Фантазия 2

— Корл диэй йор, — «пустоты больше нет».

            — Йор, — согласилась Шанри и добавила уже на русском, — потому что мы вдвоем.

            Лизу вдруг охватило странное трепетно-теплое чувство. Будто она плыла куда-то или падала, или летела на темной, теплой сладкой волне. Она сама смутилась этому. Тепло будто поднималось от ладони Шанри по руке и плечу Лизы вверх. Шанри чем-то притягивала девушку.

            — А что означает твое имя? – вдруг спросила Лиза.

            — Пушистая кошка, — ответила Шанри и слегка улыбнулась.

            Лиза посмотрела ей в лицо и вдруг подумала, что ей очень подходит это имя. Только у пушистой кошки наверняка есть острые коготки… Впрочем, поэтому она еще привлекательней.

            — Хочешь, я придумаю тебе имя на нашем языке? – лукаво предложила Шанри.

            — Ну, давай, — с некоторым беспокойством разрешила Лиза.

            Шанри прищурилась, глядя на собеседницу. Лизе вдруг стало жарко от ее взгляда. Голова приятно закружилась.

            — Сильфи, — вдруг серьезно сказала Шанри. – Точно, Сильфи. Лунная.

            — А почему? – с бьющимся сердцем спросила Лиза.

            Шанри так же серьезно смотрела на нее и вдруг рассмеялась.

            — Потому что твои волосы и глаза напоминают мне луну, — проговорила она, перебирая короткие локоны Лизы. – Можно мне называть тебя Сильфи?

            Волосы Лизы нравились многим. Девушки завидовали, а парни хотели потрогать, но еще ничьи слова так не волновали ее. И легкое, нежное прикосновение тонких пальцев Шанри тоже выходило за рамки приличий того мира. Но – только из той реальности, только там это казалось ненормальным.

            — Да, — прошептала Лиза-Сильфи.

            Все вокруг вдруг показалось ей проникнутым странным уютным очарованием. Двуспальная кровать с пологом, как и в комнате Лизы, гобелен на стене, тихий шорох ниаков, отблески их фосфоресцирующего света на стенах – все утратило какую-то чуждую атмосферу. Как будто Лиза наконец-то попала домой…

            Даже пустота за окном перестала пугать, стала неотъемлемой частью картины.

            Шанри была так близко. Ее волосы окутывали Лизу шелковым облаком, ее темные глаза задорно искрились изнутри. Платье чуть сбилось с плеча, нежная смуглая кожа шеи и ключиц отражала свет. Пухлые маленькие губы слегка коснулись щеки Лизы.

            — Так тепло, — прошептала Шанри. Даже ее голос будил в Лизе смутные мысли и желания. А Шанри будто знала это. Или просто Лиза тоже ее притягивала? Или просто этот мир соединил их?..

            Поцелуй получился как-то сам собой, вроде и не поцелуй, а случайное манящее соприкосновение губ. Будто просто проходили мимо и встретились.

            Сумбурные мысли смешались в отблески света глаз, бархате кожи и тишине. Жар пальцев Шанри и лед – Сильфи. Темные и светлые локоны смешались в мягком водопаде. Два одиночества долго шли и нашли друг друга.

            Шанри обняла Лизу обеими руками. Лиза несмело ответила ей тем же. Они лежали рядом на мягкой подушке под балдахином и целовались. Так и уснули рядом, обнимая друг друга. Темнота за окном продолжала шуршать и скрежетать тишиной, но двух девушек в замке это уже не пугало.

            Лиза проснулась и сразу вскочила в реальность, как в вагон отъезжающего поезда. Мозг был трезвым и холодным, но на душе – ясно и светло. Даже погода снизошла до хорошего настроения – чистое голубое небо и теплые лучи весеннего солнца напоминали о лете.

            На сей раз свой сон она отлично запомнила. И теперь он будто розовые очки стоял перед глазами, не позволяя прежней пессимистичности захватить Лизу.

            Обдумывать и трактовать этот сон Лизе не хотелось, но неясное сладкое очарование того вечера осталось с ней. И еще она поймала себя на странной мысли, что желает претворения этого сна в жизнь.

«Разве я верю в вещие сны?» — привычно раздирая кудрявые волосы щеткой, рассеянно подумала девушка.

Впрочем, верить хотелось. Само как-то верилось.

С сожалением выбросив из головы ту полутемную комнату, резные окна и кровать с балдахином, а главное – лицо девушки из сна, Лиза вступила в повседневное колесо всех белок на земле.

Сегодняшний день оказался довольно удачным. В колледже Лиза получила пятерку по любимому предмету, поболтала с девчонками из группы о том, о сем, и уехала домой. В массивных наушниках, не замечая никого на своем пути, Лиза вприпрыжку неслась домой. Ее переполняло радостное ожидание встречи с той девушкой. Даже страхи отступили на второй план, будто их почти нет. Ничто о них не напоминало.

По сути, Шанри стала единственным человеком, который понимал Лизу – не поверхностно (лицемерные фразы типа: «Ах, бедная, как же я тебя понимаю…» и дальнейшее перечисление собственных неприятностей), а как-то искренне, глубинно. По-настоящему.

Напевая, Лиза открыла дверь и бросилась на кровать. Как ни странно, ей сразу же захотелось спать. Наверное, уже выработался условный рефлекс.

            Шанри мирно посапывала на плече у Лизы. Во сне ее личико казалось ангельским, как у маленького ребенка. Темные волосы разметались по подушке. Длинные ресницы бросали тени на щеки.

            «Пушистый котенок», — с нежностью подумала Лиза, замирая, чтобы не разбудить подругу. Прозрачная синь неба заливала всю комнату. Тень от оконной рамы лежала на полу, лучи солнца играли на лаке дубового паркета. Белое кружево полога казалось невесомым облаком.

            — Сильфи? – раздался рядом немного сонный голос.

            Лиза повернулась.

            — Доброе утро, — выдохнула она, разом краснея от воспоминаний. Неужели она целовалась вчера?.. С Шанри? Лизу вдруг охватило смущение. Она недостойна такой красавицы, она же самая обычная, довольно неудачливая девчонка…

            — Доброе утро, солнышко, — воскликнула непосредственно, как всегда, Шанри, крепко обнимая Лизу. На придирчивый взгляд, слишком крепко: придавленная Лиза слабо пискнула из глубины подушки. Комната заполнилась смехом.

            — А-а, воздух! – пропыхтела Лиза.

            — Чистый кислород, — ответила Шанри, отпуская ее.

            Напряжение, возникшее было при воспоминаниях о вчерашних событиях, незаметно отпустило.

            — Как дела? – как ни в чем ни бывало, поинтересовалась Шанри, вскакивая и подходя к зеркалу, и начала расчесывать волосы возникшей из воздуха расческой.

            — Отлично, — искренне ответила Лиза. – Знаешь, а все не так плохо… И вообще не плохо! Хотя тот мир сильно отличается от… этого.

            Шанри вдруг замерла. Расческа выскользнула из тонких пальцев и испарилась, не достигнув пола.

            — То есть… — начала она. Лиза воззрилась на нее, пораженная такой переменой. Шанри побледнела, губы сжались. Она будто смертельно испугалась чего-то. Но мгновение спустя пришла в себя. – Значит, ты больше не придешь?

            Лиза смотрела на нее, широко открыв глаза.

            — Почему это? – даже немного обидевшись, спросила она.

            — Ну,… тот мир тебе ближе. Ты живешь на самом деле там, а сюда просто случайно попадаешь во сне. Но тот мир все время идет вперед, а здесь все уже завершено. Ничего не изменить, ничего не улучшить,… — Шанри замолкла.

Ее лицо вдруг показалось Лизе воплощением беззащитности. Лиза впервые задумалась о связи двух миров. Шанри права: Лиза живет в той реальности. Но и в этой тоже! Представив на миг, что не сможет сюда вернуться, Лиза содрогнулась. Нет, хоть эта реальность и завершена, но и в ней много тайн и секретов, которые предстоит раскрыть. А главное – здесь есть Шанри.

            — А если я просто хочу сюда возвращаться? – медленно произнесла Лиза, глядя в глаза Шанри. Не потому, что она так хотела – просто не могла оторвать взгляда от двух черных притягивающих, умоляющих бездн. – Что, если мне нравится этот мир больше, чем та реальность? Что, если я не хочу уходить?..

            Шанри вдруг ожила, превратившись из застывшей статуи под названием «Испуг» в прежнюю задорную и лукавую девчонку.

            — Тогда почему ты не назвала этот мир «нашим»? – наклонив голову, поинтересовалась Шанри с облегчением.

            Лиза фыркнула, тоже разряжая ситуацию.

            — Я забыла. Конечно, наш.

            Шанри весело тряхнула волосами, разбрызгивая вокруг свой чудесный аромат.

            — Я тебя напугала, да? – рассмеялась она.

            Лиза нахмурилась.

            — Еще как… А для тебя это что, шуточки?!

            Вместо ответа Шанри просто подошла к Лизе и обняла ее, положив руки ей на плечи.

            — Сильфи, — позвала она, — эй, Сильфи, ну не дуйся… Я же знаю, что ты действительно хочешь сюда возвращаться.

            — Откуда? – удивилась Лиза.

            Шанри таинственно прошептала ей на ухо:

            — Просто знаю. И пошли завтракать.

            И отошла, напевая и поправляя платье.

            Лиза недоуменно подняла брови, но решила отнестись ко всему с юмором.

            Потом они позавтракали, погуляли еще по окрестностям и вернулись.

            Но теперь Лизе почему-то стало любопытно узнать еще одно. Хоть она и догадывалась, какую это вызовет реакцию, но все же она попросила Шанри проводить ее к подвалу.

            — Ты хочешь туда пойти? – обреченно зажмурившись, вздохнула Шанри.

            Лизе стало неловко.

            — Просто покажи вход.

            — Я пойду с тобой, — упрямо выпятив нижнюю губу, буркнула Шанри.

            Лиза промолчала, и они прошли к наружной стене замка, где подо мхом скрывалась небольшая окованная железом дверца.

            — Это здесь? – недоверчиво спросила Лиза. Она представляла себе вход в подземелье как-то иначе, торжественнее, что ли.

            Шанри со вздохом кивнула и повернула ключ в замке.

            Пахнуло могильной сыростью. Стены обросли мхом и лишайниками, откуда-то сверху сочилась по каплям вода. Узкая лестница навевала мысли о клаустрофобии. При виде уходивших вниз влажных высоких ступеней Лиза поежилась, но не отступила.

            Держа в руке цепочки двух в панике попискивающих ниаков, Лиза осторожно двинулась вниз. Шанри шла за ней, явно не одобряя эту идею. Каменная кладка была слегка неровная, отчего в фосфоресцирующем мерцающем свете казалось, что стены надвигаются на нежданных пришельцев, сдавливают их со всех сторон. Дверь позади с жутким скрипом закрылась.

            Шанри уцепилась за руку Лизы и испуганно оглядывалась по сторонам.

            — Ты еще хочешь туда идти? – поинтересовалась она.

            — Мы почти пришли, — успокоила ее Лиза, увидев проем вдали. И правда, лестница резко расширилась. Вскоре девушки вышли в просторный зал.

            Тут было так же темно, но Лиза разглядела пустое помещение с каким-то углублением в стене.

Шанри держалась рядом и молчала.

            — Ой, что это? – вскрикнула она вдруг. Лиза вздрогнула.

            — Что кричишь? Где?

            Шанри присела на корточки и приподняла какой-то плоский продолговатый предмет. Лиза поднесла к нему ниака и разглядела, что это картина. Массивная рама, холст, на котором изображено чей-то портрет. И еще какие-то предметы воткнуты в картину в нескольких местах. Лиза машинально потрогала предмет и отдернула руку – нож.

            Сердце забилось, как облитое бензиновой прохладой страха. Дурное предчувствие охватило Лизу. Она смутно пожалела о том, что пошла в подвал. Но любознательность требовала узнать все.

            Поднеся еще одного ниака к картине, Лиза разглядела лицо на портрете. Свое лицо. И прямо в шею под бархоткой с крестом был воткнут нож. Девушка на портрете безмятежно улыбалась.

            Лиза медленно отложила картину. Страх разлился по всем клеткам ее тела, как парализующий яд. Хотелось вскочить и бежать, но не было сил. Да и гордость протестовала: от кого бежать, зачем, куда?..

            — Что там? – тревожно спросила Шанри. Она стояла и не видела лица.

            — Да так, фигня какая-то, — быстро ответила Лиза и вскочила. – Идем отсюда.

            — Но все-таки, что там? – не трогаясь с места, спокойно спросила Шанри. – Не ошибусь, если скажу, что это портрет.

            Лиза нетерпеливо кивнула, но сообразила, что в темноте не видно, и ответила:

            — Да.

            — Твой портрет, — невозмутимо подытожила Шанри, подхватывая цепочку ниака, вырвавшегося у Лизы.

            — Ну…

            — Ты не должна бояться этого мира, — вдруг проговорила Шанри. – Что за бред? Это твой мир, наш мир, ты создала его! Не позволяй темным сторонам своего характера поработить тебя! Иначе все останется так навсегда, тогда навсегда будет темнота...!

            Лиза ошеломленно смотрела на нее, потом перевела взгляд на картину.

            — И что мне делать? – буркнула она.

            — А я откуда знаю? – удивилась Шанри.

            — Но ты же только что…

            — Я просто сказала, что нужно что-то делать. А что именно – решать тебе. Это ведь ты создатель мира…

            Лиза закусила губу. Она никогда не умела сразу принимать решения, начинала сомневаться, мучиться и в итоге не решала ничего.

            Но здесь решение пришло  само собой.

            Просто по наитию Лиза подошла к картине. Взялась за рукоятку одного ножа. Раскачала его. И выдернула из холста. Ей почудился влажный чавкающий звук, как будто под масляной краской была живая кровь и плоть. Проведя рукой по месту, где только что был нож, Лиза нащупала лишь ровную поверхность. Девушка преисполнилась уверенности и выдернула другой нож. Ей сразу стало понятно, что это – единственно правильный путь.

            Шанри безмолвно наблюдала за ней из темноты.

            Лизе вдруг показалось, что с каждым вынутым ножом ей самой становится легче. Будто она освобождала не мертвый бесполезный портрет, а себя саму – от внутренних противоречий, комплексов и страхов.

            Наконец все ножи были вынуты.

            И тут портрет исчез, очень естественно растворившись на каменном полу. Будто его и не было никогда.

            Лиза поднялась и спокойно пошла вверх по лестнице. Она слышала шаги и дыхание Шанри за своей спиной. И уже видела светлое пятнышко-квадрат двери впереди, как символ нового начала, освобожденного от комплексов и страхов…

            — Спокойной ночи, любимая, — прошептала Шанри, поудобнее устраиваясь на подушке и шаловливо подбрасывая на ладони Лизину кудряшку.

            Лиза смутилась. Она так и не привыкла к такому обращению. Но все равно было приятно, что она нужна хоть кому-то. Тем более, такой хорошей девушке. Пусть из сна…

            — Спокойной ночи, — сдержанно ответила Лиза и закрыла глаза.

            Реальная жизнь поджидала ее, со всеми тяготами и хлопотами повседневности. Но теперь Лиза точно знала, что все не напрасно. Она живет для того, чтобы спокойно спать и попадать в тот чудесный мир, где ее ждет единственный человек, который ей дорог.

            Лиза вздохнула и пожелала спокойной ночи себе самой – чтобы побыстрей наступил новый день. Чтобы смело шагнуть в эту странную сказку…