54
352
Тип публикации: Публикация

    Я лежу на драном одеяле и смотрю вверх, туда, где  головокружительно раскачиваются верхушки сосен. Подо мной упругий ковер из мертвых сосновых иголок, колючая шишка больно упирается в ребро, но мне лень сдвинуться. Дятел лихо барабанит по стволу, гулко и отчетливо.

    Вдруг в беспорядочном стуке слышится нечто знакомое, и я чувствую, как холодеют от ужаса кончики пальцев.

    Дятел безошибочно выстукивает знаменитое остинато малого барабана, которое сопровождает это проклятое, известное на весь мир «Болеро». Долбаное «Болеро», вот уж точно.

    Ненавижу эту вещь – долгое, бесконечное нарастание звука, назойливое и неотвратимое, мне всегда  слышится в нем приближение чего-то страшного, невыносимого в своей жути, и в конце – торжествующий вопль, взвизг агонии...

    Наступает тишина. Я срываюсь и бегу домой.

    Плюхаюсь на диван и бездумно перебираю каналы. Черт. При каждом щелчке - одна и та же карикатурная физиономия,  повелительно требующая: "Плюнь на него!.." Щелк. Плюнь на него. Щелк. Плюнь. Щелк, плюнь, щелк, плюнь...

    Я в бешенстве швыряю пульт, но чертов ритм уже засел в башке и стучит неотвязное "трам-та-та-там", как дурной шлягер.

    Я не выискиваю знаки – они сами находят меня.

    И всегда они реализуются в звуках. В навязчивом ритме. В вибрации – резкой, как удар тока, или  тягостно-бесконечной.

    Когда после зимы наконец обнажается слоновья шкура асфальта, мне все чаще приходится обнаруживать под ногами тошнотворные кляксы – размазанных по дороге голубей. Я цинично размышляю – голуби это разъелись до неприличия и потеряли скорость, или это водители гоняют по дворам как безумные? Но уж слишком часто, слишком... У меня неплохие нервы, я не захлебываюсь рвотой, не падаю в обморок, даже не бледнею. Но каждый раз в голове долго не хочет умолкнуть этот жуткий «бамс» - удар в бампер маленькой тушки, судорожно машущей крыльями. А может, «хрясь» - когда, утробно булькая, обхаживаешь подружку и даже взлететь не успеваешь.

   Гадкий, конечно, финал – но ведь здорово, когда от статуса "жизнь бьет ключом" до "меня нет"  всего один мгновенный шмяк...

    Всегда казалось, что все это дурацкий набор штампов – сбой матрицы, вселенский разум, апокалиптические прозрения... И все же мерещится – чужой взгляд, ледяное любопытство, с которым нечто копается в моих мозгах, ковыряется пыточными крючочками. И резюмирует – ага, если поддеть вот эдак, то подопытный станет визжать на полтона выше...

     Фигушки. Да, мы всего лишь миллиард – или сколько там? – копошащихся козявок. И отдельно взятая козявка не может оценить вероятность наступления того момента, когда ее раздавит башмак. Но если одна из миллиарда особей способна сотворить «Реквием» - этот миллиард перестает быть кучей козявок.

    Я надену наушники, и когда опустится башмак, пусть в моей голове поет Стинг. Или Хворостовский. Или группа «Ноль», в конце концов. Это не принципиально.

    Главное – чтобы это была лично моя музыка.

 

Дата публикации: 29 августа 2020 в 19:16