***

— Четвертый этаж! – гордо сказал Борис, когда двери лифта открылись.

— О! – Светка выпорхнула в зеркальный холл – Как здесь мило! Мы никогда здесь не были!

  — Ну, если бы кое-кто не зависал в каждом магазинчике по часу, мы бы и раньше добрались до самого верхнего этажа. Давай передохнем? В кафе посидим?

Парочка приземлилась за ближайший столик маленького уютного кафе и огляделась.

— Как здесь много людей. – задумчиво протянула Светка. – В этом торговом центре всегда так много людей. Неужели у них реальная потребность вот так ходить-бродить здесь? Неужели им мало того, что осталось у них дома? Почему все время нужно что-то еще?

— Общество потребителей – лениво потягивая капуччино, ответил Борис. – А куда им еще ходить? Магазинов больше, чем жилых домов. По телевизору вон реклама каждые 10 минут, все мозги проели, чего в жизни не хватает для полного счастья.

— О, смотри, какая милая пара! – Света кивнула в сторону соседнего столика. – Пришли малыша приучать к тратам.

За соседним столом обосновалась семья. Молодая женщина озабоченно рылась в многочисленных пакетах с покупками, развешенных на спинках стула, мужчина отошел к стойке и уже возвращался, держа в руках стаканчики с дымящимся напитком, а маленький мальчик (по-видимому, сынишка) весело рассматривал окружающие столики, доедая мороженое.

— Да, растет еще один убийца. – мрачно процедил Борис.

Светка поперхнулась кофе:

— Зачем ты так? Нельзя же ненавидеть всех людей, если у тебя неприятности.

— Да ты посмотри вокруг. Неискренние улыбки, ненужные слова, завистливые взгляды. Ищут только выгоду, хотят казаться лучше, чем есть на самом деле. Ты думаешь, они- счастливая семья? – продолжал Борис, указывая на соседний стол. – Да ты посмотри на них! Она ничего, кроме себя, не видит, а он уже наверняка изменил. Ты обрати внимание, как он поставил кофе: сначала себе, потом мальчику сок налил, и только в конце ей подвинул. Даже сахару не предложил!

— Да что ты завелся-то? – удивленно заглянула ему в глаза Света. – Обычная семья.

— Да вот у таких и вырастают убийцы! – Борис с ненавистью смотрел на соседей, – Сначала они убивают чувства в себе, потом они убивают доверие, потом…. Потом они просто убивают.

— Да ну тебя, — разозлилась Светка. – Пристал к людям. Пусть живут как знают. И вообще, ты, Борь, все драматизируешь, только тоску наводишь. Вечно ты так. Выходной день, все гуляют, дай спокойно отдохнуть. К тому же кофе тут вкусный. – Светка погладила Бориса по плечу. – Ну, правда, расслабься. Смотри вон, как всем весело.

— Не всем. – Борис молча ткнул пальцем в направлении окна. Там за столиком, стоявшим в тени и оттого не видным большинству посетителей, горько плакала девушка. Перед ней стояла чашка с засохшими подтеками черного кофе. Наклонив голову, девушка закрыла ладонью лицо, словно стесняясь своей слабости, своих слез, и только по вздрагивающим плечам можно было понять, что она беззвучно рыдает.

— Интересно, что у нее случилось – задумчиво протянула Светка.

— Неинтересно – отрезал Борис. – Вот точно, еще одно убийство. Убили ее, разве не видишь? Чувства, доверие, любовь, да бог знает что. Я же говорю, кругом убийцы. Общество потребителей. Забирают у человека все светлое и живое, а взамен оставляют боль и вот такие посиделки в одиночестве.

Девушка тем временем достала из сумки на соседнем пустом стуле платок и, не поднимая головы, вытерла слезы. Потрогала чашку с остывшим кофе, повертела ее в руках и, скомкав мокрый платок, огляделась по сторонам. Борис со Светланой тактично отвернулись. Девушка глубоко и прерывисто вздохнула, встала из-за столика и, небрежно закинув сумочку за плечо, медленно направилась к выходу из кафе.

Проводив ее взглядом, наша парочка еще какое-то время помолчала.

— Летим домой? – тихо сказала Светка.

И никто не обратил внимания, как с белого столика кафе взлетели две мухи и так же бесшумно полетели куда-то дальше по своим мушиным делам.

Я тоже этого не видела. Я шла и думала, что вот теперь все у меня будет хорошо.