудников его группы? Кому? Фирме? А может, это проверка лояльности совсем не фирме, а своей стране? Чёрт, совсем запутался. Интересно, что думают об этом программисты из его группы? Скорее всего, ничего не думают. Просто качественно исполняют свою работу, не заду­мываясь о её последующем назначении. Его соотечественники, кажется, так и поступают, – уютно устроились: «Майкл, давай конкретное задание…», а какой он там, лес за деревьями, и глядеть не хотят, мол, это не наше дело. Другое дело этот чех, что всего несколько недель, как пришёл в их группу. Умный парень этот Иржи. И профессионал настоящий – всё сечёт в их деле, настоящий виртуоз. Обсудить свои сомнения с Иржи? Но он иностранец. Да, но не американец. И еще программист. Свой человек, программист. Умный программист. Прог­раммист, как говорится, от Бога. Он поймёт. Программист программиста всегда поймет… Нужно будет попить с ним пивка и пообщаться. Хотя – нет! Иржи, ведь не пьёт даже пиво – спортсмен. Каждый день в перерыв он надевает спортивный костюм и совершает пробежки по Гайд-парку. Нужно будет сегодня прогуляться там. Как будто случайная встреча, а затем интересный разговор тет-а-тет.

 

* * * * *

Игорь снизил темп и посмотрел на часы – до конца перерыва осталась уйма времени, а его ежедневная норма уже выполнена. Он с удовлетворением подумал о том, что мог бы повторно пробежать эту дистанцию без всякого напряжения. «Накину ещё один кружок», - решил он и опять увеличил темп.

Пошла четвёртая неделя, как он устроился работать простым программистом на фир­му, владельцем которой сам же и являлся. Смешно видеть, как важный чопорный Питер Бра­ун, через сеть нанятый тобой в качестве директора, едва кивает тебе, когда ты встречаешь его в офисе фирмы. Знал бы ты, Питер, кто твой хозяин, небось здоровался бы повежливей. Пусть в компании считают, что Иржи Малек обыкновенный сотрудник. Так даже интересно и полезно для реализации его замыслов: находясь при группе программистов, выполняющей его задания, можно быстро вносить коррективы в работу, ненавязчиво, исподтишка давая со­ве­ты Майклу, да и остальным программистам. От этого скорость изготовления "Retro" значительно возрастает. В Гайд-парк он приходит размяться в перерыв. Офис рядом – рукой подать. А здесь чистый воздух, прекрасные зелёные лужайки, ровные аллейки. И днем совсем мало гуляющих – бегай в своё удовольствие.

Игорь глянул на часы, перешёл на шаг и глубокими вдохами стал восстанавливать дыхание. Нормально! Сейчас в офис, скинуть спортивный костюм, под душик и за работу.

- Иржи.

Игорь обернулся. По боковой аллейке к нему ленивой походочкой шёл Майкл, держа в руке открытый цилиндрик баночного пива.

Из программистов группы Игорю импонировал больше всех именно Майкл, – он всего на пять-семь лет был старше, лучше остальных англичан разбирался в их про­фессии и просто вызывал к себе симпатию как человек. Игорь видел, с каким удивлением и даже растерянностью Майкл изучает задачи, которые заказчик (то есть сам Игорь) присылает группе через электронную почту. И он догадывался, в чём причина этой растерянности Майкла.

- Спорт – это хорошо, - сказал Майкл, делая очередной глоток из банки.

- Пиво – тоже неплохо, - заметил Игорь, и они оба рассмеялись.

Разговор Майкл начал издалека: сначала прошёлся по дождливой в эту пору года погоде, об удачном старте «Арсенала» в европейском футбольном кубке, об их недавно орга­низованной, но быстро набиравшей обороты фирме, и, наконец, подошёл к главному.

- Как тебе наша работа? – спросил он.

- Хорошая работа, интересная, - Игорь про себя усмехнулся, поняв о чём сейчас состоится разговор.

- Я имею в виду характер заказов, которые присылают нам эти американцы, - осто­рожно сказал Майкл. – Видишь ли, Иржи, ты в нашей группе самый сильный программист – это я уже понял. Не перебивай, я знаю, что говорю. Как ты считаешь, зачем нашим заказ­чикам эти разработки, которые мы для них выполняем?

- Я считаю также как и ты, Майкл, - Игорь с улыбкой глянул в глаза собеседнику и сказал ему правду. - Эти разработки ведутся для создания пакета мощных хакерских про­грамм или одной большой такой программы.

- Значит, ты тоже так считаешь, - то ли облегчённо, то ли сокрушённо подытожил Майкл. – И что мы теперь должны делать? Ведь это незаконная деятельность! Об этом дол­ж­на узнать полиция.

- А что, если она уже знает? И эти разработки ведутся с её разрешения и под её контролем? – ответил Игорь. – Тогда, Майкл, ты будешь должен уплатить фирме миллион фунтов штрафа. По-моему, это для тебя кругленькая сумма. Да и не только для тебя, а для всех наших работников, даже для Питера Брауна. Я не пойму, что тебя смущает? Разраба­тывая программы, законы никто не нарушает. Закон нарушит тот, кто воспользуется такой программой. Но это уже другой вопрос – мы здесь, по-моему, не причём. Это уже проблемы нашего заказчика. А законы, кстати, создают богатые люди для богатых людей, то есть для себя. И они умеют оперировать этими законами, умело обходить их в случае необходимости, – это, как они считают, их право. Ты думаешь, государственным структурам не нужны такие про­г­раммы? Они их обязательно будут делать, или уже делают. Только не сами, а с по­мощью нас – программистов. Все: английские, американские, русские программисты, рабо­тают сейчас на своих хозяев. Скажи-ка, Майкл, ты видел когда-нибудь дурака-програм­миста?

- В нашей профессии дуракам не место, - Майкл пожал плечами.

- А дурака-политика, или чиновника видел?

- Да, таких кругом хватает! Это только в мемуарах они выглядят умными. А именно из-за этих идиотов мир потрясают и кризисы, и войны.

- Полностью с тобой согласен. Так почему дураки должны управлять теми, кто гораз­до умнее их. Почему программисты должны подчиняться дуракам? Мы, я имею в виду всех программистов, сейчас работаем на каких-то хозяев, но мы же сами и можем восполь­зоваться результатами нашего труда. И мы своими действиями не принесём вреда столько, сколько наши хозяева. Мы умнее их и рано или поздно все программисты это поймут и объединятся. Представляешь, что тогда получится? Поэтому я считаю, Майкл, что нам нуж­но работать.

- Я, конечно, не дурак, Иржи, но немного запутался в твоих рассуждениях, -  сказал с иронией Майкл. Они уже подходили к небоскрёбу, в котором располагалась фирма. – Я твои слова должен ещё обдумать. Но основное я понял и, кажется, вполне с тобой согласен.

 

* * * * *

            «Хороший парень этот Майкл, - думал Игорь, возвращаясь вечером домой. – Неплохо бы с ним подружиться. Вот приедет Ирина, и мы обязательно позовём Майкла с супругой к нам в гости. Говорят, у них целая куча детишек - кроме своих, ещё усыновили двух детей-сирот из Юго-Восточной Азии и жена у него сейчас в положении, как моя Ирина». Вспомнив об Ирине, Игорь вздохнул – они уже не виделись почти три месяца, и он здорово соскучился за ней. Но, может быть, скоро она переедет к нему насовсем!

            Пообвыкнув в Лондоне, наведя порядок в своих финансовых делах, Игорь теперь мог навести порядок на личном фронте – сейчас можно было забрать к себе Ирину. Захочет ли она? Игорь был уверен, что захочет. Но отпустят ли её родители?

Игорь часто звонил ей через спутник домой, хотя знал, что её домашний телефон навер­няка прослушивается. Но одно дело интересоваться её здоровьем и делами, ничего не сообщая о себе, другое – обсуждать её поездку к нему. «Надо будет написать Ирине письмо, - ре­шил Игорь, заходя к себе в квартиру. – Сегодня же напишу такое послание и отправлю Богдану, а он ей передаст».

Но письмо для Ирины он не написал. Войдя в сеть, он по привычке проверил свой почтовый ящик и нашёл там письмо Богдана. Игорь перечитывал его и никак не мог пове­рить в то, что случилось. Глаза заволокло туманом, и строчки запрыгали перед глазами, в горле застрял горький комок, мешающий дышать, звонкие молотки стучали в висках, тяжело бухало сердце: Ирину украли, держат её неизвестно где и требуют, чтобы он – Игорь связался с людьми, у которых гостил в марте.

С кем связаться и Богдан, и Игорь прекрасно понимали - с Тик-Таком или Бубновым. Ещё Богдан написал всю правду о смерти Сергея Венькова: всё то, что он узнал в августе от Архипа. Эта смерть не несчастный случай, а убийство, и убили Сергея люди Бубнова. Для Игоря это были тяжёлые удары: его терзала неизвестность по поводу исчез­новения Ирины и вместе с этим мучила совесть - ведь Сергея убили из-за него, из-за его денег.

Эту ночь он не спал. Не зная, что предпринять, Игорь ходил из угла в угол своей квартиры и старался осмыслить создавшуюся ситуацию. Что он мог сделать? Как освободить Ирину? Нужно было успокоиться, собраться с мыслями и продумать каждый свой после­дующий шаг. Чего хотят Бубнов и Тик-Так? Если они получат деньги, отпустят ли они Ирину? Вряд ли. Будут требовать деньги постоянно. Что же тогда предпринять?

            Пока решения не было. Уже рассвело, когда Игорь, безрезультатно промучившись в поисках выхода из этого тупика, прошёл на кухню и приготовил себе крепчайший кофе. Сейчас он его выпьет и будет звонить в «Биолайт».

            В воздухе раздался едва слышный монотонный гул, к которому Игорь за полтора месяца жизни в этой квартире привык - на лондонский аэродром «Хитроу» заходил на посадку очередной самолёт.

 

* * * * *

            Он посмотрел на часы, включил комп и вошёл в сеть. Сейчас в России без четверти девять утра. Значит, скоро Тик-Так и Бубнов приедут на работу. Через поисковую систему сети Игорь в городской справочной узнал номер телефона "Биолайта". Интересно, удосу­жился ли Бубнов поменять пароль видеокамер? Нет?! Ну и отлично! Вот знакомый вестибюль офиса "Биолайта". За столом охранника сидит незнакомый парень, рядом со сто­лом стоят три "быка" с рынка. Обычный трёп, разговорная разминка перед рабочим днём - здоровый чернявый парень в спортивных штанах и кожаной куртке рассказывает анекдот:

            - Привезли, значит, раненого официанта в больничку, положили на операционный стол. Лежит он кровью, на фиг, исходит. Ещё немного и совсем ласты склеит, конечности про­тянет, холуй кабачный. Заходит врач, значит. Весь из себя в белом, всё как положено: на башке белый колпак, халатик, на морде повязка. Этот со стола ему: "Доктор, помоги!" А ле­чебник в ответ: "Этот столик не обслуживается!" Клёво, да?

            Слушатели расхохотались, с ними рассмеялся и рассказчик.

            - А вот слушай ещё один, - продолжил чернявый. - Приходит один клоун домой, а жена в постели... Бубен едет!

            Все четверо повернулись к окну и их весёлые лица сделались деловито-серьёзными.

            - Погнали на работу, - сказал один из стоявших парней, и троица поспешно вышла на улицу.

            Через минуту в офис зашёл Бубнов. На учтивое приветствие охранника он лишь кив­нул и тяжёлой походкой направился в свою комнату. "Что-то Бэтээра не видно. Неужели Тик-Так и Бубнов сдержали своё обещание, и стража за мой побег расплатились головой? Жал­ко, всё-таки, Бэта и Мурика, - вспомнил о своей охране Игорь. – И их, значит из-за меня. Всё. Бубнов на месте, можно звонить".

Несколько минут он сидел неподвижно, подготавливаясь к неприятному разговору с Бубновым. Затем набрал 007 - код России, городской код и номер телефона "Биолайта".

            Трубку взял охранник.

            - Я хочу говорить с Бубновым, - сказал Игорь.

            В трубке раздался характерный для подслушивающего устройства щелчок. "Вполне вероятно, что ждали моего звонка и теперь хотят вычислить мои координаты, - догадался Игорь. – Потрудитесь, ребята, похлопочите. Телефон-то - спутниковый!"

            - Кто его спрашивает?

            - Умник, - ответил Игорь без колебаний.

            На экране монитора он видел, как по селектору охранник докладывал о его звонке.

            - Что, Умник, объявился? - раздался в трубке густой бас Бубнова. - Где пропадаешь?

            - Я слушаю, - стараясь быть спокойным, сказал Игорь.

            - Я тоже слушаю, - рассмеялся Бубнов. - Что ты хотел?

            Конечно, следовало бы показать, что Ирина ему безразлична, но Игорь не смог:

            - Отпусти её.

            Бубнов рассмеялся опять:

            - Ты же у нас большая умница, Умник. Неужели ты считаешь, что мы её просто так отпустим? Девочка молодая, красивая, к тому же в положении. Она денег стоит.

            - Сколько?

            - Пятнадцать.

            - Тысяч?

            - Не дури, Игорюня, - Бубнов продолжал веселиться. - Пятнадцать лимонов. Причём долларов.

            - У меня нет таких денег.

            - Всё у тебя есть. Пришлёшь мне деньги - получишь девчонку в целости. Пока мы её не разобрали на составные части и пока она от голода красоту всю не подрастеряла. У меня денег на её кормление нет.

            Игорь промолчал.

            - Что молчишь, Умник? - спросил бывший полковник. - Давай бабки – получишь товар. Только не тяни. Знаешь, кто её охраняет? Твой старый знакомый - Бэтээр! Затаил он зло­бу на тебя, обижен за тот неспортивный удар по его шарам, футболист ты хренов. Хочет на твоей подруге отыграться, едва его сдерживаем. И Мурик там же. Ходит вокруг неё, как кот, облизывается. А может, уже и потягивает девку в полный рост, дело-то молодое, ему по бара­бану - беременная она, или нет! А она, может, и рада этому - ты ведь сидишь где-то за границей, бросил её в одиночестве прозябать, а она истосковалась по мужской ласке. Что молчишь, Умник?

            Бубнов добился своего - Игорь чувствовал себя зажатым в тиски, от бессильного гне­ва кровь гулко пульсировала в голове.

            - Я тебя, гад.., - Игорь говорил тихо, почти шёпотом. - И за неё, и за Серёгу...

            - Но-но! Не груби старшему по возрасту, - угрожающе произнёс Бубнов. - Или будешь кусочки своей Иры рассматривать на экране своих долбаных компьютеров. Это мы тебе уст­ро­им. Так как? Пятнадцать лимонов!

            - И ты её отпустишь?

            - Даю слово!

            - Куда перевести деньги?

            Если бы Бубнов был сейчас не в своём кабинете, а перед видеокамерой, то Игорь мог бы увидеть, какой радостью засветилось лицо полковника. Но, обрадовавшись, Бубнов и оза­да­чился - он никак не ожидал, что Умник так быстро согласится выложить столько денег за какую-то девчонку и потому был не готов к ответу.

            - Ты вот что, - сказал Бубнов после раздумья. - Перезвонишь мне в конце дня. Мне проконсультироваться надо, как такую сумму лучше получить.

            Игорь бросил трубку. Нервы были на пределе, и он опять стал вышагивать по комнате. Выдав своё отношение к Ирине, он потерпел явное поражение и сейчас был бессилен что-либо предпринять. Теперь Бубнов знал, что он выложит за Ирину любые деньги и знал, что день­ги у него есть. А значит, будет требовать деньги ещё. Это понятно! Более того, перечис­ляя такую сумму на счета Бубнова, он сам себя подставлял под удар. Вряд ли бы Бубнов действовал так открыто и нахально, если бы за его спиной не было чьей-то поддержки. Откуда-то ведь Бубнов узнал об Ирине и о том, что у него есть большие деньги. Весьма воз­можно, что Бубнов действует заодно со спецслужбами. А это значит, что за счетами Бубнова будут следить и фиксировать, откуда поступают деньги. Можно, конечно, попытаться запу­тать следы и обмануть отслеживающие системы, но риск всё равно при этом будет большой.

            Игорь думал: что лучше: безропотно перечислять деньги Бубнову, или перечислить их Богдану? Может быть, ему удастся нанять головорезов из какого-нибудь частного детектив­ного агентства, и те освободят Ирину? Но за Богданом могут сейчас следить и сразу раску­сят, что к чему. Тогда пострадает и Богдан, и Ирина, и опять-таки из-за него!

Был ещё третий вариант: он мог начать игру с английской разведкой, или амери­кан­ской. Ведь его уже, наверное, ищут не только русские и американцы, но и Интерпол! Можно пообещать им сдаться при условии, что американцы перед его сдачей «на­да­вят» на российских коллег, и те под давлением зарубежной общественности освободят Ирину.

            Игорь склонялся к третьему варианту. Но пока у него в запасе было время. Немного, но было - можно хоть на несколько дней, под любыми предлогами оттянуть пересылку денег Бубнову и продолжать искать другие пути выхода из этого замкнутого круга. "Сейчас важно не пороть горячку и успокоиться. Время ещё есть", - убеждал он себя, в раздумье шагая по квартире.

 

Глава 3.

 

            Он вошёл в офис неожиданно и стремительно, словно нежданно-негаданно влетевший в форточку шальной ветер.

            - Старший инспектор противопожарной безопасности майор Огневой, - представился он. - Прошу любить и жаловать.

            Все присутствующие во главе с Богданом оторвались от работы и посмотрели на стат­ного симпатягу-пожарника: ладно пригнанный по фигуре военный китель с регалиями по­жар­ных войск, неимоверно высокая фуражка с навороченной двуглавой кокардой и пышные смоляные усы - в общем, не пожарник, а участник военного парада.

            - Здравствуйте, - отозвались художницы и программисты группы.

            "Только тебя нам в данный момент и не хватало", - подумал про себя Богдан, но тоже поздоровался, хотя и с прохладцей: - Здрасьте!

            Бравый майор прошёлся по комнате:

- Тэк-с, силовой рубильник на ночь выключаем? Самодельные электроприборы на вашем производстве имеются? А каким огнетушителем нужно тушить не обесточенный компь­ютер?

            - Господин инспектор, ведь была проверка летом. Все документы в порядке. Или вы каждый месяц проверять нас будете? - Богдан поморщился, как от зубной боли.

            - Чем больше проверок - тем меньше пожаров, - жизнерадостно сообщил майор.

            "Чем больше проверок, тем больше ваша зарплата и тем сильнее наша головная боль, - подумал Богдан. - На одного работающего - пять проверяющих".

            - Когда мы вас инспектировали, вы говорите? - спросил инспектор.

            - В июле.

            - Давайте посмотрим отметочку в журнале.

            Богдан вздохнул, уныло опустил голову и пошёл в свой кабинет, где хранилась доку­ментация. За ним, не дожидаясь приглашения, зашагал и майор.

            - Знаете, сколько возгораний случается в городе каждые сутки? - спросил он, закрывая за собой дверь.

            - Догадываюсь, - буркнул Богдан и повернулся к пожарнику с журналом.

            Одной рукой майор протягивал Богдану клочок бумаги, палец другой приложил к губам. Богдан удивился, но сразу догадался что за «пожарник» стоит перед ним. Он молча взял записку и прочитал: "В течение получаса у кафе "Аист". Архип".

Богдан кивнул. Мнимый инспектор кивнул в ответ, взял назад бумажный клочок и, воз­вращаясь в комнату, где работали сотрудники группы «Марко Поло», произнёс:

            - Действительно, отметка есть. Вечная путаница у нас с этими проверками. А ты зазря бегай в осеннее ненастье. Счастливо оставаться! Если что - звоните "01"!

            Через двадцать минут Богдан подошёл ко входу в кафе "Аист" и тут же рядом с ним притормозила белая, покрытая грязью "Нива". За рулём сидел майор-пожарник:

            - Садись.

            Всё было, как и при их первой встрече: машина покружила по центральным улицам, пронеслась по набережной, опять вернулась в центр и остановилась перед зданием Дома быта.

            Как и в прошлый раз Архип включил защиту от дистанционного микрофона, затем по­вернулся к Богдану.

            - Да-а, - протянул Богдан. - Вас при таких маскарадах узнать очень проблематично.

            - Давай на "ты", - предложил Архип. - Что Умник? Неужто готов отдать Бубну пятнадцать лимонов зелени? Или ты не в курсе?

- В курсе, мне Игорь про всё рассказал, вернее - написал. А что ему остаётся делать? Скорее всего будет платить.

- Глупо платить. Бубнов живой её не отдаст. В любом случае она важный свидетель против него.

            - Что же делать?

            - Здесь требуется силовой вариант. Я могу предложить Умнику свои услуги, говоря более точно, услуги группы людей, которые очень много чего умеют и которые нуждаются в деньгах, впрочем, как и я. А обойдутся эти услуги Умнику в пятнадцать раз меньше, чем требует с него Бубнов.

            - То есть миллион? - уточнил Богдан.

            - Так точно. Всего миллион. Хотя мы, выполняя такую работу, будем здорово рис­ковать.

            - Что за услуги?

            - Я девчонку Умника обязуюсь освободить, сделаю ей документы и отправлю за границу. Легче всего мне отправить её в Венгрию, туда я могу без проблем визу оформить. А по­том... по усмотрению Умника. Ты бы с ним сегодня связался, а завтра дал мне ответ. Сможешь?

            - Ответ я могу дать и сейчас: я знаю, что Игорь согласится, - Богдан произнёс это без тени сомнения.

            - Ну что ж, тогда работаем, - Архип азартно потёр руки. - Мне нужны фотографии Иры для паспорта, желательно завтра.

            - Сделаем.

- Отлично! – Архип достал из кармана сложенный листик и протянул его Богдану. - Это счета, на которые Умник должен перевести пятьдесят процентов суммы. К завтрашнему утру он успеет это сделать?

            - Успеет.

            - Остальные деньги он переведёт на эти же счета после выполнения работы. Встретимся с тобой завтра между двенадцатью и полпервого дня у "Аиста", обговорим детали и отдашь мне фотографии. Я буду на этой же машине.

 

* * * * *

            На следующий день в пятнадцать минут первого, когда Богдан подходил ко входу в кафе "Аист", сзади послышался шум подъехавшей машины. Он оглянулся и увидел знакомую "Ниву" белого цвета. Машина была та же, что и вчера, но...

            - Что застыл столбом? Женщины никогда не видел, что ли? - экстравагантная, ярко накрашенная блондинка, сидевшая за рулём, протянула руку и открыла перед Богданом дверцу. - Садись, давай!

            Обескураженный Богдан беспрекословно подчинился команде и "Нива" лихо старто­вала с места. Блондинка уверенно вела машину, постоянно посматривая в зеркало заднего обзора. Богдан исподтишка посматривал на неё, даже украдкой глянул на её ноги.

            - Штаны на мне, - сообщил Богдану мужской голос "блондинки". - Спортивное трико и кроссовки, если тебе это так интересно. А под штанами кривые волосатые ноги, какие и положены мужику. Так что я не в твоём вкусе, надеюсь, - усмехнулся Архип. - Этот женский камуфляж очень удобен: дамочка за рулём в спортивном обмундировании.

            "Нива" заехала в какую-то подворотню и примостилась возле одиноко растущего тополя. Не выключая мотор, Архип повернулся к Богдану и начал разговор:

            - Деньги получили. Спасибо. Но почему все сразу? Неужели Умник мне так доверяет?

            - Он тебе и твоим людям решил заплатить в два раза больше, - ответил Богдан. - Только кроме освобождения Ирины, нужно ещё сделать одну... работу.

            - Какую? Хотя я, кажется, догадываюсь.

            - Давай сначала разберёмся с Ириной.

            - Хорошо, - Архип сделал паузу, собираясь с мыслями, затем стал излагать. – В четверг утром я тебе отдаю паспорт для Иры с уже готовой визой в Венгрию, а ты для неё поку­паешь билет в Будапешт. Её мы вызволим в четверг вечером и сразу привезём на вокзал. Тьфу, тьфу, тьфу, чтоб не сглазить, ещё и постучим по дереву для гарантии! - он старательно плюнул через левое плечо и постучал себе по лбу. – Ты нас ждёшь на перроне - допустим у деся­того вагона - и сам отправляешь её в Будапешт. В Будапеште она встретится с Умником, или его людьми. Всё!

            - А это не ловушка для Игоря, не подстава? - спросил Богдан. - Может ты, Архип, работаешь сейчас против него и используешь Ирину в качестве приманки?

            - Если я тебе сейчас скажу "нет", ты мне всё равно не поверишь и правильно, в прин­ципе, сделаешь, - ответил Архип. - Верить сейчас бывает накладно, особенно в таких делах. Но у Умника нет другого выхода - если девчонка ему дорога, он вынужден рисковать и дове­рять мне. И он уже доверяет, если перевёл целый миллион баксов на мои счета. И я ему доверяю. Работая сейчас на него, я рискую не меньше, чем он. Мои люди только освободят Ирину, ты её отправишь в Будапешт, что будет с ней в дальнейшем, я узнавать не собираюсь - это проблема Умника. Теперь давай поговорим о второй части нашей работы. Что мы должны выполнить?

            - Казнить Бубнова, - спокойно ответил Богдан, достал фотографию и передал её Архипу. – Перед смертью он должен увидеть это фото. Пусть знает гад, за кого понесёт кару.

            Архип взял снимок, посмотрел на него, пожал плечами и усмехнулся:

            - Грязная работа, но мы её выполним. Даже доказательства можем предоставить, если надо - отчёт, так сказать, о проделанной работе. А после предъявления доказательств Умник перечислит нам второй лимон.

* * * * *

Он был опять молод, строен и красив. Как и тридцать лет назад, когда ещё совсем молодым салажонком участвовал в областных соревнованиях милицейских школ. Тогда он был в превосходной физической форме и был таким наивным! Свято верил, что он станет примерным милиционером и будет честно служить своему народу, согласно зачитанному перед строем курсантов тексту присяги. Теперь он в этот бред, естественно, не верит - повзрослел малость, всё-таки ему уже пошёл шестой десяток.

            Что это за соревнования? Почему он должен в них участвовать? Но можно и пробежаться, если он опять помолодел. Бубнов бежал красиво и грациозно, легко обгоняя соперников. Остались считанные метры. Вон впереди та заветная финишная ленточка, которую он сейчас сорвёт грудью. Послышался гул трибун и яркими бликами замигали фотовспышки корреспондентов. Как больно режут они глаза. Очень жарко! Но это всё - пустяки! Главное - он победил и пришёл первым! Кто это его так настырно поздравляет? Кто трясёт его за плечо и что-то говорит?

Бубнов ещё раз дёрнулся и открыл глаза.

            - Сдурел ты, что ли? - его усиленно тормошила жена. - Чего ты брыкаешься? Что-нибудь приснилось?

Так это сон? Он с обидой и даже со злобой глянул на спутницу жизни - не дала досмотреть, дура. Так это во сне он стал молодым и красивым? И выиграл этот забег? Жаль!

Он посмотрел на часы. Уже можно было вставать. Всё равно он теперь не заснёт. Бубнов встал, прошёл в ванную и начал бриться. Сегодня четверг. Сегодня Умник должен перечислить пятнадцать миллионов долларов на счета, указанные Батей. Перечислит или нет? Должен перечислить, успокаивал себя Бубнов. Уж больно Умник за девкой страдает, это ясно из телефонного разговора. Молодой ещё, не может свои чувства при себе держать. Ну и девка, конечно, симпатичная. Бубнов Ирину видел только на фотографии и не собирался с ней встречаться. Всё равно придётся убирать - слишком много знает. А то увидишь её раз, другой, потом привыкнешь. И будет жалко лишать её жизни – говорят, к ста­рости люди становятся жалостливыми и слезливыми. Ведь было ему жалко, когда погибла Слоник в той заварухе. Заодно и Мурика с Брысем, которые эту Иру охраняют, придётся прист­релить. А то будут трепать языками и Тик-Так сразу узнает, что к чему. Бэтээра тоже пора... Хоть он и полезен, хоть и не раз проверен уже, но уж очень с большой неохотой за­нялся он девчонкой Умника. Это Бубнов почувствовал сразу, хоть Бэтээр ничего и не сказал. И когда нужно было взять дружка Умника, – этого Сергея на «Чероки», Бэтээр уж что-то резко тогда заболел. Хотя до этого был здоров как бык и никакими болезнями никогда не страдал. Значит, стал задумываться Бэт, сомневаться. А от сомневающихся и много знающих исполнителей лучше побыстрее избавляться!

            Зазвонил телефон. Бубнов посмотрел на часы - полдевятого. Это приехал за ним водитель Шип, совмещающий должность водителя и телохранителя.

            - Да!?

            - Юрий Александрович, это Шип. Я у вашего подъезда. За вами заходить?

            В зависимости от желания и настроения Бубнова, водитель или встречал своего шефа у подъезда, или поднимался к самой квартире - чем чёрт только не шутит, лучше под рукой иметь охранника. Сегодня настроение у Бубнова было хорошее:

            - Жди в машине. Я скоро спущусь.

            Настроение Бубнова оставалось хорошим до конца рабочего дня - он всё ждал, что с минуты на минуту позвонит Умник, сообщит, что деньги он перевёл и потребует вернуть ему Ирину. Но Умник всё не звонил, и постепенно настроение Бубнова стало диаметрально противо­положным. Как всегда некстати, позвонила жена и поинтересовалась, когда он придёт домой.

            - Не приду! - гаркнул он в трубку, сам того не зная, сказав пророческие слова.

            - Почему?

            - Совещание у меня ночное. Поняла? - он отключился, но телефон зазвонил снова.

            "Ну, если ты опять..." - с тёмными от гнева глазами, он взял трубку. На сей раз позвонил сам Батя.

            - Звонил? - спросил он, имея в виду Умника.

            - Нет, - тяжело вздохнул Бубнов.

            - Полковнику никто не пишет, – произнёс Батя. – И не звонит. Темнит что-то твой Умник.

            - Темнит, - согласился Бубнов.

            - Что думаешь делать?

            - Нужно подождать ещё. Сутки, максимум - двое. Он будет её выкупать. Я уверен в этом, - убеждённо сказал Бубнов.

            - Хорошо. Подождём ещё, - Батя положил трубку.

            В восемь вечера Бубнов вышел из офиса и сел в машину.

            - К Кольцовой, - ответил он на вопросительный взгляд Шипа.

            Елена Кольцова была его давней любовницей, о которой даже была уведомлена жена. Когда на Бубнова накатывала депрессия, он обычно ехал к весёлой Елене отдохнуть от мирской суеты и расслабиться. Но расслаблять этим вечером Бубнова стала отнюдь не любовница.

 

* * * * *

            "Мерс" Бубнова медленно двинул от крыльца "Биолайта" и пересёк двор. В этот поздний час в офисе остался только дежурный охранник, но ни из окна вестибюля, ни на мониторе видеокамеры, обозревавшей двор, он не мог видеть, что происходит в подворотне, по которой машина должна была выехать на проспект.

            - Это ещё что за чмо? - ни к кому не обращаясь, сказал Шип.

            Фары осветили  какого-то бродячего пьяного мужичка, который стоял посреди под­ворот­ни и пытался что-то кому-то объяснить, хотя кроме него здесь никого не было. Шип остановился перед ним и два раза посигналил. Но мужичок и не пошевелился - он находился в таком состоянии поддатости, когда что-то понимать уже совершенно невозможно.

            - Придётся руки пачкать, - сказал Шип и вылез из машины.

            То ли случайно, то ли специально, мужичок покачиваясь прошёл чуть ближе к маши­не и стал на менее освещённом фарами "Мерса" участке подворотни. Путь был свободен и можно было ехать. Но Шип что же, зря вылезал из машины? Его громадная фигура двину­лась на мужичка.

            - Ах ты, пьянь!

            Дальше произошло что-то непонятное. Мужичок сделал почти незаметный шаг вперёд, и Шип грохнулся на землю без сознания. Две-три секунды Бубнов был в оцепенении, соображая, что же могло произойти с Шипом. Но и этого ничтожного времени хватило для того, чтобы кто-то ловкий и быстрый, вынырнувший из темени, открыл дверь со стороны Бубнова и брызнул ему в лицо из газового баллончика. Что было потом, Бубнов плохо помнил. Прошло не менее получаса, прежде чем соображение полностью вернулось к нему. Теперь в салоне народу прибавилось. Кроме Бубнова и так и не пришедшего в сознание Шипа, в «Мерсе» сидело ещё два незнакомых человека. Один из них вёл машину. На своих руках Бубнов обнаружил наручники.

            "Мерс" остановился у какой-то просёлочной посадки. Рядом с деревенской дорогой, по которой они ехали, находился небольшой овражек. Следом за "Мерсом" подъехал нека­зис­тый "Москвич" оранжевого цвета. Кроме водителя в машине никого не было.

            - Кто такие? - спросил Бубнов, когда его вытянули наружу из машины. - Я полковник...

            - Мы знаем, - ответил один из незнакомцев.

            - По какому праву...

            - Времени у нас мало. Так что вопросы здесь будем задавать мы. Где девчонка?

            - Какая? - Бубнов хотел оценить ситуацию и потянуть время.

            Один из трёх незнакомцев легко развернулся на одной ноге и пятку второй вонзил в живот Бубнова. Бубнов вскрикнул и упал.

            - Мы же тебе говорим: у нас мало времени.

            Над ним склонились двое. Один взял голову Бубнова в борцовский "замок". Второй вставил ему в ухо карандаш и, проворачивая его, толкнул вглубь слухового канала. От страшной боли Бубнов закричал опять.

            - Где ты держишь девчонку?

            - За городом, в Знаменке, - простонал он.

            Один из мучителей спросил:

- На даче у твоего Бэтээра?

            - Да!

            - Я так и думал, - облегчённо вздохнул спрашивавший и повернулся к своим напар­никам. – Тихая местность, меньше проблем!

- Зачем вам эта девчонка? Вы не представляете, в какое дело влезли. У вас будут неприят­ности. Я работаю с очень влиятельными людьми и вы...

            - Заткнись.

            В "Мерсе" зашевелился Шип. Тот, что играл пьяного в подворотне, подошёл к машине и брызнул какой-то жидкостью ему в лицо. Бедный Шип опять затих. Его тело незна­комцы вынесли наружу и, словно мешок, бросили в кустарник посадки.

            - Будет спать не менее двух часов, - сказал чуть ли не с завистью "пьяный" из под­воротни.

            Бубнов стоял рядом с машиной и пытался догадаться о том, что сейчас произойдёт.

            - Мы поедем на дачу к Бэтээру? - спросил он, но ему никто не ответил.

            - Дождик накрапывает, - сказал один.

            - Это хорошо, следов меньше оставим, - отозвался второй.

            - Неплохо.

            - Хорошая у тебя машина Бубен. Жалко такую портить.

            Он решил убежать и прыгнул в темноту. Но его, тяжёлого и грузного, со скованными руками, быстро догнали, и наградили несколькими ударами по голове.

            Из посадки доносилось мирное похрапывание Шипа. "Действительно, ему можно позавидовать", - подумал Бубнов. «Пьяный» из подворотни достал фотоаппарат и направил на Бубнова. Мигнула фотовспышка.

            - Местность эту узнаёшь?

            - Что за местность? - Бубнов хотел крикнуть это громко, но горло сдавил нервный спазм.

            - Не помнишь? Недалеко отсюда полгода тому назад твои люди убили одного парня. Вот этого.

            В свете фонарей "Мерса" Бубнову показали фотографию. Он мельком глянул на снимок, с которого на него смотрел весело смеющийся Серёжа Веньков и отвернулся. Он уже всё понял и так, без этой фотографии.

- Вас Умник нанял, - сам себе сказал Бубнов. Ему стало страшно. Начиная понимать, что сейчас должно произойти, он посмотрел на фотоаппарат в руке «пьяницы» и враз сев­шим голосом спросил. - Отомстить хочет за своего дружка?

            - И за друга своего, и за свою Ирину.

            - Может, договоримся? - в голосе Бубнова зазвучала слабая надежда. - У меня большие связи, много денег...

            - Нельзя тебе верить, Бубен, - «пьяница» достал из багажника "Москвича" литровую бутылку водки, открыл её и стал булькать в металлическую кружку.

            - Выпей сам, без нашей помощи, - посоветовал он Бубнову, протягивая полную до краёв кружку. - Для успокоения.

            Он выпил залпом, поклацывая зубами об металл посуды и даже не поморщившись. Словно это была не водка, а вода. Но алкоголь не взял его. А он догадывался о том, что с ним сейчас сделают, и потому хотел быть пьяным.

            - Ещё, - попросил Бубнов и опять залпом опрокинул в себя полную кружку водки.

            Ему стало легче, и он улыбнулся всем троим, даже показал в направленный на него фотоаппарат непристойный жест.

            - Жизнь - дерьмо, - сказал он. - Большая навозная куча! А люди – ползающие в этой куче червяки: белые, чёрные, жёлтые - разные. И каждый червяк хочет вылезти из этой кучи, барахтается, ползёт куда-то. Но всё больше и больше погружается в это дерьмо. И скоро в куче станет на одного червяка меньше. Ещё!

            Ему вылили в кружку остатки бутылки, и он стал пить. Но теперь это удавалось с трудом - он захлёбывался, фыркал, икал и чуть не выплеснул содержимое желудка назад в кружку.

            - Выпивка за счёт заведения? - уже заплетающимся языком пошутил он. - За счёт Умника?

            Он пьянел быстро, прямо на глазах. Ноги перестали повиноваться, и он шлёпнулся на просёлочную дорогу. К нему подошли и сняли с рук наручники.

            - Что? Что тебе нужно? - Бубнов уже ничего не соображал, бормотал себе что-то под нос и пытался пихнуть кулаком ходивших вокруг него людей.

 Его подвели к уже заведённому "Мерсу", усадили на место водителя и с близкого расстояния сфотографировали.

            - Жалко! Хорошая машина, - негромко сказал кто-то из троих, обильно полив заднее сиденье "Мерса" бензином из канистры.

            Второй чиркнул зажигалкой, бросил её в салон и сразу захлопнул дверцу.

            - Взяли! - толчок трёх пар сильных рук и через мгновение ещё не разгоревшийся "Мерс" съехал в придорожный овражек.

            - Опять дождь пошёл, - заметил «пьяница», пряча в багажник «Москвича» канистру. – Это хорошо - следов не будет.

            А в низинке уже вовсю полыхала машина с пьяным Бубновым...

            ...Что это за гул вокруг него? Что это за яркие вспышки? Ах, он опять на стадионе! За него болеют, его фотографируют! Как тогда, в молодости. Хоть и очень жарко, но надо бежать! Хоть и дышать нечем, но надо первому прийти! Первому толкнуть грудью эту заветную финишную ленточку. Вот она! Грудью до неё не достать, но он достал до неё рукой. Он, кажется, успел...

            Архип стоял у овражка и, дощёлкивая плёнку до конца, наблюдал, как в снопе искр полыхающей машины уже горящий Бубнов безнадёжно стучал в ветровое стекло.

 

Глава 4.

 

- Мне нужно помыться, - Ирина посмотрела на Бэтээра. - Хотя бы ведро тёплой воды.

            - Мурик, поставь ведро воды на печку, - приказал Бэт. - И сам отнесёшь ей наверх.

Потом добавил для Ирины:

            - Вот тазик. В него можно становиться и поливать себя из этого ковшика. Полотенце у тебя есть.

            Ирина кивнула, взяла тазик с ковшиком и поднялась к себе в комнату. Через двадцать минут на второй этаж поднялся Мурик с ведром горячей воды.

            - Бэт, купи сигарет и пиво, - попросил Брысь. - И халвы купи какой-нибудь, я сладкое люблю.

            Бэтээр собирался в город и рассчитывал вернуться на дачу вечером. Он вышел во двор, приласкал радостно поскуливавшего Балду, и выехал за ворота на своём стареньком тёмно-вишнёвом "БМВ". Громкий шелест гравия и машина укатила в сторону шоссе.

            - Чего это он в город? - спросил Мурик у Брыся. - Ведь жратвы ещё полный холо­дильник.

            - Вроде бы сына нужно к какому-то врачу на консультацию отвезти. Жене в облом на автобусе, так она Бэтээру велела приехать.

            - А что у него?

            - У кого?

            - Да у малого Бэтэрёныша?

            - Откуда я могу знать? Я не спрашивал, он не говорил.

            - Врёт жирный, - раздражённо сказал Мурик. - Просто поехал жену трахнуть. А нам здесь велел торчать.

            - Всё может быть, - флегматично отозвался Брысь.

            Они сели на крылечке и закурили.

            - Что будем делать? - спросил Брысь.

            - Службу бдеть! - злобно ответил Мурик.

            И у него, и у Брыся сидение в этой сельской местности радости не вызывало. Из-за этого Умника и его девки им приходилось тратить дни своей молодой жизни в этом курят­нике, где единственное существо, которое тебе радо - это, пожалуй, пёс Балда. А в городе столько развлечений, столько тёлок! Можно было бы вызвать подруг сюда, но Бэтээр не позволяет. Видите ли, это у него дача, а не бордель. Сиди вот здесь и хоть волком вой от скуки. Можно было бы развлечься хоть с этой Ириной, но Бэтээр и это запретил - нельзя портить товар. Тоска!

            Брысь продолжал курить, неподвижно застыв в роденовской позе мыслителя с сигаре­той между зубами. Мурик же решил о службе не забывать и поднялся на второй этаж. Кажется, здесь кто-то собирался купаться? Что ни говори, но Ирина его волновала. Ну и что, если беременная, зато красивая и молоденькая, его ровесница.

            Он осторожно подошёл к комнате, в которую поместили Иру. Дверь была закрыта с той стороны на маленький крючок и оттуда раздавались звон ковшика, плески воды. "Моется девка, хоронится от нас с Брысем, - подумал Мурик. - Думает, я не открою её крючочек".

            Мурик усмехнулся и достал выкидной нож с тонким лезвием. Он осторожно просунул лезвие в дверную щель, легко приподнял крючок и чуть приоткрыл дверь. Сквозь узенький проём Ирина была видна отлично. И Мурик, затаив дыхание, принялся за ней наблюдать.

            Она стояла в тазике, поливала себя из ковшика, и уверенная в надёжности закрытой двери, даже не думала, что за ней кто-то может подсматривать. "А фигурка-то ничего! - Мурик восхищённо пожирал её глазами. - Даже живот её не портит. Наоборот, он ей идёт! Миленький животик! А ножки, как у какой-нибудь фотомодели или порнозвезды. Чего в жиз­ни такая невезуха? Одним всё, другим фига без масла: деньги у Умника, и подругу такую он себе отхватил. Сам где-то сейчас за границей с импортными тёлками оттягивается. А ты сиди здесь, сторожи его девку и, как извращенец какой-нибудь, в щёлочки подглядывай, да слюни пускай".

            Раньше Ирина стояла к нему боком. Теперь же повернулась в фас и он с похот­ливостью продолжил осмотр её тела. Неожиданно Ирина вскрикнула, выронила ковшик и Мурик понял, что она его увидела. Ирина повернулась боком, прикрыв от его плотоядного взгляда, грудь и низ живота. Эта её стыдливость подействовала на Мурика ещё более опьяняюще и он, уже не скрываясь, открыл настежь дверь.

            - Чего боишься? Свои! - глупо улыбаясь, Мурик зашёл в комнату, не отрывая от неё глаз. - Чего замерла? Давай спинку потру.

            - Пошёл отсюда, урод, - крикнула она.

            Глупая гримаса Мурика преобразовалась в гримасу злобную.

            - Кто урод? Я? Ах ты, сучка! - он ей дал пощёчину. Не слишком сильную, но  достаточно чувствительную.

            Рука её, прикрывавшая низ живота, схватилась за щёку и теперь он видел её всю совсем близко. Это ещё больше разожгло его.

            - Урод, - повторила она.

            Опять пощёчина. В руке у него блеснул нож. Он развернул её к себе спиной и приставил лезвие к горлу. Ей стало действительно страшно от близости этого психопата с кошачьим именем и ножом в руке. Он кажется совсем невменяемым! Может быть, позвать на помощь его дружка - Брыся? Может, он его успокоит и уведёт отсюда? Но этот жуткий блестящий нож! Как открыть рот, если под подбородком больно врезался в кожу холодный острый металл? В цепких лапах Мурика Ирина дрожала всем телом и боялась пошевелиться.

            Он касался её шеи, её тела и всё она была в его власти. Плевать на запреты Бэтээра, - не испортится товар! Больше сдерживаться Мурик не мог. Он откинул в сторону нож и нагнул Ирину, с силой прижав её голову к сидению стула. Потеряв контроль над собой, видя только её белоснежные ягодицы, Мурик одной рукой продолжал прижимать её к стулу, другой судорожно рванул с себя штаны.

            Что он хочет? Неужели... Ужас предстоящего придал силы Ирине. Она выскользнула из-под руки Мурика, закричала и забилась за шкаф в дальнем углу комнаты. Он попытался схватить её, в пылу позабыв про уже спущенные трусы и спортивные штаны. Бежать в таком виде оказалось неудобно и Мурик с размаху грохнулся на мокрый пол возле тазика, опро­кинув при этом стул.

            Услышав крик, а затем грохот, на второй этаж взлетел Брысь. Окинув взглядом ком­нату, он понял, что случилось. На спрятавшуюся за шкаф Ирину, Брысь почти не обратил внимания. Зато залился дурашливым хохотом, увидев сидящего на полу приятеля.

            - Чё ржёшь? - злобно спросил Мурик, сам осознавая комичность своего положения.

            Он стал подниматься, но то ли спущенные штаны зацепились за тазик, то ли он по­сколь­знулся на лужице, однако Мурик вторично грохнулся на пол, умудрившись при этом опрокинуть на себя остатки воды из ведра. Ржание Брыся стало ещё дурашливее, ещё громче, ещё истеричнее.

            - Половой гангстер, - едва смог простонать он, корчась в приступе смеха.

            - Всё из-за этой суки, - пробурчал Мурик.

            На сей раз он поднялся удачно и злобно погрозил кулаком Ирине. Но сексуальные позывы видно его уже отпустили, так как он с недовольной миной подтянул кверху мокрые трусы и штаны.

            - Попробуй только сказать что-то Бэтээру, - процедил он, поднимая нож. - Я тебя...          - Завязал ржать, - обернулся он к Брысю. - Клоуна нашёл...

            Словно подчинившись этой команде, Брысь оборвал смех и, подскочив к окну, сообщил:

            - Бэт вернулся!

            - Не гони, - к окну подскочил и Мурик.

            Возле ворот стояла машина Бэтээра, а он сам уже открывал ворота.

            - Попробуй только сказать, - повторил Ирине Мурик. - Закрывайся и продолжай купаться.

            Вслед за Брысем он выскочил из комнаты, а дрожащая от пережитого ужаса Ирина выбежала из своего укрытия и закрыла двери на крючок.

            Бэт уже стоял возле дома и гладил ласково поскуливавшего Балду.

            - Что случилось? - спросил Брысь.

            - Да только на трассу выехал, звонит жена. Говорит, что этот врач, оказывается, сегодня не принимает. Придётся завтра ехать.

            - А пиво, а халва? - обиделся Брысь. - Не мог в магазин заехать?

            - Не хнычь, я в Коробове купил. Возьми кулёк в машине. Всё, хватит, Балда! - Бэтээр отпихнул от себя разыгравшегося пса, обернулся к крыльцу и увидел Мурика в мокрых штанах. - А это ещё что? Вон сортир рядом, что же ты под себя ходишь?

            Рядом хохотнул проходивший мимо Брысь. В его руках был пакет с купленными Бэтээром пивом и продуктами.

            - Скажешь тоже. Я чайник наливал, - ответил Мурик.

            - Чайник? - насторожился Бэт. - А где наша кавказкая пленница?

            - Почему «кавказкая»?

            - Фильмы смотреть надо.

            - Я и смотрю... боевики. Наверху она. Моется, наверное, - как ни в чём не бывало ответил Мурик.

            Бэтээр поднялся на второй этаж и постучал в комнату Иры:

            - Что ты делаешь, Умница?

            - Моюсь.

            - Скоро закончишь?

            - Да.

            Успокоившись Бэтээр, опять спустился на первый этаж. Если бы Ирина произнесла более длинную фразу, то Бэтээр конечно же почувствовал бы, как дрожит её голос. Она всё никак не могла прийти в себя. Когда Мурик и Брысь ушли, Ирина быстро оделась и опять укрылась в углу за спасительным шкафом. Только услышав голос Бэтээра, она немного успокоилась и, завернувшись в одеяло, легла на топчан.

            А внизу Бэтээр и его два молодых сотоварища уселись попить пивка.

            - Слышь, Бэт, - Мурик надолго присосался к пивной бутылке, отдышался, затем продолжил разговор. - Работаешь, работаешь... и никакой личной жизни.

            - В смысле?

            - Мне баба нужна. Организм требует, спермотоксикоз, гормоны уже из ушей... А ты тёлок сюда не даёшь привезти. Я тебя предупреждаю, ещё немного и я на твою пленницу кавказкую наброшусь, на Умницу эту. Или, на худой конец, на Брыся.

            - Я тебе этот худой конец ещё худее сделаю, - не на шутку вскипел Брысь. - С корнем выломаю по самые шары.

            - Цыц, затихли, - после бутылочки пива Бэт пребывал в благодушном настроении. - Завтра поеду в город и когда буду ехать назад, захвачу ваших шалав. Только назад пусть электричкой добираются.

            - Слово? - закашлялся Мурик, поперхнувшись от радости пивом.

            - Сказал, значит, привезу. Не дай мне засохнуть.

            - Чё?

            - Подай, говорю, ещё бутылку.

 

* * * * *

            Было уже поздно и все обитатели домика Бэтээра ужинали. Вернее, не все - Ирина даже не посмотрела на принёсённую для неё Муриком еду и неподвижно сидела в своей ком­натке на топчане. Тогда он без лишних вопросов поставил тарелку на стол и удалился. Бэтээр тоже лишь поковырял жареный картофель, стараясь силой воли пересилить аппетит – есть ему очень хотелось, но он решил посидеть на диете и сбросить всё увеличивающийся на жи­во­те жирок. Зато Брысь и Мурик себе ни в чем не отказывали.

            - Всё, передозировка! - Мурик сыто отрыгнул и отодвинул от себя пустую сково­родку.

            - Ну и горазды вы точить продукты, ребятки, - завистливо вздохнул Бэтээр.- Куда в вас только оно лезет?

- А чего ещё здесь делать? Трахаться не с кем! Бухать нельзя! Телевизор, и тот поломан! Единственное развлечение - пожрать!

            - Книжечку почитай!

            - Ага! Ты ещё предложи мне зарядку делать по утрам. Как ты!

            - Мне зарядка нужна, без неё я совсем распухну, - вздохнул Бэтээр и потрепал широ­кую складку жира на животе.

            - Ну что? Сдаём? - Брысь уже тасовал колоду. - Убьём за картами вечерок - быстрее время пройдёт.

            - Сдавай, - поддержал его Мурик.

            - Умница поела? - спросил Бэт, имея в виду Ирину.

            - Не хочет, - ответил Мурик. - Наверное, тоже диету соблюдает.

            - Какая диета? - встревожился Бэт. - Ей есть надо. Как бы не заболела здесь у нас от тоски.

            - Слышь, Бэт, - Брысь решил помочь Мурику и перевести разговор на другую тему. - А чего тебя Бэтээром зовут? Ты ж, вроде фигурой больше на колобка похож.

            Он и Мурик прыснули смехом, но Бэт не обиделся.

            - С армии кликуха осталась, с Афгана, - ответил он. - В наш БТР духи из ПТРУСа саданули. Всех в клочья, а у меня только ожоги и царапины.

            - Разве такое может быть?

            - Выходит, что может. Просто повезло! После этого меня стали называть: "тот живучий, из БТРа". А потом просто - Бэтээр.

            - Берите, - Брысь уже разложил на столе карты.

            За окном послышался мерзкий пронзительный вой. Затем ещё один.

            - Коты, - догадался Мурик.

            - Откуда? - удивился Бэт. - Им на мой участок дорога заказана - их же сразу Балда порвёт.

            Он открыл запор на дверях и вышел в осеннюю темень.

            - Балда, Балда, - позвал он.

            Но никто не отозвался. Глаза Бэта ещё не привыкли к темноте. Он осторожно двинул­ся вперёд и скоро увидел вытянувшееся тело овчарки, светлым пятном лежавшее на чёрной, мокрой от дождя земле.

            - Балда, - позвал он ещё раз.

            Но пёс был уже мёртв. Это Бэтээр понял, даже не протянув к нему руки.

            Где-то рядом была опасность. Он не видел, но рядом с собой чувствовал врага, коварного и безжалостного. Интуитивно Бэт выставил вперёд и вверх руку. Этот блок спас его голову от удара дубинки сверху. Бэтээр нанёс ответный удар ногой и нападавший застонал. Но нападавший был не один.

            - Уууй-й! - поперхнулся Бэт болью, когда кто-то сзади хлёстким ударом ноги саданул его под правое ребро.

            Уже оседая на землю, Бэтээр успел увидеть, как в светлый проём двери быстро промелькнула юркая тень. В следующее мгновение на голову Бэта обрушился удар и он потерял сознание.

            * * * * *

С Муриком и Брысем нападавшие справились играючись, - те даже не успели вско­чить из-за стола и, отключившись, спокойненько растянулись на кухне. Затем один из на­падав­ших поднялся на второй этаж.

            - Собирайся, - коротко сказал мужчина Ирине. – Сейчас я увезу тебя отсюда.

            - Куда? – Ирина испуганно смотрела на неизвестного. - Я домой хочу.

            - Домой сейчас нельзя, - на лице мужчины появилась дружелюбная улыбка. – Тебя могут искать. И если найдут, могут убить и тебя, и твоих родителей. Мы тебя отправим в безо­пасное место.

            Ирина накинула плащ и вслед за мужчиной спустилась вниз. На кухне она увидела лежавших без движения Мурика и Брыся.

            - Они убиты? - спросила она без всякого сочувствия к лежавшим.

            - Потеряли сознание, - ответил мужчина и пошутил: - Наверное, споткнулись оба. Скоро очнутся.

            Ира вышла из домика в холодную дождливую темень и вздрогнула, увидев непод­вижно лежащего Бэтээра.

            - Ничего страшного, - сказал ей вышедший следом за ней освободитель. – Полежит, полежит и придёт в себя, тоже скоро очнётся. Подожди здесь, я сейчас.

            Он торопливо зашагал по дорожке и скрылся в темноте. Через минуту Ирина услы­шала, как к воротам подъехала машина.

            - Иди к машине, - предложил мужчина, возвращаясь к домику с каким-то пакетом. - Сейчас мы уедем.

            Ирина пошла к воротам, но земля была скользкая и она, чуть замешкавшись, услышала, как мужчина обратился к своим двум товарищам:

            - Ну что, парни! Всё прошло удачно. Теперь расстаёмся. Вот ваш заработок. Как и договаривались: по пять штук баксов на брата. По-моему за один вечер это нормально - за риск, за работу и... – мужчина выдержал небольшую паузу, - ... за язык за зубами. Пересчитаете?

            Пакет перешёл к одному из парней. Он подошёл к освещённому окошку и быстро ознакомился с содержимым пакета:

            - Порядок.

            Все трое двинулись к воротам.

            - Значит так, орлы! - опять обратился к своим наёмникам наниматель. – По этой дорожке выдвигаетесь до железки. Отсюда до платформы с полкилометра. Через пятнадцать минут электричка до Листьевки. Смотрите не опоздайте. Там садитесь на поезд и рано утром вы дома. Счастливо!

            Возле машины все трое обменялись рукопожатием. Один из парней сказал на прощанье:

            - Как только ещё работка появится, ты уж звони.

            - Само собой, - кивнул наниматель и обратился к Ирине, стоявшей возле "Москвича": - Садись.

 

* * * * *

Миновав погружённый в темноту дачный посёлок, машина по щебёнке выехала на трассу и помчалась в город.

            - Сейчас я отвезу тебя на вокзал, - сказал мужчина. - Там тебя ждёт друг Игоря - Богдан, ты его знаешь. У него для тебя новые документы и билет на поезд. Ты уедешь в Будапешт, где тебя встретят или люди Игоря, или он сам. С тобой всё в порядке?

            Ирина кивнула. Архип больше вопросов не задавал - он не привык задавать лишние вопросы. Да и состояние Ирины его особо не волновало: на здоровье не жалуется - и порядок. Главное, что всё пока складывается, как он и планировал: сегодня утром он передал Богдану для Иры новенький паспорт с венгерской визой, Богдан купит для неё билет и через час с небольшим Ирина отправится под негласным наблюдением агентов ЦРУ в Венгрию. Что будет дальше? Пока неизвестно. Но теперь за Ириной будут цепко следить американцы, обязательно выйдут на Умника и возьмут его. А в случае взятия Умника, за хорошую работу заокеанские хозяева перечислят на счёт Архипа хорошие деньги. У него уже есть лимон баксов, перечисленных Умником, завтра появится и второй - за казнь Бубнова. Умник хоть и умный, но слишком честный - он обязательно перечислит. А с такими деньгами Архипу мож­но будет жить и работать не на кого-нибудь, а только на себя. Жить и не боятся, что тебя вычислят, как агента вражеской разведки. Он, Архип, по новым документам спокойно скроется, уедет за границу: куда-нибудь в Австралию, или Швецию - он ещё не решил. Растворится в людской массе, населяющей эту грешную планету и ни одна спецслужба мира его не отыщет. Он это сумеет сделать - он профессионал.

            Полковник российский разведки, представившийся летом Богдану как Архип, был завербован американцами в конце июля этого года. Американцы даже агентурный псев­доним ему присвоили - Пловец. Где допущен промах, на котором попался он цэрэушникам, Архип-Пловец до сих пор не выяснил - что ни говори, а эти супостаты импортные тоже умеют работать! Но попался он, как ни крути, с поличным - совмещал нелёгкий и опасный труд разведчика с одной очень незаконной деятельностью, а именно: из одной азиатской республики СНГ поставлял в Европу сырьё для производства наркотиков. Каналы пересылок зелья были хорошо отлажены и глубоко законспирированы, дело было прибыльным, но... В конце июля Архипа, идущего к подъезду своего дома, встретил мужчина средних лет и приятной внешности:

            - Здравствуйте, коллега.

            - Коллега? - удивился Архип.

            - Да! - ласково улыбнулся обладатель приятной внешности. - Я тоже работаю на разведку только не на вашу, а на... противоположную. У меня к вам разговор и деловое предложение.

            Разговор состоялся и предложение «противоположного» коллеги Архип принял, долго не мудрствуя. Он был профессионалом и знал, что шансов выкрутиться у него никаких - цэрэушник предоставил Архипу многочисленные материалы по его наркопоставкам.

            - Я буду работать на вас, - согласился Архип. - Что вас интересует и какая будет оплата?

            Американцев интересовало многое. Как не прогибало российское правительство свою страну перед Штатами, но это всё же ещё была великая страна и секретов у неё хватало. Одной из тем, интересовавших ЦРУ, был суперхакер, действующий где-то в Центральной Европе. Весьма возможно, что он русский. Может быть, российской разведке что-нибудь известно о нём?

            Отдел, в котором работал Архип, этим делом не занимался, но у него были друзья в других отделах. К середине августа Архипу удалось узнать многое: российский гражданин Игорь Мальцев по кличке "Умник", проживающий в данное время на территории Венгрии под другой фамилией, создал уникальную хакерскую программу и с помощью неё зарабатывает крупные деньги. Архип узнал всё о жизни Мальцева до отъезда из России, знал многое о том, чем сейчас занимается Мальцев, даже слышал, как в курилке два офицера из другого отдела обсуждали диктофонные записи разговоров Умника со своей подружкой, записанные в июле у озера Балатон. Узнал он также и то, что на днях Мальцева-Умника возь­мёт российская разведка и доставит домой – в Россию. Он узнал многое, но не самое главное. Узнать теперешнюю фамилию Мальцева, а также его точный адрес в Венгрии Архип не мог - слишком это было рискованно, слишком была велика вероятность того, что излишняя любопытность "засветит" его перед своими коллегами.

            Чтоб российская разведка получила суперхакера и суперпрограмму?! Такого ЦРУ допустить не могло и поручило своему агенту сделать всё возможное, чтоб план русских провалился. "Пловец" справился с заданием блестяще. Зная, что Богдан через сеть имеет постоянный контакт с Мальцевым, Архип встретился с ним и представил себя этаким русским разведчиком-патриотом, думающим о будущем своей страны и преисполненным личной симпатией к Игорю Мальцеву. Мальцев был предупреждён и ловко ушёл от русской спецслужбы, но также не достался и американской.

            Через неделю после исчезновения Умника Архипу удалось узнать его адрес в Венгрии и фамилию, под которой он там жил, узнал и то, как именно удалось ему обмануть рос­сийскую разведку. Но какой в этом был уже прок? Как помочь цэрэушникам поймать Умни­ка? Ведь за его поимку американцы готовы уплатить приличные деньги. Хорошая приманка для поимки Умника - Ирина Кулиш. Но и рискованная! Занимаясь Ириной, можно запросто провалиться - всё-таки за ней присматривают свои российские коллеги. К тому же в конце лета Архипа загрузили работой и он вынужден был отправиться в командировку в Закав­казье.

            Вернувшись оттуда в середине октября, он узнал о том, что случилось с Ириной. Теперь задача Архипа значительно упроща­лась - вырвать Ирину из лап Бубнова гораздо проще, чем обмануть свою родную спец­службу. К тому же за освобождение Ирины и её отправку за границу с Умника можно содрать хорошую копеечку. Так Архип и поступил. Он повторно встретился с Богданом и предложил свои услуги. Помимо освобождения Ирины, Умник ещё и "заказал" Бубнова. Ноу проблем! Архип связался с двумя бывшими офицерами-десантниками, которых знал по роду своей службы и которые многим ему были обязаны. У этих ещё молодых парней был бога­тый боевой опыт, полученный в горячих точках. Опыта было предостаточно, а вот денег не хватало. Уволившись в запас, десантники прозябали сейчас без работы в соседнем областном центре. Нанимая их, Архип мало чем рисковал: об этих бывших офицерах он знал много такого, за что их могли посадить на скамью подсудимых, от которой Архип их в своё время «отмазал».

            Вроде бы всё шло отлично: "заказ" по Бубнову был приведён в исполнение, Ирина освобождена и сейчас уедет в Будапешт. Оставалось только ждать, когда ему Умник пришлёт  второй миллион, а затем ещё обещанную плату американцев. "Ласковый телёнок  двух мамок сосёт, - с улыбкой подумал Архип, подъезжая к вокзалу. - Услужим двум господам сразу и с обоих поимеем".

 

 

Глава 5.

 

            По подземному туннелю они прошли к выходу на перрон, от которого должен был отправляться будапештский поезд. До отхода поезда оставалось сорок минут.

            - Подожди здесь, - попросил Архип Ирину.

            Он поднялся на перрон и осмотрелся: вагоны уже поданы, по перрону разбросаны группки людей - отъезжающих и провожающих, сумки, чемоданы, скоро начнётся посадка. Где-то в этой толпе должны находиться американские наблюдатели, которые знают в лицо Богдана, а по фотографии знают Ирину. Архип прошёлся мимо десятого вагона. Порядок! Богдан стоит, где ему и положено, нервничает, горемычный, на часы посматривает. Ничего, сейчас увидишь Ирину и успокоишься!

            - Всё отлично! - сказал Архип, возвращаясь к Ирине. - Я свою миссию выполнил. Сейчас иди к десятому вагону. Там ждёт Богдан. Он снабдит тебя всем необходимым и объяснит, что делать в Будапеште. Да, передай ему, что Архип всё выполнил… Всё! - подчеркнул Архип. - И с ним нужно уже расплатиться. Об исполнении поручения можно узнать завтра из газет или теленовостей. Если этого подтверждения будет мало, я зайду послезавтра к Богдану на работу и предоставлю ему фотографии. Не забудешь? Повторяю ещё раз - Архип всё выполнил и ждёт оплаты! Счастливой дороги!

            Ирина по ступенькам стала подниматься наверх, а Архип метнулся к выходу на дру­гой перрон, там поднялся и стал наблюдать: вот Ирина подошла к Богдану, он обрадован и что-то у неё спрашивает, теперь говорит она, Богдан кивает и сам начинает говорить. Эх, сейчас бы остронаправленный микрофон – послушать, о чём они говорят. Но при этой толпе, гомонящей вокруг них, и с такого расстояния ничего не услышишь. Главное, чтобы она сказа­ла Богдану, что Архип всё выполнил и ему переслали денежку, ну и, чтобы уехала в Будапешт, а дальше - это головная боль американцев. Ага, Богдан открыл перед ней большой пакет и, наверное, объясняет, что в нём. Затем пакет передал ей и опять стал что-то говорить. Да, хорошо бы это что-то подслушать! Она грустно кивает в ответ. Странная всё-таки девка! Другая бы танцевала от радости - как-никак к любимому едет, а эта молчит, будто траур у неё. Так, началась посадка! Она садится в двенадцатый вагон. Интересно, какие вагоны у цэрэушников? Она машет Богдану из окна четвёртого купе. Богдан машет в ответ и уходит, хотя до отправления ещё двадцать минут. Торопится, наверное. Ну и пусть идёт! Но сам Архип уходить не собирался. Хоть он и дико устал за этот день, но ему нужно было твёрдо знать, что Ирина отбыла в Будапешт. А вдруг эта самая Ирина, оставшись одна, сейчас выскочит из вагона и понесётся к своим папочке с мамочкой? Значит, нужно ему топтаться здесь до отхода поезда.

            На перроне стало гораздо меньше народу и вести наблюдение можно без особого труда. В четвёртом окне двенадцатого вагона горит свет. С того места, где находился Архип, прекрасно видно Ирину и её попутчицу. Попутчица весело машет своим провожающим, Ирина тоже смотрит в окно, но с грустью, даже с каким-то испугом. Объявили отправку, поезд дёрнулся и медленно начал отплывать от перрона. Всё! Она уехала! Скатертью дорога! Архип облегчённо вздохнул и торопливо зашагал к автостоянке, где был припаркован его оранжевый "Москвич".

 

* * * * *

            Весь следующий день Архип провёл на службе : в восемь часов утра прибыл в свой кабинет и, тяжко вздохнув, занялся бумажной волокитой - составлением отчёта по двухмесячной командировке в Закавказье. Во время перекуров от коллег он узнал последние известия, которые уже успели сообщить по телевидению: за городом найден сгоревший "Мерседес" и в нём останки его владельца - бывшего полковника МВД Бубнова, проводится расследование.

            После работы Архип проверил свои счета и с радостью обнаружил на них второй миллион. Правильно он считал: хоть Умник и умный, но слишком честный! В прекрасном настроении он пришёл домой и уж было взялся за приготовление ужина, но зазвонил телефон. "Сегодня был удачный день, как бы он не испортился к вечеру", - с тревогой подумал Архип, беря трубку. На счёт испорченного вечера он не ошибся - перед тем как извиниться за неправильно набранный номер, абонент сказал условную фразу, теперь ему -  Пловцу немедленно надлежало встретиться с представителем ЦРУ. Такой спешки раньше никогда не было. Значит, что-то случилось! Позабыв про ужин, Архип помчался в услов­ленное место, где его уже поджидала машина цэрэушника. Стрельнув взглядом по сторонам, Архип вскочил в машину. Они попетляли по улицам, проверяя "хвост", затем остановились в маленьком сквозном переулке.

            - Вашей Ирины нет в поезде, - сообщил цэрэушник.

            - Как нет? - опешил Архип. - А ваши люди?

            - Чёрт бы побрал этих людей! Сегодня в полседьмого утра попутчица Иры вышла в туалет и один из них заглянул в купе. На месте Ирины спала другая женщина.

            - Как? Куда же она могла исчезнуть ночью? - Архип от злобы чуть не схватил цэрэушника за грудки плаща. - Что за идиотов вы послали?

            - После отправления поезда они присматривали за купе - Ирина сразу улеглась спать. Затем стала укладываться и её попутчица. Она закрыла дверь купе на замок, а мои люди ушли в свой вагон. Не всю же ночь им торчать в чужом вагоне - это вызвало бы лишние вопросы проводника.

            - Конечно, - злорадно ответил Архип. - Легче всего завалиться на полку и дрыхнуть. Кретины американские!

            - Что кретины, я согласен. Но не американские, - обиделся цэрэушник. - Они ваши соотечественники.

            - Они хоть проводника догадались расспросить?

            - Да. Ирина вышла на станции Сухиничи. Там поезд стоял всего две минуты: в ноль сорок три прибыл, в ноль сорок пять пошёл дальше. Она вышла на перрон вслед за провод­ником и сказала ему, что должна срочно вернуться в город. Но проводнику показалось, что девушка кого-то ждала. Ему было всё равно, останется она или нет и поезд ушёл. А на следующей станции проводник на место Ирины посадил другую женщину.

            Архип взялся за голову и минуту сидел неподвижно, периодически испуская из себя меткий русский матючок. Ему нужно было успокоиться и привести в порядок мысли, хаосом толкавшиеся в голове. Кого она могла ждать в Сухиничах? Что за бред?! Выйти в Сухиничах, чтоб ехать домой к родителям? Вряд ли! Чтобы так поступить, нужно быть круглой дурой! В конце концов, домой она могла пойти и в городе, после ухода Богдана. Кстати, почему так торопился Богдан? Даже не дождался отхода поезда. Нужно было выяснить это вчера, а он вчерашним вечером был слишком измотан и, убедившись, что поезд ушёл, сразу отправился домой спать. Где сейчас Богдан?

            - Мне нужно позвонить, - сказал Архип и посмотрел на часы - восемнадцать тридцать пять. Скорее всего, Богдан уже уехал с работы и в ближайшее время явится домой.

            Он вышел из машины, подошёл к ближайшему таксофону и набрал домашний номер Богдана - сейчас ему было не до конспирации. В трубке послышался звонкий женский голосок. "Его жена, - догадался Архип. - Тем лучше".

            - Богдана Александровича можно услышать? - спросил он.

            - Нет.

            - Он ещё на работе?

            - Нет.

            - Мне с ним нужно срочно связаться. Сегодня мы с ним должны уехать в Венгрию.

            - Как в Венгрию? - удивилась девушка. - Какая может быть Венгрия, если он вчера вечером уехал в Латвию.

            - В Латвию?.. На чём он уехал?

            - На машине…  А кто вы такой?

            - Извините, - ушёл от ответа Архип. – Я, кажется, что-то напутал. До свидания!    Зачем мог поехать в Латвию Богдан? В командировку? Какая, в задницу, командировка? Да он вообще ни разу в командировки не ездил! Значит... Теперь он всё понял! Его - стреляного воробья, полковника ФСБ, хитрого и умного, обвели вокруг пальца, обманули, как последнего лоха. Архип возвратился в машину и от досады громко хлопнул дверью. Он массажировал виски, покачивая головой и насыщая салон автомобиля отборным матом.

            - Вы что-то выяснили? - осторожно спросил цэрэушник.

            - Выяснил. Подругу вашего.., нашего Умника господин Владимиров увёз в Латвию. Очевидно, они перед поездом договорились, что Ирина выйдет в Сухиничах, пересядет к нему в машину и… - Архип глянул на часы. - Конечно, столько времени прошло! В Риге она уже давно села на какой-нибудь поезд или самолёт и спокойненько отправилась к своему Умни­ку. Кажется, мой милый заокеанский хозяин, мы этот раунд проиграли - опять недооценили Умника.

            - О том, что её нет в поезде, я узнал в полвосьмого утра. Если бы Вы были дома и утром сообщили нам, куда она могла уехать, мы бы в Риге установили за ней слежку и, вполне вероятно, Умник был бы уже в наших руках.

            - Вы что прикажете мне вообще на работу не ходить? - зло спросил Архип. - Только на вас и работать? К тому же сильно сомневаюсь, чтобы ваши люди в Риге смогли отыскать её за такой короткий срок. Это всё-таки не Штаты, а другое государство. Да и наверняка Ирину снабдили новым паспортом.

            - Сейчас я свяжусь с нашей службой в Латвии. Пусть попробуют отыскать хоть какой-то след. У нас есть её фотографии, к тому же она беременна. А этот... Богдан ещё в Латвии?

            - Возможно, да!

            - В таком случае, вместо подружки Умника в наши руки попадёт его друг. Латвия наш добрый, так сказать, партнёр и разрешит нам без лишней шумихи вывести с её территории... преступника. Захват этого Богдана… как его фамилия?.. Захват Владимирова - это тоже результат.

 

* * * * *

В тот же день, когда Архип предложил свои услуги для освобождения Ирины, Богдан сообщил обо всём Игорю и между ними состоялся долгий чат, безопасность которого обеспечивала программа "Хаос". Могли ли они полностью доверять Архипу? Этот вопрос прямо задал Богдану Игорь. Ведь приехав в Будапешт за Ириной, он элементарно подставлял себя, сам лез в возможный капкан. Богдан ответил: хоть Архип ему и симпатичен, и с виду надёжен, доверять ему полностью нельзя. Набирая на компе этот ответ, Богдан усмехнулся - Архип и симпатичен!? Ведь он даже ни разу не видел настоящего лица Архипа! Каким бы хорошим человеком Архип не был, доверять человеку из спецслужб полностью никогда нельзя!

            По сути, возникала ситуация, которую, вполне вероятно, могли разработать в кабине­тах разведки: чтобы выследить Умника, Бубнову разрешают взять Ирину и вымогать за неё выкуп; затем с Умником договариваются якобы сочувствующие ему люди из разведки и предлагают освободить Ирину, особо не церемонясь с Бубновым – кто такой Бубнов? Пешка! Затем Ирина будет ехать по заранее предложенному маршруту и в конце этого пути она обяза­тельно выведет следящих за ней на Умника. Ничего не стоит следить за беременной женщи­ной. Особенно, если на поимку Умника подняты силы Интерпола.

          В конце концов, возможен и такой вариант: Архип действительно желает помочь Умни­ку и сам не знает, что находится под наблюдением. И это тоже не сулит ничего хорошего: наблюдая за Архипом, станут наблюдать за Ириной и рано или поздно выйдут на Игоря.

            Оценив все возможные "за" и "против" они решили, вернее, Богдан предложил Игорю свой вариант: пусть Архип делает Ирине паспорт и визу в Венгрию, пусть считает, что она действительно туда поедет для встречи с Игорем. Но она выедет за границу другим путём и по другим документам - в Латвию она уедет на машине Богдана, из Риги вылетит в Париж, где в аэропорту её будет ждать Игорь. Конечно, можно было бы отправить Ирину в Латвию самолётом или поездом. Но в Прибалтику авиарейсы только с утра, до ближайшего поезда в Латвию тоже придётся ждать почти сутки, а ждать долго нельзя – в любое время могли обнаружить, что на поезде, идущем в Будапешт, Иры нет. Поездка в машине Богдана выглядела предпочтительнее: быстрее и безопаснее.

Успеет ли Игорь заказать и переслать Богдану паспорт для Ирины? Да, он успевал! В эту же ночь Игорь заказал для Ирины чешский паспорт с последующей пересылкой его почтой "TNT" Богдану до востребования. Паспорт должен был прийти к Богдану не позднее среды. Этот паспорт Богдан даст Ире уже в Латвии. А из России она уедет по паспорту, который сделает Архип. Для этого в четверг днём Богдан должен будет оформить латвийскую визу для себя и для Иры. Оформить такую визу будет несложно - в латвийском посольстве за двадцать долларов любому гражданину с удовольствием оформят разрешение на путешествие в Латвию.

Усадив Иру на улетающий в Париж самолёт, Богдан сможет отдохнуть в гостинице и на следующий день вернуться домой. Теоретически всё вроде бы должно было получиться. Но получится ли практически?

* * * * *

            Тщательно проинструктировав Ирину, Богдан быстро покинул вокзал и почти бегом двинул к автостоянке, на которой оставил свой недавно купленный "оппель". Автомобиль был уже не первой молодости, но дорогу топтал ещё довольно резво. "Оппельку" и его хозяину сегодня предстояла дальняя дорога: сначала мчать на станцию Сухиничи, а это ни одна сотня километров, постараться приехать туда раньше будапештского поезда и встретить Ирину, затем с ней ехать в Латвию. Всего-навсего!

            Опять забарабанил по стеклу унылый осенний дождь и Богдан беззлобно ругнулся: из-за дождя дорога будет скользкая, а времени у него мало, и потому ехать придётся на приличной скорости. Почти час он выбирался из городских пробок и, выехав наконец на шоссе, максимально увеличил скорость. "Хоть бы гаишники в такую дождливую погоду не слонялись на дорогах, а сидели дома у телевизора, - загадал желание Богдан. - И хорошо бы, чтобы на трассе не было никаких аварий".

            Эти пожелания сбылись: постовые ГАИ его машину не остановили, а трасса была пустынна. Однако, как Богдан не торопился, он немного опоздал - когда он выбежал на перрон в Сухиничах, то увидел лишь хвост уходившего поезда, да одинокую фигурку Иры.

            Ирина простояла под дождём всего три-четыре минуты, но успела основательно про­мокнуть и замёрзнуть. Богдан усадил её на заднее сидение и включил печку. На выезде из Сухиничей запищал мобильник - звонил Игорь.

            - Всё в порядке, - сообщил ему Богдан. - Мы уже едем. Утром ещё перезвонишь. Исполнитель уверяет, что всё выполнил. И мне кажется, что он говорит правду. Так что можешь его осчастливить.

            Богдан хотел передать трубку Ирине, но передумал - ведь его мобильник обязательно прослушивают. Правда, он сейчас был далеко от города, но мало ли что. Вовсе не обязательно, чтобы подслушивающие знали, что сейчас в его машине Ира.

            - Устала? - сочувственно спросил у неё Богдан.

            - Устала.

            - Ничего, самое страшное уже позади, - успокоил он её. - Сегодня утром мы будем в Риге. Оттуда ты вылетишь в Париж, а там тебя встретит Игорь.

            В зеркальце заднего обзора Богдан глянул на Ирину. Он ждал, что она хоть как-то отреагирует на его слова. Но радости на её лице он не увидел. Ирина по-прежнему дрожала и куталась в плащ. Видно, сильно замёрзла.

- В пакете - бутерброды, в термосе - горячий чай. Подкрепись и спи. Граница ещё не скоро.

            Подкрепиться Ирина не захотела, но утомлённая событиями этого дня, убаюканная монотонным дождём, дорогой и теплотой автомобильной печки уснула.

            Границу пересекли в седьмом часу утра без всяких проволочек. Сначала российские, а затем латвийские погранцы пролистали и отметили их паспорта, задали символические вопросы: откуда, куда и зачем, бегло осмотрели машину и с миром отпустили.

            С утра дождь прекратился, и сквозь тучи иногда выглядывало солнце.

            - Значит, авиазадержек из-за дождя не будет, - улыбнулся Богдан Ирине.

Она уже не спала и сейчас выглядела немного лучше, чем вчера: на лице не было той  усталости, на щеках появился румянец. И хоть она улыбалась, но Богдан почувствовал, что улыбка эта скорее нервная – Ирина очень волнуется.

            - Всё будет хорошо, - подбодрил он её.

Возле небольшой речушки Богдан съехал с трассы и остановил машину. Он взял у Иры паспорт, который сделал для неё Архип.

            - Теперь ты у нас не российская гражданка, а чешская, - сказал он, передавая ей новый паспорт. - Теперь ты - Хелена Ржачкова.

            Они наскоро перекусили бутербродами, запивая их чаем из термоса, а затем поехали в рижский аэропорт.

* * * * *

 

            - Вчера для Хелены Ржачковой был заказан билет в Париж. Посмотрите, пожалуйста, - попросил Богдан девушку, заглянув в окошко заказов.

            - Минуточку, - девушка отбарабанила дробь на клавиатуре и посмотрела на монитор. - Есть заказ.

            Она сообщила Богдану номер рейса и предложила пройти за билетом в пятую кассу. Самолёт рейсом на Париж отправлялся через пятьдесят минут. Богдан проследил, как Ирина без каких-либо проблем прошла регистрацию, и увидел, что в числе других пассажиров она поднялась по трапу в аэробус "Эйр Франс". Через пятнадцать минут самолёт взревел турбинами, медленно вырулил на стартовую полосу, разогнался, взмыл в воздух и скоро исчез из виду. "Через два часа она в Париже", - подумал Богдан. Только сейчас, когда Ирина благополучно улетела и все волнения остались позади, он почувствовал, как устал.

            Пискнул телефон.

            - Всё в порядке, - сказал Богдан Игорю. - Встречай!

            Он сел в "оппелёк" и посмотрел на часы - почти половина двенадцатого. Сейчас возвращаться назад Богдан не мог, он бы просто заснул за рулём. Нужно было отдохнуть и он, заехав на платную автостоянку при аэродроме, улёгся спать в машине.

            Проснулся он в шесть вечера. Пообедав в одном из кафе, Богдан позвонил домой и сказал жене, что приедет скорее всего под утро. В четверть восьмого он выехал с территории аэропорта, заправился в каком-то пригородном посёлке и помчался к латвийско-российской границе.

            - Богдан Александрович Владимиров? - с характерным прибалтийским акцентом спросил молодой латыш-пограничник.

            Он глянул в лицо Богдану, тщательно пролистал паспорт, заглянул в багажник, а затем сказал:

            - Поставьте машину вот на той площадке, а сами пройдёмте со мной.

            - А в чём собственно... - начал было уточнять Богдан, но прибалт с его паспортом уже пошёл к небольшому одноэтажному домику.

            В комнате находились трое мужчин, самому старшему из которых было лет пять­десят. Пограничник без слов вручил ему паспорт Богдана и также молча удалился. Мужчина обрадованно глянул в паспорт, затем посмотрел на его хозяина и усмехнулся.

            - Вовремя мы успели приехать, - сказал мужчина. Он говорил по-русски с акцентом, но явно не прибалтийским. - На тридцать минут позже - и вы бы от нас улизнули.

            Богдан пожал плечами, показывая, что он не понимает смысл этих слов.

            - Вы въехали в Латвию сегодня утром. С вами была Комарова Ольга Петровна. Где она?

            Богдан, стараясь выглядеть спокойным, снял очки, не спеша протёр их платочком, надел, затем ответил:

            - Да, со мной приехала моя знакомая Оля. У неё здесь то ли родственники, то ли друзья, я её не расспрашивал. Мы расстались с ней в Риге и я не знаю куда она пошла.

            Мужчина нахмурился:

            - В таком случае, чего ты сюда ехал?

            - Просто решил побывать за границей, Ригу посмотреть.

            - И за день всё посмотрел? Где Ира?

            - Какая Ира? - чуть ли не искренне удивился Богдан. До этого вопроса он всё ещё надеялся, что об истинной цели его поездки в Латвию никто не знает.

            - Где подруга Умника? - зло спросил иностранец.

            - О чём, вы спрашиваете, мистер? - также зло спросил Богдан. - Никаких подруг и никаких Умников я не знаю. Ищите их сами, а мне домой пора. Я российский гражданин и задержи­вать меня необоснованно вы не имеете право. Верните мне документы.

            - Ну что ж! Ты хотел побывать за границей? Я твою мечту исполню, - иностранец кивнул одному из своих напарников, тот сделал шаг к Богдану и брызнул ему в лицо душистым аэрозолем.

            Богдан поперхнулся, закашлялся и медленно осел на пол. Дальнейшее он помнил какими-то вспышками, проблесками сознания: в руку ему делают уколы, везут на машине, затем ведут по трапу самолёта.

            Он пришёл в себя от монотонного гула. Что это гудело? Какой-то мотор, или его голова? Он хотел поправить очки, но вслед за левой рукой стала подниматься правая - он был в наручниках. Всё-таки Богдан поправил очки и осмотрелся. Он сидел в салоне само­лёта, а по бокам рядом с ним сидели два громадных амбала и следили за каждым его движе­нием. Богдан опять закрыл глаза, без особых успехов стараясь припомнить, что с ним произошло. Самолёт едва слышно вздрогнул.

            - Уже приземлились, - сказал один из охранников.

            Богдан понял, что он сказал, но что-то в словах амбала его удивило. Что именно? Скоро он понял, в чём дело: амбал сказал это на английском языке.

            Богдан, превозмогая головную боль, спросил также по-английски:

            - Куда мы прилетели?

            - Нью-Йорк, - ответил ему охранник. - Пошли.

            К ним подошёл третий сопровождающий – огромный негр. Богдана приподняли с кресла, на скованные наручниками руки повесили плащик и вывели из уже разгрузившегося от пассажиров самолёта в длинный пустынный коридор. Он, ещё не ото­шедший от действия наркотиков, безразлично шёл между двумя охранниками. Третий охранник шёл впереди. Но, видимо от движения, или от прохладного воздуха этой переходной эстакады мозг стал постепенно проясняться и до него вдруг медленно начал доходить смысл сказанного амбалом.

            - Нью-Йорк, Нью-Йорк, - сам себе шептал Богдан, стараясь побыстрее прийти в себя.

            Из коридора они вышли в громадный зал и здесь, в этом ярком многолюдном и разно­язычном месиве людей он окончательно понял, что произошло. А поняв это, решил вспом­нить свои армейские навыки и попытаться выр­ваться на свободу. Богдан пяткой врезал по берцовой кости правого охранника, тот ойкнул от боли, схватился за ногу, отпустив при этом своего пленника. В тот же миг Богдан развернулся к охраннику, шедшему слева, и скользящим ударом угадал его лбом в переносицу. Разбитые очки слетели с Богдана, но он этого не заметил. Главное, он был сейчас свободен! Он кинулся бежать через зал, а за ним погнался третий охранник. В наручниках, на которых к тому же висит плащ, бежать тяжело­вато. В центре зала охранник настиг Богдана и опять завязалась драка. Вернее, не драка, а избиение – со скованными руками драться Богдан не мог. Кругом шумела удивлённая американская публика, сверкнули вспышки фотокамер.

            - Я требую российского консула! - закричал Богдан, поняв, что убежать не удастся. - Я гражданин России - Богдан Владимиров! Меня выкрали из моей страны!

            Он кричал это на русском и английском языках, пока его не сбили с ног и не прижали к полу подоспевшие к товарищу два других охранника. К месту беспорядка заспешила поли­ция, но похитители Богдана предъявили свои жетоны и полисмены благоразумно ретирова­лись. Затем его схватили под руки, быстро вытащили из здания аэропорта и с навязчивой гостеприимностью впихнули в микроавтобус.

 

 

Глава 6.

 

            В четверг перед началом работы Игорь подошёл к Майклу и попросил предоставить ему отпуск на десять дней. Майкл не возражал.

            - Какие-то проблемы? - только и спросил он. – Может, нужна помощь?

            - Я думаю, справлюсь и сам, - улыбнулся Игорь. – Хочу встретиться с женой и вместе с ней провести недельку у моря. Постараюсь уговорить её оторваться от родителей и пере­ехать из Чехии ко мне в Лондон.

            - Желаю тебе уговорить её, - Майкл тоже улыбался. - Мы с женой будем рады пригла­сить вас в гости.

            Вечером, в то самое время, когда Архип расправлялся с Бубновым и освобождал Ири­ну, Игорь уехал во Францию. Скоростной экспресс "Лондон-Париж" отошёл от вокзала Викто­рии и, набирая скорость, помчался на континент. "Хоть и капиталисты, хоть и буржуи, но умеют всё-таки на Западе и работать, и жить. Вот, пожалуйста, под морским дном, под Ла-Маншем туннель пробили! - подумал Игорь, удобно разместившись в мягком кресле. - Мыслимое ли дело? Теперь из Лондона в Париж всего три часа езды на этой электричке. Как будто едешь не в другую страну, а на загородный дачный участок. Когда уже в нашей России такие поезда появятся?" Он взялся за прессу, но ему не читалось. Все мысли его были в родном городе, где решалась судьба Иры, да и его тоже. Игорь отложил газеты и стал смот­реть в окно, за которым уже мелькали французские ландшафты. Скорее бы уже прошло это мучительное ожидание! Сможет ли освободить её Архип? Увидятся ли они завтра?

            Всего три часа – и Игорь уже в Париже. Взяв такси, он поехал в маленькую трёх­звёздочную гостиницу "Chopin", одноместный номер в которой забронировал сегодня утром. Перекусив в буфете, он поднялся к себе и в нетерпении посмотрел на часы. Как раз сейчас поезд, на котором должна была ехать Ирина, прибывал на станцию Сухиничи. Игорь достал из сумки свой спутниковый и, выждав десять минут, позвонил Богдану на мобильный. Слышно было отлично, даже гул мотора автомобиля и шум дождя. Богдан уже выезжал из Сухиничей и у него в машине была Ирина. Игорь облегчённо вздохнул. Теперь бы им благо­получно доехать до Риги, а там сесть на самолёт. Всё-таки молодец Архип! Насчёт Ирины не подвёл, отбил её у Бубнова и отправил в Будапешт. Да и, как намекнул Богдан, с самим Бубновым расправился. В Игоре шевельнулось сомнение - правильно ли поступил он, "заказав" Бубнова. Но, он вспомнил Серёгу, вспомнил, как Бубнов угрожал разобрать Ирину на составные части и все сомнения пропали. Бубнов - преступник и убийца! Он должен был понести наказание! А его палачу - Архипу нужно уплатить. Игорь достал ноутбук, под­ключил его к телефону и перечислил второй миллион долларов на счета Архипа.

            Можно было отдыхать. Но разве сейчас уснёшь? Игорь включил телевизор и попытал­ся посмотреть какое-то развлекательное шоу, но видел перед собой не экран,  а мокрую ночную дорогу, по которой в эти минуты мчалась машина Богдана. Ему хотелось быть сейчас не в этом уютном номере перед телевизором, а с ними в машине. Чтобы ожидание не было таким мучительным, Игорь вышел из гостиницы и пошел бродить по парижским улицам. Вернулся он уже далеко за полночь и хоть прилично устал за этот день, но всё же долго лежал с открытыми глазами и не мог заснуть.

            Проснулся он рано и сразу посмотрел на часы. До вылета самолёта из Риги в Париж оставалось ещё два часа. Чтобы убить это едва ползущее время, Игорь стал изнурять себя физическими упражнениями. До седьмого пота он выполнял приседания, отжимался от пола и нагружал пресс. Затем, ощущая приятную мышечную усталость, прошёл в ванную комнату и долго стоял под струями воды, принимая контрастный душ. Хоть и лениво, но всё же время подошло к той заветной минуте, когда самолёт Ирины должен был улететь из Риги. Игорь включил телефон и набрал Богдана.

            - Встречай! - кратко сказал ему Богдан.

            А больше ничего и не нужно было говорить. От радости Игорь сиганул через столик, на котором стоял его ноутбук и подмигнул своему отражению в настенном зеркале. Быстро собрав вещи, он покинул гостиницу и уже через пятнадцать минут сидел в такси.

            - Бонжур! Аэропорт Орли, силь ву пле, - для ясности Игорь ещё поднял руку, и, плавно проведя ей в воздухе, словно жук, загудел.

-          Орли! - кивнул усатый пожилой араб и поехал в аэропорт.

 

* * * * *

 

            Она вошла в зал в общем потоке пассажиров, прибывших рейсом из Риги. Вошла нере­шительная и растерянная, остановилась, не зная куда дальше идти. Но Игорь уже спе­шил к ней с большим букетом роз.

            - Привет! - он мгновение раздумывал, что сделать раньше - вручить цветы, или об­нять? Затем, убрав букет за спину, прижал Иру к себе. - Я очень соскучился.

            - Я тоже, - она коснулась губами его щеки и быстро отстранилась.

            Ну да, конечно, ведь кругом люди! Игорь передал ей цветы, увёл в сторону от гомоня­щего людского потока, не отрывая от неё счастливых глаз. Она почти не изменилась, может быть, чуть пополнела и от этого стала ещё привлекательнее. C первого взгляда даже не ска­жешь, что она в положении - под плащом животик не заметен. Те же милые ямочки на щеках, только улыбка грустная, какая-то усталая. И глаза испуганные, покрасневшие. Это, видимо, от слёз. Ведь ей столько за последние дни пришлось пережить.

            Он опять обнял её и зашептал:

            - Не надо бояться. Всё будет хорошо, Ириш. Самое страшное позади. Знаешь, куда мы сейчас улетим? В Испанию, на Средиземное море! А потом в Лондон и будем там жить. Вмес­те. И никогда не будем разлучаться!

            - Но тебя ведь ищут, за тобой охотятся, - произнесла Ирина. - Мне страшно, Игорь. За тебя, за себя, за моих родителей, за будущего ребёнка.

            Она сильно испугана. Так испугана, что даже не рада их встрече. Стоит ли сейчас рас­спрашивать о том, как её украли и где держали в заточении? Нет, пожалуй, не стоит. Сначала ей нужно прийти в себя. Слишком она выглядит уставшей и испуганной. Игорь посмотрел на часы - до их рейса на Малагу почти два часа.

            - Давай перекусим, - предложил он. - Ты, наверное, проголодалась?

            Она смущённо кивнула:

            - Проголодалась. Только сначала я бы хотела позвонить родителям. Они ведь до сих пор не знают, что со мной.

            Да, обязательно! Как он забыл об этом?! Игорь подвёл Ирину к телефону и стал наби­рать коды и её домашний номер.

            - Не надо говорить, где ты сейчас, - попросил он, передавая ей трубку. - Скажи только, что ты в полном порядке, тебя освободили, ты уехала за границу и теперь будешь жить со мной. Будешь им часто звонить.

            Трубку взяла мама и из глаз Иры брызнули слёзы. Она только успела сказать, что её освободили и она очень соскучилась. Ирина разрыдалась и говорить больше не смогла. Труб­ку пришлось взять Игорю.

            - Где ты, Ирочка, - слышно было, что мама Иры тоже плакала. - Мы сейчас с папой приедем.

            Игорь представился и в двух словах попытался объяснить, что Ирина за границей и скоро обязательно перезвонит. Мама Иры не слушала, а рыдала в трубку... Вот это успо­коили!

            Теперь он и сам разволновался - страх поразительно заразен: не стоило сейчас зво­нить, ведь телефон в квартире Иры обязательно на прослушке спецслужб. Определят, откуда был звонок, и агенты приедут в "Орли" вычислять Умника. "Не успеют, - подбодрил Игорь сам себя. - Скоро рейс на Малагу".

            Ирина кое-как успокоилась, они зашли в ресторан и Игорь сделал заказ. Во время еды он рассказывал о жизни в Лондоне, об их предстоящем отдыхе в Испании, о том, что он уже забронировал прекрасный номер в гостинице «Пирамида» курортного местечка Фуенхирола и даже заказал на сегодняшний вечер ужин в номер. Ирина заслушалась. Она слушала его рассказ, словно ребёнок сказку, даже стала за десертом задавать вопросы и впервые улыбну­лась своей обычной открытой улыбкой.

            Вот уже начинается посадка на рейс "Париж - Малага". Они вышли из ресто­рана и глаза Ирины опять стали беспокойными.

            - Не волнуйся, Ириш. Сейчас мы садимся в самолёт и через полтора часа мы в Испании на отдыхе, - сказал ей Игорь. - Всё хорошо и просто прекрасно.

            Он взял у неё паспорт на имя Хелены Ржачковой и зашёл в туалет. Закрывшись в кабинке, порвал его и выбросил в унитаз, затем нажал на рычаг слива. Через минуту он вер­нул Ире точно такой же паспорт, но на другое имя.

            - Теперь ты стала Ирэной Малек, - объявил Игорь. - Гражданка Чехии и моя жена.

            Она благодарно улыбнулась и сама прижалась к нему. Игорь тоже обнял её и рукой коснулся шеи. Она вскрикнула и испуганно отстранилась. Что, что опять случилось?

            Ирина виновато улыбнулась:

            - Извини, это у меня, наверное, после... я потом тебе объясню. Это испуг, нервы, скоро пройдёт.

            Завершилась посадка и самолёт поднялся в воздух. Ирина молчаливо смотрела в ил­лю­минатор.

            Что же с ней такое? Испуг, перепады настроения: десять минут назад на лице была улыбка, сейчас она вроде бы как обижена. Понятно, ведь все её злоключения из-за него. А те­перь, наверное, переживает за оставшихся в городе родителей. Игорь мягко положил ладонь на её руку и сказал:

            - Прости меня, Ириш, я понимаю, что всё это ты перетерпела из-за меня.

            Она повернулась к нему и посмотрела прямо в глаза. Хотела что-то сказать, уже открыла было рот, но не решилась и опять отвернулась к иллюминатору.

            Что она не сказала? Что могло случиться? Он откинулся в кресле, и задумался. Неожиданно в памяти всплыли слова Бубнова, произнесённые им пять дней назад по телефону:

«Знаешь, кто её охраняет?.. Бэтээр... И Мурик там же. Ходит вокруг неё, как кот обли­зывается. А может, уже и потягивает девку, дело-то молодое. А она, может, и рада этому - ты ведь сидишь за границей, бросил её в одиночестве прозябать, а она, может, истосковалась по мужской ласке. Что молчишь, Умник?»

            Этот ненавистный голос прозвучал так явственно, словно Бубнов был здесь рядом. Словно он вернулся с того света отомстить Игорю за свою смерть. Жгучая ревность сжала в комок сердце. Разве такое могло быть? Нет, это неправда! Но слова Бубнова продолжали свер­лить мозг, не давали покоя и, не выдержав этой муки, Игорь спросил:

            - Ириш, тебя охранял парень... кличка у него ещё кошачья - Мурик?

            Она вздрогнула, быстро повернулась к Игорю, испуганно глянула ему в глаза и сразу отвела взгляд.

            Значит, охранял. Неужели Бубнов говорил правду? Неужели её пугливость - это чувство вины?

Ревность во всю терзала Игоря и Ирина, почувствовала это. Должна ли она рассказать ему о том, что случилось вчера утром? До настоящего момента Ирина так и не знала, как поступить. Но, сейчас… Если она не расскажет, он может посчитать, что она в чём-то виновата.

Теперь точно также как ревность, терзавшая Игоря, Ирину терзали сомнения.

            - Ириш, - придвинулся к ней Игорь. - Я прошу тебя... Что случилось?

            Ирина решилась. Рассказала, как её украли на улице, как ей жилось в домике и, наконец, со слезами на глазах, стала рассказывать о том, что случилось вчера утром после того, как Бэтээр уехал в город. Она рассказывала, а он... Кровь шумно стучала в висках, а ярость с головы до ног заполнила всё тело. Казалось, что от этой ярости он сейчас взорвётся и вместе с ним взорвётся этот летящий на юг самолёт. Теперь ему не хотелось на тёплый морской берег. Сейчас бы ему в Россию! Отыскать бы этого гада и отомстить. Своими руками замучить подлеца, порвать на кусочки. Но Мурик был далеко, а он продолжал лететь в Испанию.

            - Его не убили? - сквозь зубы спросил Игорь.

            - Мы ушли, а они так и остались лежать. Главный их – Бэтээр на улице, а те двое на кухне. Все они были без сознания. Игорёк, успокойся, - теперь уже она успокаивала Игоря. - Он меня только сильно испугал. Просто нервный стресс, невроз. Но это скоро пройдёт.

            Над Игорем склонилась симпатичная стюардесса, озабоченно глянула на него и что-то спросила по-французски. Кажется, про здоровье. Хороший, видать, у него видок, если интересуются его здоровьем. Нужно взять себя в руки. Плохо, когда эмоции отражаются на твоей физиономии. Игорь благожелательно улыбнулся девушке и поднял вверх большой палец, мол, всё в порядке, милая, всё «ол райт!».

            Из здания аэропорта в Малаге они вышли налегке, словно приехали не в другое государство, а просто вышли прогуляться в парк: у Ирины в руках были цветы, у Игоря – спортивная сумка средних размеров. Ирина вопросительно глянула на Игоря.

            - Теперь мы берём такси. Например, вот это, - сказал ей Игорь, подзывая жестом такси. – И отправляемся в Фуенхиролу в нашу гостиницу.

            Здесь было тепло, словно сейчас не средина осени, а лето. Такси резво мчало их по испанскому побережью. Совсем рядом, с левой стороны шоссе, ласково поблёскивало под солнечными лучами Средиземное море. С правой стороны вдалеке виднелись то ли высокие холмы, то ли горы. За окном мелькали старинные башенки и замки времён Сервантеса, совре­менные дома самой разнообразной архитектуры. С преувеличенным восхищением Игорь вертел головой, показывая Ирине местные достопримечательности и живописные пейзажи, мимо которых они проезжали. Ирина тоже смотрела по сторонам, кивала в ответ, соглашаясь с ним: да, очень красиво, замечательные места. Но он чувствовал, что ей сейчас не до красот Андалузии - слишком сильно нервное потрясение, перенесённое ею. Нужно время, нужны положительные эмоции, чтобы она пришла в себя.

            - Ничего, Ириш, теперь всё в наших руках, - сказал он. - Теперь у тебя если и будут переживания, то только приятные.

 

* * * *

 

            - И мы здесь будем жить!? - растерянно спросила Ирина, побродив по комнатам гостиничного номера. - Вдвоём?

            Гостиная, столовая, две спальни, кухня, две ванных комнаты и два санузла - номер был большой. Игорь и сам поразился его размерам, но спросил у Ирины:

            - Что, маленький? Давай закажем побольше.

            - Не надо, - испугалась Ирина. - Я просто не могу представить, что такой номер для двух человек. Здесь же легко заблудиться.

            Она вошла в блиставшую чистотой и никелем ванную комнату:

            - Господи! Это же не ванна, а целый бассейн! Утонуть можно!

            Зажурчала вода. Скоро ванна заполнилась горячей водой и белоснежными хлопьями ароматного шампуня.

            - Я купаюсь, - сообщила Ирина. - Просьба не беспокоить.

            Перед носом Игоря захлопнулась дверь и он услышал, как она, выражая свой восторг междометиями «Ой!» и «Ай!», забралась в горячую ванную.

            « А как насчёт спинку потереть?» - хотел было выдать Игорь избитую фразу, но вовремя вспомнив о вчерашнем происшествии с Ириной, чертыхнулся про себя и благоразумно промолчал.

            Во второй ванной комнате он принял душ, затем, осматривая номер, забрёл на кухню. Из кухонных принадлежностей здесь было всё, что пожелает душа самого искусного кули­нара или повара. Начиная от обычного столового набора и заканчивая всевозможными ком­бай­нами, микроволновкой и электроплитой. Высоченный холодильник ломился от бутылок со спиртным для поклонников Бахуса и различных баночек с джемом и мороженым для любителей слад­кого. На кухонных полках были уложены пакетики с различными сортами чая и кофе, на столе в вазочке - печенье и конфеты, в широком блюде – большие яблоки, апельсины и бананы. Умереть с голоду здесь было сложновато. Игорь зацепил две пече­нюшки и конфетки. Мгновенно их проглотив, хотел было взять ещё, но передумал: зачем перебивать аппетит сладким? Ведь им скоро должны принести ужин. Игорь поставил вазоч­ку на место, прошёл в спальню и, плюхнувшись на широкую, словно аэродром, кровать, включил телевизор.

            В дверь постучали. Получив разрешение, в комнату вошёл официант из ресторана. За собой он вкатил большущий столик на колёсиках, уставленный посудой. Вот и праздничный ужин! Игорь встал, покопался в карманах, дал официанту щедрые чаевые. Тот учтиво покло­нился и стал сервировать стол. Несколько секунд - и стол был накрыт. Ещё раз покло­нившись, официант выкатился вместе со своей тележкой.

            Ирина всё нежилась в ванной, а Игорь лежал на кровати и  щёлкал пультиком. Он переключал телевизор с канала на канал, но не найдя ничего интересного, остановил свой выбор на футболе. Двадцать два молодца под присмотром судьи гоняли мячик. О чём восторженно кричал по-испански комментатор, Игорь не понимал, да и так всё было понятно - мадридский "Реал" терзал какую-то второсортную команду из провинции. Футбол, в принципе, был не интересен Игорю. Но лучше смотреть футбол, чем мучить себя размышлениями о том, что могло бы произойти, если бы Мурик не споткнулся и не вернулся раньше Бэтээр. Футбол отвлекал, успокаивал и убаюкивал...

            ...Он сидел за компом и торопливо набирал очень нужный для него фрагмент программы. Пальцы быстро скользили по клавишам, взгляд был устремлён на монитор и на дверь, закрытую на крючок. Он словно ждал, что сейчас кто-то войдёт и помешает ему работать. Так и есть! Он увидел, как в щель протиснулся блестящий нож, поддел крючок и двери тихонько стали открываться. Ему стало страшно. Хотелось закричать, вскочить со стула и повернуться лицом к врагу. Но он не мог - нужно было срочно закончить эту программу. Боковым зрением он видел, как в комнату вошёл Мурик, довольно ухмыльнулся и, сжимая в руке нож, стал медленно приближаться к нему.

            - Ты чё, Умник? Всё программки сочиняешь? Про виртуальное единоборство? Ну, так давай поборемся. Только я буду бороться по старинке - при помощи пёрышка. Сейчас я им тебя пощекочу, - Мурик был уже совсем близко, он уже занёс нож над его головой.

            Ему нужно было срочно повернуться к этому дебилу с кошачьим именем и ножом в руке, но никак не оторваться от компа. К тому же жуткий страх парализовал всё тело, он не мог даже закричать. Одна рука Мурика схватила его за волосы, другая поднесла нож к горлу. Всё! Сейчас его, как барана, беззащитного и слабого... Игорь содрогнулся от ужаса, закрыл глаза и... проснулся.

Он лежал покрытый холодным потом, ещё не отошедший от сна-ужастика и медленно приходил в себя. По телевизору уже футбола не было, испанский диктор комментировал последние новости. Игорь тряхнул головой, прогоняя остатки сна и сел на кровати. Щёлкнула задвижка ванной и через несколько секунд в спальню заглянула Ирина, порозо­вев­шая и посвежевшая после купания.

            Неужели она перенесла всё это? Неприятно чувствовать холод лезвия на свой шее, очень неприятно. Но, это ощущение он испытал во сне. А каково пережить такое наяву? А она это пережила и не во сне - наяву. Беззащитная беременная девчонка, а у её горла нож распсиховавшегося мерзавца. Да, такое не скоро забудешь и можно ли забыть такое вообще?

            Игорь глянул на Ирину, на её красивую белоснежную шею, опять вспомнил свой сон и содрогнулся.

- Что? Что случилось? – Ира смотрела на него испуганными глазами.

            Наверное, у него сейчас точно такой же вид, как и днём в самолёте, когда его состоя­нием озаботилась стюардесса.

            - Ничего не случилось! Нам в номер принесли ужин, шампанское - Игорь заставил себя безмятежно улыбнуться. - Когда начнём пиршество?

            - Через минутку. Я немножко отдохну, - Ирина опустилась на кровать. - Устала почему-то, чуть в ванной не уснула. Я сейчас...

            Через минуту она уже спала. Понятно, после нервных перегрузок любой организм - самый сильный, самый крепкий нуждается в отдыхе, а лучший отдых - это спокойный сон. Выключив телевизор, Игорь прошёл в столовую, обошёл вокруг стола, на котором призывно расположился ужин. Да, не так ему представлялась их встреча. "Ничего, считается, что еда на ночь - это самоубийство, - покопавшись в своих познаниях, нашёл Игорь сомнительное утешение. – Сегодня убивать себя мы не будем". Он долго стоял на балконе, любуясь чёрной южной ночью и звёздами, рассыпанными над морем до самого горизонта. Затем вошёл в спальню и осторожно лёг рядом с Ириной.

            - Я сейчас, ещё минуточку, - она на мгновение проснулась и, засыпая опять, положила голову ему на плечо.

            Игорь долго не мог заснуть, но в конце концов, сон сморил и его. Засыпая, он всё боял­ся неосторожно пошевелить плечом и потревожить её сон.

 

* * * * *

            На следующее утро Игорь уговорил Ирину спуститься в ресторан при гостинице и позавтракать.

            - Теперь мы пойдём домой? - с тревогой спросила Ирина, когда они допили чай.

            Она всё ещё не могла прийти в себя, опять этот невроз - следствие пережитого на даче Бэтээра ужаса. Пугливый настороженный взгляд, виноватая улыбка, закомплексованность. Игорь вздохнул. Как вывести её из этого состояния? Как снять стресс? Неужели придётся обращаться к психоаналитику?

-          Пойдём к морю, погуляем, - предложил Игорь.

- Пойдём лучше домой, - Ирина торопливо встала из-за стола. - У нас такой чудесный номер с видом на море. Телевизор. Мне сегодня никуда не хочется идти.

            - Пойдём, - вздохнул Игорь. – Только на минуточку зайдём вон в тот магазин. Я куплю себе спортивный костюм и кроссовки.

            В большом супермаркете они зашли в ту половину, где продавалась одежда.

            - Мы, кажется, ошиблись. Это не мужской отдел, - Игорь подошёл к изобилию женских платьев. - Давай посмотрим, может быть, тебе здесь, что-нибудь понравится. Пос­мотри, какое красивое платье. По-моему, это твой размер.

            - Нет это не мой, а вот это… - Ирина с интересом принялась рассматривать висящее рядом платье.

            Рядом с ними возникла симпатичная девушка и произнесла что-то по-испански, вежливо улыбаясь. Из всей её речи Игорь понял только слово "сеньора".

            - Сеньора хотела бы приобрести у вас несколько приличных платьев или костюмов, - сказал он девушке по-английски. - Помогите ей, пожалуйста.

            К ним подошла вторая девушка, которая довольно бегло говорила по-английски. Замель­кали женские наряды и скоро Ирину увели в примерочную. Игорь же уселся в кресло и принялся просматривать журналы.

            - Ну как? - перед ним возникла Ирина в прекрасно сидящем на ней красивом платье.

            - Повернись, - Игорь с неподдельным восхищением глянул на Ирину. - Просто сказка! Отлично! Только, как мне кажется, под это платье нужны другие туфли.

            Красноречивым жестом он показал девушкам на ноги Иры.

            - У нас есть туфли и сапожки, подходящие к этому платью, - услужливо сообщила продавец. - Что принести?

            - И туфли, и сапожки, - Игорь взял в руки следующий журнал.

            Вслед за туфлями и сапожками девушки вынесли такой костюм, от которого Ирина пришла в восторг, словно маленький ребёнок, увидевший необыкновенную игрушку.

            - Померить? - спросила она у Игоря.

            - Обязательно.

            Превосходный костюм и сидел на Ирине, будто сшит для неё по персональному зака­зу, даже скрадывал чуть выпирающий животик. Ирина вышла из примерочной и остано­вилась перед Игорем.

            - Нет слов! - Игорь развёл руками. - Мы просто не можем отвезти от тебя глаз!

            - Кто мы?

            - Я и вон тот достойный идальго, который, невзирая на протесты жены, вовсю пялится на тебя.

            Ирина глянула на пожилого испанца, действительно не отрывавшего от неё пламенного взгляда, залилась румянцем и весело рассмеялась.

            - Это очень дорогой костюм, - сделав скорбную гримаску, решилась сообщить девуш­ка-продавец.

            Игорь глянул на Ирину и едва сдержал улыбку - она смотрела на него полным мольбы взглядом.

            - Подберите к нему и туфли, - попросил Игорь. - Ещё, пожалуйста, покажите нам костюмчики других фасонов. Ириш, плащ подберём тебе?

            Через полтора часа перед Игорем высилась довольно внушительная гора из свёртков и коробок, которую вряд ли бы могли поднять два грузчика.

            - Как же мы всё это донесём? - обеспокоилась Ирина.

            - А мы и не будем нести. Нам всё доставят прямо в номер, - Игорь достал кредитную карточку, расплатился и на листике из блокнота черкнул, куда доставить товар.

            - Давай глянем, что продаётся здесь, - после отдела женской одежды, Игорь прямиком направился в отдел ювелирных изделий. - Может быть, стоит к твоим обновкам подобрать украшения?

            Конечно, стоит! Какая женщина откажется от украшений? Как гирлянды и игрушки на новогодней ёлке, со вкусом подобранные украшения всегда подчёркивали и усиливали женскую красоту.

            - Игорёк, вот это колье и серёжки прямо созданы для того синего в полоску костюм­чика.

            - Отлично…

            - А колечко с зелёным камешком, эта брошь и клипсы как нельзя кстати подойдут к салатовому платью.

            - Замечательно...

            Когда они вышли из ювелирного, оба были довольны: Ирина радовалась покупкам, Игорь - её настроению.

            В отдел женского белья Игорь идти отказался. Он вручил Ирине кредитку, а сам, купив газеты, уселся поджидать её за чашечкой кофе в кафе супермаркета.

            Они вышли из магазина уже в середине дня. В руках Игорь держал пакет с космети­кой, украшениями и другими мелкими женскими драгоценностями, которые накупила Ирина.

            - Ой! А костюм? - вдруг вспомнила она.

            - Какой костюм?

            - Мы забыли купить тебе спортивный костюм и кроссовки.

            - Ничего, я завтра куплю.

            Вернувшись в номер, Игорь уселся в гостиной на диване, включил телевизор и испод­тишка принялся наблюдать, как Ирина примеряет купленные наряды.

            - Ты знаешь, я здорово проголодался, - сказал Игорь уже под вечер. – Давай поужи­наем и будем смотреть футбол. Сегодня интересный матч должны показывать.

            - Футбол!? А потом?

            - Потом спать. Мы ведь решили сегодня не выходить, - Игорь притворно зевнул.

            - Я не люблю футбол, - Ирина оторвалась от зеркала и повернулась к Игорю.

Как ей идёт этот новый костюмчик и туфельки, а лёгкий макияж, над которым она столько трудилась, удачно подчёркивает молодость и красоту. Неужели стоило так наря­жаться, чтобы потом сидеть перед телевизором и смотреть скучный футбол? Ирина прош­лась по гостиной, словно манекенщица по подиуму, затем остановилась в центре, прикрыв собой телевизор от Игоря.

- Вместо футбола взял бы девушку и в кафе пригласил, - она улыбнулась чуть кокетливой улыбкой и на щеках появились такие знакомые, такие милые ямочки . – Или даже в ресторан. Мы ведь всё-таки на отдыхе.

            - В ресторан? - Игорь сделал вид, что задумался. - Ну что ж, девушка, я приглашаю вас на лёгкий променад с посещением лучшего в здешних краях ресторана.

            - А какой здесь лучший?

            - Выясним у ресепшн.

            Поздно вечером они возвратились усталые, но довольные своим первым днём отдыха.

 

* * * * *

 

            Прошло четыре дня. Они отдыхали: гуляли по берегу, любовались морскими зака­тами, посещали кафе и ресторанчики, которых здесь было полным полно. Море было ещё не очень холодным, и Игорь даже купался, вызывая дальними заплывами беспокойство у Ирины.

            Часто Ирина по спутниковому телефону звонила домой, и её родители успокоились. Игорь отослал на электронный адрес Богдана два письма, но пока ответа не получил и это начинало его тревожить.

            - Давай попутешествуем, - предложил Игорь Ирине на пятый день. - Покатаемся по побережью, заедем в Малагу, можно в Гранаду съездить или в Севилью.

            - На такси или на автобусе? - спросила она.

            - Зачем? Мы возьмём машину напрокат.

            - Ты умеешь водить машину?

            - В Лондоне я не только бизнесом занимался, но ещё и права получил.

            Из автомобилей Игорь выбрал "Сааб" и в этот же день они проехались в Малагу.

            - Куда завтра поедем? – спросил Игорь, когда они вечером вернулись в гостиницу. – В Гранаду или Севилью?

            - В Севилью, - решила Ирина.

Следующим утром они выехали из Фуенхиролы пораньше и отправились путешест­вовать вглубь полуострова. В одиннадцать часов они уже въезжали в Севилью.

            - Ничего себе городишко, - заявил Игорь, когда они вдоволь накатались по городу. - Не Лондон, конечно, но тоже очень красивый, одновременно и древний, и современный.

            - Я давно не была в поликлинике, - вспомнила Ирина, когда они проезжали мимо какой-то муниципальной больницы. - Я себя неплохо чувствую, но при моём сроке нужно иногда проходить осмотры.

            Святое дело! Игорь пошёл в больницу и узнал, где можно его жене пройти осмотр. Можно было и в этой больнице.

            - Никаких отклонений! Прекрасные анализы, - на неплохом английском сказал Игорю доктор после осмотра. - У вашей жены отменное здоровье, а это в наше время большая редкость. Ребёнок тоже развивается нормально. Никаких оснований для переживаний!

            Вечером они собрались ехать назад в Фуенхиролу. Их "Сааб" въехал на какую-то большую площадь, посредине которой устремился ввысь красивый памятник. Они, следуя в общем потоке машин, огибающих постамент, уже приближались к выезду, но Игорь не выехал с площади. Он сделал полный круг вокруг памятника, затем второй.

            - Тебе эта площадь понравилась или памятник? - рассмеялась Ирина.

            - Понимаешь, у меня такое впечатление, что я совсем недавно видел и эту площадь, и этот памятник, - ответил Игорь. - И я уже, кажется, вспомнил, где я мог их видеть.

            Они припарковались у кафе.

            - Зайдём сюда на минутку, - предложил он.

            Увидев маленький зал кафешки, Игорь радостно улыбнулся. Он узнал это кафе! Именно в нём десять месяцев назад сидели испанские парень и девушка, вот за этим столи­ком. А Игорь наблюдал за ними через сеть с помощью вот этой подвешенной к потолку видеокамеры и, как они, пил кофе. Именно тогда, сделав последний глоток кофе, он твёрдо решил создать программу, с помощью которой в начале года заработал свой пер­вый миллион. Разве он мог предположить, что всего через десять месяцев наяву, а не на экране компьютера, он побывает в этом кафе.

            Они сели за тот самый столик. Игорь заказал себе кофе, Ира – апельсиновый сок. Он стал ей рассказывать, как "посещал" это кафе прошлой зимой. А закончив рассказ, усмех­нулся: он даже и не заметил, как говорил и поглаживал Ирине руку – точь-в-точь, как гладил руку своей девушке тот испанский парень.

            Когда они вышли из кафе, Игорь вспомнил, что хотел купить прессу. Он подошёл к киоску и стал изучать товар - газеты и журналы, размещённые на стеллажах. На глаза ему попался трёхдневной давности "Нью-Йорк таймс". Вместе с другими газетами он купил и эту. Среди передовиц первой страницы "Нью-Йорк таймса» Игорь обратил внимание на ма­лень­кую фотографию и при ней заметочку "Случай в аэропорту".

            - Как на Богдана похож, только без очков! - усмехнулся Игорь, рассматривая на фото­графии парня, которого скрутили три здоровых мордоворота.

            Но ему стало не до смеха, когда он прочитал заметку.

            - ... Неизвестный называл себя Богданом Владимировым, требовал российского консула и оказывал упорное сопротивление детективам, - повторил Игорь ещё раз фразу из заметки. - Ерунда какая-то!

            Как мог оказаться Богдан в Нью-Йорке? Приехав уже ночью в гостиницу, Игорь пер­вым делом включил ноутбук и вошёл в сеть. На всякий случай он проверил почту, но ответа от Богдана не было. Крайне обеспокоенный Игорь отставил комп и по спутниковому позво­нил Богдану домой.

            - Пропал он, - сквозь рыдания ответила жена Богдана. - Уехал неделю назад в Латвию и не вернулся. Автомобиль его нашли недалеко от границы, а его самого нет...

            - Что случилось? - спросила Ирина. Она вышла из ванной комнаты и увидела белое как мел лицо Игоря.

            - Богдан пропал в Латвии. Возвращался домой и пропал. Судя по этой заметке, его вывезли в Штаты. Думаю, из-за меня.

            - Господи, когда же это кончится!? - всхлипнула Ирина.

            - Скоро, очень скоро! - сквозь зубы ответил Игорь.

            На следующий день они приехали в Малагу и оттуда улетели в Лондон.

 

 

Дата публикации: 06 января 2018 в 11:04