5
410
Тип публикации: Публикация

Моррис зашёл в бар, в котором работал вместе с матерью, и отправился за стойку, чтобы переодеться, пока из посетителей никого нет. Он жил с мамой с самого рождения, а папу видел только на фотографии, и знал о нём только из рассказов родительницы. У него были белые волосы, пирсинг в носу, ему на данный момент сорок семь лет, и у него трое детей, двое родных сыновей и один приёмный, он работает учителем музыки в школе и, наверняка, умеет играть на таких музыкальных инструментах, как скрипка или пианино, на которых парнишка хотел научиться играть, особенно на скрипке. А ещё мужчина приходил в этот бар два раза в неделю, в понедельник и пятницу по вечерам, и мальчик смотрел на него краем глаза, хотел подойти, поговорить, но Эмма вечно дёргала сына на себя, и говорила, чтобы мальчик ни на шаг не подходил к Джеймсу. Но сегодня мама придёт на работу попозже, потому у паренька был шанс поговорить с отцом. Он очень этого хотел, и сегодня выпала отличная возможность. Мэри, как его звали друзья, поправил белую рубашку с коротким рукавом, покрепче завязал шнурки роликов и отправился принимать и разносить заказы вместе с другими официантами. Время от времени, он смотрел на часы. Четыре часа дня, пять, шесть… Открывается дверь, и в бар заходит он, как обычно заняв столик около окна и поманив к себе Морриса, чтобы сделать заказ. Как всегда, алкогольный коктейль, который мальчик приносит ему через несколько минут. Внезапно Джеймс пару раз хлопает ладонью по сидению кожаного диванчика, и кивает на это место, показывая Моррису, что можно сесть. Мальчик заливается краской, ставит поднос на стол, и несмело присаживается рядом с мужчиной, накручивая на палец фиолетовую прядь длинных волос, собранных в два низких хвостика. Слова встают поперёк горла, а глаза стали влажными за каких-то пару секунд. Моррис поворачивается к Джеймсу, и утыкается ему в плечо, судорожно вздохнув и обхватив тонкими руками его талию. Мужчина, мягко говоря, удивился, но провёл ладонью по спине мальчика, и прижал его к своей груди:


-Тише-тише, не плачь только, — мужчина улыбнулся пареньку, утёр рукавом рубашки слезинки с его щёк, и поцеловал в лоб. Джеймс ушёл из дома Эммы, как только узнал, что она забеременела, но подлецом он не был: платил алименты, покупал то, что нужно было ребёнку, но к мальчику приезжал до его трёхлетия, а потом просто исчез, не перестал только скидывать деньги на карточку девушки. С собой везде носил только фотографию сына, которая была передана ему его бывшей. Моррис был похож на него, особенно глазами и формой лица, со скулами и носом с небольшой горбинкой.

-Папа… — робко прошептал Моррис, и отстранился от груди отца, взяв его за руку и проводя кончиком указательного пальца по линиям на ладони. — А ты на фотографии выглядишь моложе, чем сейчас. — На это Джеймс рассмеялся, улыбнувшись сыну.

-Сынок, мне, может, на этом фото лет тридцать-тридцать шесть, конечно моложе. А хочешь, мы прямо сейчас уйдём отсюда и пойдём погуляем, сходим в кафе, в парк, в кино?

-Правда, что ли?.. — с надеждой спросил Моррис, смотря на мужчину блестящими глазами от радости. С мамой он никуда почти не ходит, раз уж только на работу хвостиком идёт, в магазин за продуктами, и в школу. В кино он вообще никогда не был.

-Ну, конечно правда. Давай, переодевайся, и пойдём, я тебя подожду на улице, — Джеймс поднялся с места, пробравшись через колени мальчика, и вышел из бара. Даже полный стакан коктейля оставил на столике от радости. Мэри переодевался в спешке, не желая заставлять папу ждать его. Весь оставшийся вечер они наконец проведут вместе! Он мечтал об этом с самого детства. Мальчик застегнул последнюю пуговицу клетчатой рубашки, накинул толстовку, и выбежал на улицу, накинув на плечо вторую лямку рюкзака, и подбежал к машине Джеймса, заняв переднее сидение и пристегнувшись. На улице понемногу темнело, в окнах домов включали свет, на улице зажигались фонари, и люди с работы спешили скорее придти домой, только Джеймс и Моррис не торопились. Первым делом они решили погулять в парке и поесть мороженого. Мужчина купил одно мятное мороженое в вафельном стаканчике, и протянул его сыну, себе же брать не стал. В парке было невероятно красиво вечером, луна освещала всё вокруг, особенно красиво она отражалась в пруду, где плавали большие рыбы. Мимо этого места отец с сыном не могли пройти, смотрели без отрыва на рыб, опираясь на перила деревянного моста и улыбались друг другу.

-Папа, смотри! Светлячки, — Моррис дёрнул Корнера за рукав рубашки, и показал пальцем вверх, на несколько светлячков, которые летали над водой, рядом с мужчиной и мальчиком, и отражались в пруду. Недалеко заиграла скрипка, и мальчик, сорвавшись с места, кинулся туда, откуда слышал мелодию. Молодой парень, лет двадцати, играл на этом музыкальном инструменте рядом с ивой, ветки которой свисали до самой земли, и не замечал тех, кто останавливался, чтобы послушать то, что он играет. Мэри мечтал научиться играть также красиво, и Джеймс это понял, у мальчика было желание научиться. Он положил руку сыну на плечо:

-Я научу тебя играть на скрипке, я обещаю.

-Папа, а давай пропустим кино, сходим в кафе, и поедем к тебе домой? — робко предложил Моррис, снизу-вверх смотря в глаза мужчины, и крепко сжимая его ладонь.

-Я правильно понимаю, ты хочешь научиться прямо сейчас? — спросил мужчина, гладя Морриса по макушке.

-Нет, сейчас вряд ли, я просто боюсь, что если мы пойдём в кинотеатр, то я приду домой поздно, а у меня ещё домашнее задание на завтра есть, мне нужно его закончить.

-Ты как я, родной. Я тоже, когда был в твоём возрасте, сидел за уроками. Ладно, пойдём.

До кафе они добрались на машине за полчаса. Небольшое кафе в центре города, несколько мест, и все свободные. Джеймс был сильно удивлён аппетиту сына, особенно в плане сладостей: мальчик заказал себе кружку какао, кусок торта, пирожное и, наконец, чашку чая, в отличии от Джеймса: выбор мужчины пал лишь на чашку кофе с молоком. Моррис сидел, навалившись на спинку стула, и положив руку на живот. Давно мальчик не ел столько сладкого за один раз:

-Папа, я объелся…

-Интересно, в кого ты такой сладкоежка, — мужчина рассмеялся, протянув официанту деньги за весь заказ, и встал из-за стола, взяв Мэри под руку и потащив его за собой.

Перед тем, как отвезти сына домой, Джеймс заехал с ним в торговый центр. Домой Моррис вернулся не с пустыми руками, а с пакетами в руках, в которых были папины подарки: новые ролики, ноутбук, кеды и, конечно, новый рюкзак в школу. Старый ранец давно потрепался, и уже начинал рваться, потому мальчик подшивал передний карман в последнее время. Мальчик устал за тот отрезок времени, что провёл с папой, ноги гудели от долгой прогулки, потому у него не оставалось желание доделывать уроки на завтрашний день. Он ложился спать с той мыслью, что это был его лучший день. Теперь папа всегда будет рядом, научит мальчика играть на скрипке и, возможно, заберёт жить к себе домой. Особенно Мэри мечтал об последнем, он хотел жить у Джеймса дома. Моррис заснул с этими мечтаниями. Он устал так, что забыл переодеть повседневную одежду на пижаму. Эмма не стала будить сына, когда пришла домой, только недовольно смотрела на новые покупки, поняв, от кого они. Только есть ли смысл запрещать пареньку общаться с его отцом, который, в принципе, платил алименты, и был рядом с сыном, пусть и недолго? Может, его и нет. Женщине пришлось сегодня лечь в гостиной, чтобы не будить уставшего Морриса, который просыпался от одного скрипа двери или падения какого-то предмета в квартире. Она думала, что это неплохо, что сын общается со своим отцом. Они теперь много времени проведут вместе, они будут гулять, ходить в парк, мужчина будет отвозить сына в школу и научит играть на скрипке. У них много всего будет. И мальчик обязательно познакомится со своими братьями.

Дата публикации: 19 июня 2019 в 23:20