6
262
Тип публикации: Критика

Это произошло прошлым летом. Я гулял в центре, днем. Солнце жарило, так что я шел без футболки, в одних шортах, с бутылкой воды. Мимо носились машины, поднимая сухую дорожную пыль, не так много, как в вестернах, но достаточно, чтобы заметить её, позолоченную светом.

Облака пыли расползались от дороги по пустой улице, притягивая мое внимание. К моему странному сожалению, машин было мало ― я был рад мириться с их шумом, лишь бы они и дальше наполняли улицу золотом.

Снова проехала машина. Я залипал на пыль, когда услышал свое имя. Я сфокусировал взгляд, не отводя его, и увидел за облаком знакомого. Он был на тенистой стороне улицы, но уже бежал ко мне, на солнечную, поднимая подошвами облачка. Они были никчемными, потому я просто глазел на лицо человека, решившего пренебречь комфортом ради меня.

Он подбежал ко мне и протянул руку, зачем-то назвал свое имя, хотя я его помнил. На нем было красивое черное поло. Я спросил, как он додумался надеть черный в такую погоду. Он только посмеялся и заметил, что я поступил мудрее, когда вышел голый по торс. Все еще раздосадованный тем, что он не ответил, почему вышел в черном, я сказал, что футболку снял и выкинул уже на улице. Он молчал, я все думал, спросить ли еще раз, но он прочистил горло и сказал, что солнце припекает, спросил, куда я иду.

Я ответил, что просто гуляю, предложил ему пойти дальше, чтобы поскорее от него избавиться, но, наверное, ему было по пути ― он согласился и первым пошел вперед. Оказалось, будто теперь он меня приглашает, я постоял с секунду, но дальше пришлось идти, как требовали приличия.

Он занял меня бестолковым разговором, спросил про прическу. Когда мы виделись единственный раз, зимой, я ходил с волосами до плеч. Тогда он тоже спросил про волосы, я объяснил, что мерзну и потому отращиваю их. Теперь же, я не хотел сходу раскрывать, что побрился ради ровного загара на голове. Подумав, я все же решился поделиться с ним, но он прервал мой вдох, с которым я готовил ответ, новым вопросом.

Теперь он спрашивал, хорошо ли я себя чувствую. Он даже замедлил шаг, смотрел на меня в упор, предложил свою бейсболку. Я рассмеялся, ответил, что чувствую себя превосходно, только немного вспотел ― перегрелся.

Он покивал и это нас сблизило, ведь я сказал ему правду ― моя спина неприятно взмокла от жары. Я задумался, как бы на ней не осела пыль, ведь мы ушли с пустого переулка и направлялись к проспекту. Он спросил про работу, снова замедлил шаг, глядя на меня в упор. Мне надоело это его выражение и я, признаюсь, ответил вопросом на вопрос, отчего он так смотрит.

Он извинился, объяснил, что я долго не отвечаю на вопросы, и взгляд мой блуждает вокруг, сказал, я выгляжу растерянно. Я ответил, этого мало, чтобы сделать такой вывод. Он пожал плечами. Я расстроился, что он ничего не ответил.

Дальше мы шли молча. Я все думал, почему он так себя повел? Я немного разозлился, не скрою, решил, что ему на самом деле просто плевать на меня, хотя против этого выступало, что он изначально выбежал из тени. После этой мысли, я заметил, что подмышками у него расползлись более темные круги.

Агрессию резко отпустило, я осознал его жертвенность, ведь я вовсе не предложил ему перейти на холодную сторону ― просто пер, не заботясь ни о ком, кроме себя самого. Я почувствовал к нему теплоту. Мы вышли на проспект. Он повернулся ко мне и сказал, что ему пора.

Как бы вы поступили на моем месте, когда только решаешь, что неправ, а тебе снова плюют в душу? Я подумал, что ослышался, не поверил своим ушам в пользу его рта, потому переспросил. Но он повторил то же самое и протянул мне руку. Я отбил руку и ударил его по лицу.

Бросив идею прогулки, я направился домой, размышляя, откуда берутся настолько лишенные чуткости психи.

Дата публикации: 14 сентября 2020 в 22:58