В ЛИФТЕ (ГИЛЬГАМЕШ)

Генрих Оккервиль

В ЛИФТЕ (ГИЛЬГАМЕШ) 

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Марфа Сергеевна, медсестра

Вячеслав Самсонович Гильгамеш, землемер

Фёкла Авдотьевна, домохозяйка

Кабина лифта, довольно просторная. Одна из стен снизу доверху заполнена рычагами и кнопками. Огромные автоматические двери то и дело открываются и захлопываются с ужасающим грохотом. У панели с кнопками стоит Марфа Сергеевна, не решаясь нажать ни на одну из них. Марфа Сергеевна стоит в легкой задумчивости, то приближая, то убирая руку от кнопок.  

Марфа Сергеевна (напевает): 

По диким степям Забайкалья,

Где золото роют в горах...

Механические двери открываются и резко закрываются в такт песне

Марфа Сергеевна: Бродяга...

Двери: Бум!

Марфа Сергеевна: Судьбу...

Двери: Бум! 

Марфа Сергеевна: Проклиная...

Двери: Бум!

Марфа Сергеевна: Нельзя ли потише? Ну сколько можно?  (Глядя на кнопки): Как вас тут много, сукины дети! Что будет, если нажать вот на эту кнопку? А вот эту, красную? Олинька, ангел наш поднебесный, говорила мне: «Марфа Сергеевна, матушка, ни за что, ни при каких обстоятельствах не нажимай красную кнопку». А мне страсть как хочется... Вот она какая большая и красивая... Как леденец... А что будет, если нажать все кнопки попеременно? Быть может, я провалюсь в преисподнюю, или наоборот, уеду в райские сады... А если сразу? У меня нет столько рук... Вот если б я была осьминогом! Или каракатицей! Или сороконожкой! Но я не родилась сороконожкой, я родилась медсестрой...  У медсестры, к сожалению, только две пары рук и две пары ног... Господи, я наверняка сбилась со счета.

Двери лифта открываются. И в кабину врывается Вячеслав Самсонович. Некоторое время Марфа Сергеевна и Вячеслав Самсонович стоят друг к другу спина к спине. Марфа Сергеевна снова поет. Вячеслав Самсонович смотрит в стенку. Потом разворачивается и с изумлением замечает Марфу Сергеевну.

Вячеслав Самсонович: Что вы тут делаете, Марфа Сергеевна?

Марфа Сергеевна: Вы испугали меня, Вячеслав Самсонович, бедную и несчастную медсестру. 

Вячеслав Самсонович: Вы такая трусиха, Марфа Сергеевна. Я и не думал. Вам ли кататься на лифте? 

Марфа Сергеевна: Я бесстрашно катаюсь на лифте, Вячеслав Самсонович. Вы меня недооцениваете. Я отважная и дерзкая медсестра. И не вам упрекать меня в малодушии.

Вячеслав Самсонович: Так в чем же дело? Или это я вас так напугал?

Марфа Сергеевна: Просто у вас сегодня какой-то странный и причудливый вид, Вячеслав Самсонович. Вы, наверное, сегодня не выспались. Или вам, прости господи, приснился какой-нибудь кошмарный и потусторонний сон. 

Вячеслав Самсонович: Я выспался, Марфа Сергеевна. Я, к вашему сведению, обычный землемер. И поэтому сплю как убитый. Совесть моя чиста и разум мой просветлен. Мне снился древний Вавилон, Марфа Сергеевна. Великие реки вавилонские. Тигр и Евфрат. Я гуляю там. Сами прекрасно знаете, зиккурат, сады Семирамиды, богиня Иштар и всякое такое прочее. 

Марфа Сергеевна: Сады Семирамиды... Ах, как я хотела бы в них заблудиться! Как я хотела бы утонуть в Тигре и Евфрате... И плавать там, как золотая рыбка или озорная речная дева! Небесные ангелы полоскали бы там свои запыленные ноги. А я щекотала бы им пятки. 

Вячеслав Самсонович: Щекотать ангелам пятки?

Марфа Сергеевна: Щекотать ангелам пятки. А что?

Вячеслав Самсонович: Здорово придумано! 

Марфа Сергеевна: Вот какая я молодец! 

Вячеслав Самсонович: Так в чем же дело, Марфа Сергеевна? Пойдемте, я приглашаю вас на прогулку! Богиня Иштар да укажет нам путь!

Марфа Сергеева: Я бы срывала золотые райские плоды...

Вячеслав Самсонович: Я бы сорвал для вас самое спелое яблоко, голубушка Марфа Сергеевна. 

Марфа Сергеевна: Ах вы змей-искуситель, Вячеслав Самсонович! Это я вас должна угощать и услащать наливным яблочком! 

Вячеслав Самсонович: Это невозможно, Марфа Сергеевна. Невозможно по объективным и субъективным причинам. 

Марфа Сергеевна: Почему невозможно? Что с вами стряслось, друг мой сердечный? 

Вячеслав Самсонович: Я превращаюсь в гигантского скорпиона, Марфа Сергеевна. Этот процесс необратим. Я с трудом сохраняю человеческий облик. 

Марфа Сергеевна: Шутить изволите?

Вячеслав Самсонович: Мне не до шуток, Марфа Сергеевна. Каждая секунда отбирает у меня крупицу моей прежней жизни. 

Марфа Сергеевна: Вы, наверное, немного простудились. Выпейте таблетку аметилглюкаметиловой кислоты, Вячеслав Самсонович. Вам наверняка полегчает. Быть может, тогда вы превратитесь в толстого и жизнерадостного поросенка. 

Вячеслав Самсонович: Мне уже ничего не поможет, Марфа Сергеевна. Я не буду жизнерадостной свиньей, я буду печальным скорпионом. Так повелел верховный бог Мардук. 

Марфа Сергеевна: Ну при чем здесь какой-то Мардук? Что вы за околесицу несете?

Вячеслав Самсонович: Все чистая правда, солнцеподобная Марфа Сергеевна.  

Марфа Сергеевна: Я знаю в чем дело, Вячеслав Самсонович. Вы мне банально заговариваете зубы. А сами просто не желаете брать меня в Вавилон на прогулку. А хотите взять вместо меня Фёклу Авдотьевну. И ее таскать по садам Семирамиды. Катать ее в лодке по Тигру и Евфрату. Хотите ее, мерзавку этакую, кормить райскими яблочками. Вы думаете, я медсестра, значит, дура такая. А медсестры умные. Умные, Вячеслав Самсонович! Я все вижу и все знаю. Вы разлюбили меня...

Вячеслав Самсонович: Давайте сменим тему... Вы издавали какие-то странные и неестественные звуки, Марфа Сергеевна. 

Марфа Сергеевна: Я пела песни, Вячеслав Самсонович, чтобы легче было на сердце и на душе. Медсестры любят песни. 

Вячеслав Самсонович: Спойте что-нибудь веселое, Марфа Сергеевна. Я хочу послушать ваш божественный голос, пока я человек. 

Марфа Сергеевна: Пожалуйста.

Марфа Сергеевна (поет):

Я на лифте в ад кромешный

Словно камень упаду, 

До свиданья, друг сердечный

Повстречаемся в аду!

Двери: Бум!

Вячеслав Самсонович: Это какая-то печальная песня, Марфа Сергеевна. Вы пели какую-то другую, немного повеселее. 

Марфа Сергеевна: Я пела «По диким степям Забайкалья». Знаете? Я вообще такая необыкновенная и разнузданная певунья. 

Двери: Бум!

Вячеслав Самсонович: Разнузданная певунья? Вы? 

Двери: Бум! 

Марфа Сергеевна: Да, Вячеслав Самсонович, певунья. Я. Вот хирург наш, Евгений Евгеньевич, когда режет там кому руку или ногу, печень или селезенку, или мочевой пузырь прости господи, или кишечник, а я стою рядом с ведерком и песни пою. А Евгений Евгеньевич такой и говорит: «Помолчи хоть минутку, Марфа Сергеевна, а то отвлекаешь». А я очень громко пою. Он же хирург. Одно неверное движение, и вместо руки или ноги голову или еще что-нибудь поважнее отрежет. 

Двери: Бум!

Вячеслав Самсонович: Отрежет?

Марфа Сергеевна: Отрежет, Вячеслав Самсонович. 

Вячеслав Самсонович: Оттяпает?

Марфа Сергеевна: Непременно оттяпает. 

Двери: Бум!

Вячеслав Самсонович: А что, бывало такое? 

Марфа Сергеевна: Да всякое бывало. День на день не приходится. 

Вячеслав Самсонович: А ведерко-то вам зачем? 

Марфа Сергеевна (переставляя ведерко с места на место): Ну, как зачем. Я туда все лишнее кидаю и складываю, ну там руки-ноги всякие. Бывает, и желчный пузырь попадется. 

Вячеслав Самсонович: Желчный пузырь?

Марфа Сергеевна: Желчный пузырь. 

Двери: Бум!

Вячеслав Самсонович: А зачем вам желчный пузырь, Марфа Сергеевна? 

Марфа Сергеевна: Ну как зачем? Желчный пузырь это, сударь ты мой, деликатес. Евгений Евгеньевич после работы все это кушает. Голодный ведь как собака. И я тоже голодная. «Давай, говорит, Марфа Сергеевна, ведерко сюда». Я и даю. Бери, Евгений Евгеньевич, ведерко, ешь, угощайся. Только меня, медсестру многогрешную, не трожь.  

Вячеслав Самсонович: И желчный пузырь?

Марфа Сергеевна: И желчный пузырь, Вячеслав Самсонович. А что вы на меня так уставились? Но там еще водой нужно запивать. Холодной. Желательно, кипяченой. А то горько, конечно. А я бутерброды ем. 

Вячеслав Самсонович: Ужас какой, голубушка. Как можно есть желчный пузырь, Марфа Сергеевна? 

Марфа Сергеевна: Евгений Евгеньевич - людоед, Вячеслав Самсонович. А то вы и не знали. 

Вячеслав Самсонович: Ужас какой, Марфа Сергеевна.

Марфа Сергеевна: Вся наша жизнь ужасна, Вячеслав Самсонович. Вы прямо как ребенок. Да что вы на меня так смотрите? Евгений Евгеньевич и макароны ест. Да и я его бутербродами подкармливаю. 

Вячеслав Самсонович: Бутербродами? 

Марфа Сергеевна: Бутербродами. С рыбой, с ветчиной. 

Вячеслав Самсонович: С ветчиной?

Марфа Сергеевна: С ветчиной. 

Вячеслав Самсонович: И макароны? 

Марфа Сергеевна: Макароны, Вячеслав Самсонович. Евгений Евгеньевич обожает макароны. Спагетти там, крутяшки вот всякие. Крутяшки сейчас бывают очень затейливые, цветные. Очень вкусные. Слава богу, что научились делать. 

Вячеслав Самсонович: Наша промышленность делает определенно большие успехи, Марфа Сергеевна. И это в такое-то тревожное время! 

Марфа Сергеевна: Вот и хорошо. Жизнь налаживается, Вячеслав Самсонович, и погода чудесная, а вы тут сопли распустили. 

Вячеслав Самсонович: Не будем тянуть кота за хвост. Зачем вы вообще в лифт залезли, любезная Марфа Сергеевна?

Марфа Сергеевна: Я хочу взлететь прямо на небо, в облака, словно райская птица, Вячеслав Самсонович. 

Вячеслав Самсонович: Какая именно птица, Марфа Сергеевна?

Марфа Сергеевна: Цапля или зяблик. Зяблик угоден Господу, Вячеслав Самсонович. Или вот тетерев. Или красногрудый молчаливый снегирь. 

Вячеслав Самсонович: Ну какая из вас цапля, Марфа Сергеевна? Какой из вас, к черту, зяблик? Какой вы в задницу снегирь? Вы, скорее, урожденная куропатка. 

Марфа Сергеевна: Сами вы глупая и несмышленая куропатка, Вячеслав Самсонович. Или нет. Вы, скорее, бесхребетный и беспомощный пингвин. 

Вячеслав Самсонович: Я не бесхребетный пингвин, Марфа Сергеевна. Откуда вы это вообще взяли. Я - гигантский скорпион. Сколько раз можно говорить. Скорпион, скорпион, скорпион. 

Марфа Сергеевна: Ну, будьте скорпионом, коли вам так хочется. А я - медсестра, медсестра, медсестра. А еще лучше - быть вам мокрицей или дождевым червяком. 

Вячеслав Самсонович: Ну, тогда нажмите какую-нибудь кнопку, Марфа Сергеевна. 

Марфа Сергеевна: Какую мне кнопку жать, Вячеслав Самсонович? Их тут слишком много. Наверное, миллион. Мой мозг взрывается от такого количества. И глаза вылезают из орбит. 

Вячеслав Самсонович: Жмите любую. 

Марфа Сергеевна нажимает на первую попавшуюся кнопку. Двери с грохотом закрываются, и лифт со страшным скрипом ползет вверх

Вячеслав Самсонович (прислушивается): Составные части этой машины давно не смазывали, Марфа Сергеевна. 

Марфа Сергеевна: Вуаля! 

Вячеслав Самсонович: Мы ползем вверх слишком медленно, Марфа Сергеевна. Этак мы будем ехать лет двести или триста. Нажмите какую-нибудь еще кнопку, голубушка, только не красную.

Марфа Сергеевна: Вот красную-то кнопку я и нажму, Вячеслав Самсонович. Вам назло. Иди сюда, красавица! 

Вячеслав Самсонович: Нет, Марфа Сергеевна! Умоляю вас! Только не красную! 

Марфа Сергеевна: Да, Вячеслав Самсонович! Красную! Именно красную! 

Марфа Сергеевна, просияв от счастья, нажимает красную кнопку. 

Марфа Сергеевна: Вот тебе! Вот тебе! Видали, Вячеслав Самсонович? 

Лифт резко останавливается, гаснет свет, потом включается и мигает тусклое аварийное освещение

Марфа Сергеевна: Что с нами случилось, Вячеслав Самсонович?

Вячеслав Самсонович: Похоже, мы тут крепко застряли, Марфа Сергеевна. И все по вашей милости. Зачем вы нажали красную кнопку?

Марфа Сергеевна: Она была слишком похожа на леденец, Вячеслав Самсонович. А я обожаю леденцы. Вы знаете, раньше были такие леденцы «ландрин» в жестяной баночке? Они гремели, как погремушка. 

Вячеслав Самсонович: Понятия не имею. Я ничего не помню. Ни погремушек, ни банок, ни леденцов. А вы ужасная сластена, Марфа Сергеевна. 

Марфа Сергеевна: Почему бы и нет, Вячеслав Самсонович. Сластена и есть. Кстати, где ваша хозяйка, Фёкла Авдотьевна? 

Вячеслав Самсонович: Фёкла Авдотьевна пропала без вести по дороге в Орехово-Зуево. А я сбежал от нее. 

Марфа Сергеевна: Ах, какая жалость! 

Вячеслав Самсонович: Некогда жалеть, Марфа Сергеевна! У нас впереди целая вечность. Чем мы с вами займемся? 

Снаружи раздается звук лопнувшей струны

Марфа Сергеевна: Что это такое, Вячеслав Самсонович?

Вячеслав Самсонович: Я уже слышал что-то подобное... Наверное, это где-то за городом. Быть может, на шахте бадья лопнула...

Марфа Сергеевна: Какая еще бадья? 

Вячеслав Самсонович: Не важно... Так чем мы с вами займемся? 

Марфа Сергеевна: Даже не знаю... Мне, право, не хватает фантазии... Я простая медсестра, Вячеслав Самсонович... Быть может, сыграем в шахматы? Или в города? 

Вячеслав Самсонович: Давайте в города, Марфа Сергеевна. Начинайте, ваш ход. 

Марфа Сергеевна: Алматы. Вам на «Ы», Вячеслав Самсонович. 

Вячеслав Самсонович: Ындыанаполис, Марфа Сергеевна. 

Марфа Сергеевна: Нет такого города, Вячеслав Самсонович. 

Вячеслав Самсонович: Сейчас так принято говорить.

Марфа Сергеевна: Нет, не принято. 

Вячеслав Самсонович: Ну, тогда Ыжевск. 

Марфа Сергеевна: И такого города тоже нет. 

Вячеслав Самсонович: Что же это... Того нет, сего нет... Куда все подевалось? Тогда вы победили, Марфа Сергеевна.

Марфа Сергеевна: Что же дальше? 

Вячеслав Самсонович: Ну, тогда давайте займемся любовью, прелестная Марфа Сергеевна. Больше ничего в голову и не приходит. 

Марфа Сергеевна: Прямо сейчас?

Вячеслав Самсонович: Прямо сейчас. А что? Нам никто не мешает. 

Марфа Сергеевна: Я ощущаю чье-то незримое присутствие. Кто-то подсматривает за нами. 

Вячеслав Самсонович: Сквозь стену?

Марфа Сергеевна: Сквозь стену. 

Вячеслав Самсонович: Нет здесь никого. 

Марфа Сергеевна: Все это как-то неожиданно... И странно... Я не могу заниматься любовью с кем попало, Вячеслав Самсонович. Мы должны проверить наши чувства... К тому же, здесь слишком темно... 

Вячеслав Самсонович: Постойте, у меня есть спички...

Вячеслав Самсонович достает коробок и зажигает одну за другой три спички

Вячеслав Самсонович: Спички быстро гаснут, Марфа Сергеевна. 

Марфа Сергеевна: Они как падающие звезды, Вячеслав Самсонович. 

Вячеслав Самсонович: Давайте разожжем костер, Марфа Сергеевна. Я проходил курсы выживания в лифте... Я готов ради вас, божественная Марфа Сергеевна, сжечь собственную шляпу... Она дает небольшое, но эффектное пламя... И еще галстук... И пиджак... 

Марфа Сергеевна: Вам не жалко своей шляпы, Вячеслав Самсонович? 

Вячеслав Самсонович: Ничуть. 

Вячеслав Самсонович снимает шляпу, пиджак и галстук, складывает все это в кучу и разжигает небольшой костер на полу лифта

Вячеслав Самсонович (удовлетворенно): Ну вот и порядок. 

В свете костра становится видно, что на плечах Вячеслава Самсоновича покоится гигантская ракообразная голова с выпученными глазами 

Марфа Сергеевна: Ай, Вячеслав Самсонович! Какой кошмар! Что это? 

Вячеслав Самсонович: Что с вами стряслось, Марфа Сергеевна? 

Марфа Сергеевна: Вы превратились в какое-то чудовище! 

Вячеслав Самсонович: Ну, я предупреждал вас, что превращаюсь в гигантского скорпиона, Марфа Сергеевна. А вы мне не верили. 

Марфа Сергеевна: Какой ужас, Вячеслав Самсонович! У вас такие жуткие усища! И выпученные глазища! И клешни! 

Вячеслав Самсонович: По-моему, очень красивые клешни. Они перерезают металл, словно бумагу. Хотите, покажу...

Марфа Сергеевна: Почему вы превращаетесь в скорпиона, Вячеслав Самсонович? 

Вячеслав Самсонович: Верховный бог Мардук сердит на меня, Марфа Сергеевна. Я осквернил сады Семирамиды руками своими. К тому же, я наблюдал, как богиня Иштар совершала утренние омовения... В довершение всего, я сбежал от Фёклы Авдотьевны. 

Марфа Сергеевна: Вы для меня всегда останетесь Вячеславом Самсоновичем...

Вячеслав Самсонович: Ну конечно... Это хорошо... Давайте играть в жмурки, Марфа Сергеевна!

Марфа Сергеевна: Давайте... Никогда не играла в жмурки с гигантским скорпионом... Мне страшно...

Вячеслав Самсонович: Тут нечего бояться, Марфа Сергеевна! Сейчас я вас поймаю... 

Марфа Сергеевна и Вячеслав Самсонович играют в жмурки в кабине лифта. Снова слышен звук лопнувшей струны

Марфа Сергеевна: Опять этот звук!

Вячеслав Самсонович: Это лопаются стальные тросы, поддерживающие нашу кабину. 

Марфа Сергеевна: Какой ужас!

Вячеслав Самсонович: Не обращайте внимания, Марфа Сергеевна! Наплюйте. Давайте дальше играть в жмурки. Не хотите заняться любовью?

Марфа Сергеевна: Я - медсестра, Вячеслав Самсонович, а вы - гигантский скорпион. Нам нельзя быть вместе! 

Вячеслав Самсонович: Сейчас я вас поймаю, Марфа Сергеевна, и перекушу пополам! 

Марфа Сергеевна: А вот и не поймаете, Вячеслав Самсонович! Я медсестра. И я очень пронырлива. Я ветер, Вячеслав Самсонович. Я дождь. Я снег. Я - ранняя весна и поздняя осень. 

Снаружи доносятся равномерные глухие удары

Марфа Сергеевна: А это что такое?

Вячеслав Самсонович: Наверное, это лифтеры наконец-то пришли к нам на помощь. И пробуют разжать двери. 

Марфа Сергеевна: Ну наконец-то! 

Автоматические двери открываются на какое-то время. И на пороге лифта возникает Фёкла Авдотьевна 

Вячеслав Самсонович: Фёкла Авдотьевна! Вы?! Но как вы здесь... 

Фёкла Авдотьевна: Свинтус! Оглоед окаянный! Вот ты где прячешься! Посмотри, на кого ты стал похож! Господи, стоит отпустить человека на пару дней... 

Вячеслав Самсонович: Я застрял в лифте, Фёкла Авдотьевна. Вот и все. 

Фёкла Авдотьевна: Ты занимался любовью с Марфой Сергеевной, Свинтус! Я так и знала! Как тебе не стыдно! 

Вячеслав Самсонович: Я больше не Свинтус, Фёкла Авдотьевна, и не говорящая собака. Я - Мардук светоносный, бессмертный Гильгамеш и гигантский скорпион. Я не занимался любовью с Марфой Сергеевной. Она мне как сестра. Не подходите ко мне близко. Я не вполне контролирую свои поступки. Я опасен для жизни.

Фёкла Авдотьевна: Ну какой ты к черту Гильгамеш, Свинтус? Какой ты Мардук? Не смеши меня! 

Вячеслав Самсонович: Вы мне надоели, Фёкла Авдотьевна. Вы своими шутками оскорбили само небо. 

Фёкла Авдотьевна: Да никого я не оскорбляла! Свинтус, я тебе купила арбуз! Поехали в Орехово-Зуево! 

Вячеслав Самсонович набрасывается на Фёклу Авдотьевну и торопливо сьедает ее

Марфа Сергеевна: Вы съели Фёклу Авдотьевну, Вячеслав Самсонович.

Вячеслав Самсонович: У меня не было иного выхода, Марфа Сергеевна. Фёклы Авдотьевны больше нет. Теперь я могу вздохнуть спокойно. 

Марфа Сергеевна: Вячеслав Самсонович! Вы и меня сожрете?

Вячеслав Самсонович: Нет, Марфа Сергеевна. Это мне пока не по силам. Да и зачем? Я люблю вас. Как человек человека. Как землемер любит медсестру. Да и желудок мой занят Фёклой Авдотьевной.

Марфа Сергеевна: Кто же вы такой, Вячеслав Самсонович?

Вячеслав Самсонович: Я - Фёкла Авдотьевна милостью божьей, Марфа Сергеевна, бессмертный Гильгамеш, светоносный Мардук и божественный разящий скорпион. Вот так вот, голубушка. 

Марфа Сергеевна: Господи, как много всего… Я все равно буду любить в вас прежнего Вячеслава Самсоновича, Вячеслав Самсонович. И только ему как-нибудь отдам свое сердце. 

Вячеслав Самсонович: Когда же это произойдет?

Марфа Сергеевна: Не будем загадывать.

Вячеслав Самсонович: Ну вот и славно. Мое сердце тоже будет с вами, Марфа Сергеевна. Я отпускаю вас. Ступайте с богом. 

Марфа Сергеевна: Спасибо, Вячеслав Самсонович. Вы так добры… А вы?

Вячеслав Самсонович: Я остаюсь в кабине. Я должен немного подумать. К тому же, я боюсь солнечного света. Я ослепну. И буду ползать по улицам, натыкаясь на стены и фонарные столбы.

Марфа Сергеевна: Нет, Вячеслав Самсонович. Лучше уж я останусь в кабине. А вы идите к Олиньке, это наш ангел. Она живет на 33-м этаже, позвоните три раза, она вам поможет. 

Вячеслав Самсонович: Она точно поможет?

Марфа Сергеевна: Она творит чудеса, Вячеслав Самсонович. Она – ангел.

Вячеслав Самсонович: А как же вы, Марфа Сергеевна?

Марфа Сергеевна: Не волнуйтесь за меня, Вячеслав Самсонович. Я иду вслед за вами. Я просто должна побыть немного одна. Оставьте меня. 

Вячеслав Самсонович: Прощайте, Марфа Сергеевна!

Марфа Сергеевна: Прощайте, Фёкла Авдотьевна! Нет, господи, что я говорю... Прощайте, Вячеслав Самсонович!

Вячеслав Самсонович: Мы еще увидимся?

Марфа Сергеевна: Обязательно увидимся, сударь! 

Вячеслав Самсонович собирается уходить

Марфа Сергеевна; Постойте, Вячеслав Самсонович! 

Вячеслав Самсонович: Ну, что еще? 

Марфа Сергеевна: Внутри вас есть еще какая-то тайна, Вячеслав Самсонович. Я в этом более чем уверена. Вы как сундук с двойным дном. А ключ где-нибудь на дне Финского залива.

Вячеслав Самсонович: Как вы догадались?

Марфа Сергеевна: Не забывайте. Я – медсестра. Я все знаю. 

Вячеслав Самсонович: Нет у меня никакой тайны, Марфа Сергеевна. Нет никакого дна. Есть желудок, печень, селезенка... 

Марфа Сергеевна: Скажите мне еще раз, Вячеслав Самсонович, кто вы все-таки на самом деле? Напомните? 

Вячеслав Самсонович: Я уже говорил вам, голубушка. Я – землемер по фамилии Гильгамеш... 

Марфа Сергеевна: Странная фамилия.

Вячеслав Самсонович: Я и есть Гильгамеш.

Марфа Сергеевна: Ну какой из вас Гильгамеш... Так, смех один... Ну, а еще? Еще? 

Вячеслав Самсонович: Человек-собака, если вам угодно... Человек-свинья...  

Марфа Сергеевна: Богатая биография... А еще?  

Вячеслав Самсонович: Послушный раб Фёклы Авдотьевны... К вашим услугам... Я умею лаять и хрюкать. И очень даже неплохо. Похрюкать? 

Марфа Сергеевна: Ну, похрюкайте.

Вячеслав Самсонович: Хрю.

Марфа Сергеевна: Ну, так себе. Хрюкните еще раз.

Вячеслав Самсонович: Хрю.

Марфа Сергеевна: Голубчик, ну где вы видели хрюкающего скорпиона? 

Вячеслав Самсонович: Нигде. 

Марфа Сергеевна: Ах, опять эта Фёкла Авдотьевна! Это все ее фокусы! Эта мерзавка украла ваше сердце! Она и сейчас командует вами. Забудьте Фёклу Авдотьевну, любезный Вячеслав Самсонович... 

Вячеслав Самсонович: Это будет нелегко, Марфа Сергеевна. Она - внутри меня. Это вы верно заметили. Фёкла Авдотьевна растворилась во мне. 

Марфа Сергеевна: Словно какао. 

Вячеслав Самсонович: Да, Марфа Сергеевна. Фёкла Авдотьевна растворилась во мне словно какао.  

Марфа Сергеевна: Ах она медуза. 

Вячеслав Самсонович: Медуза...  

Марфа Сергеевна: Ну, соберите в кулак все свои мысли и силы. Напрягите свою могучую память, вашу драгоценную печень и селезенку. Кем вы были в самом начале? В начале времен? Ну? Долой Фёклу Авдотьевну!  

Вячеслав Самсонович: Долой Фёклу Авдотьевну, Марфа Сергеевна. Если вам так угодно. (Обращаясь к самому себе): Фёкла Авдотьевна! Вы слышите меня?

Голос Фёклы Авдотьевны (откуда-то со стороны): Да, Свинтус, я слышу тебя! Зачем ты съел меня? Чтоб тебе провалиться на этом месте!  

Вячеслав Самсонович: Фёкла Авдотьевна! Извольте не распоряжаться мною! Я - свободный человек. Я – Гильгамеш. Я - царь скорпионов.  

Голос Фёклы Авдотьевны: Свинья ты, Вячеслав Самсонович, а не царь скорпионов! 

Вячеслав Самсонович: Исчезните, Фёкла Авдотьевна, замолчите! Оставьте меня ради бога! Да здравствует Марфа Сергеевна!   

Марфа Сергеевна: Вот и славно. Вы молодчина, Вячеслав Самсонович. Ну, вспомнили? 

Вячеслав Самсонович: Вспомнил. Я был Ангел Вешних Вод, любознательная вы Марфа Сергеевна. Вот кем я был. Ангел Вешних Вод.  

Марфа Сергеевна: Ангел Вешних Вод! Я так и знала! Так и знала! Ангел Вешних Вод! Как я сразу не догадалась! И вы тут! В этой дурацкой железной кабине! Бедненький! Ангелочек!  

Вячеслав Самсонович: Это было миллион лет тому назад, Марфа Сергеевна. Вы еще не родились.  

Марфа Сергеевна: Миллион лет тому назад... Ангел Вешних Вод! Вы ангел, ангел, Вячеслав Самсонович! Я готова расцеловать вас! Где вы там?  

Вячеслав Самсонович: Ну какой я ангел, Марфа Сергеевна! Посмотрите на меня! Посмотрите! На кого я стал похож! На чучело огородное!  

Марфа Сергеевна: Дайте-ка я вас расцелую, драгоценный Вячеслав Самсонович! Все пройдет… Все пройдет…

Вячеслав Самсонович: Еще секунда - и я порву вас на мелкие кусочки, Марфа Сергеевна. 

Марфа Сергеевна: Время калечит людей, Вячеслав Самсонович.  

Вячеслав Самсонович: Вы правы, Марфа Сергеевна. Здешний воздух вреден для нас. Мы все понемногу превращаемся в людоедов. И вообще черт знает в кого. 

Марфа Сергеевна: Что вы, Вячеслав Сергеевич! Здешний воздух прекрасен! (Декламирует) Прекрасен воздух! Лифт прекрасен! И светит месяц, тих и ясен!  

Вячеслав Самсонович: В вас умерла поэтесса, Марфа Сергеевна. 

Марфа Сергеевна: Надо говорить не «поэтесса», а «поэтка», Вячеслав Самсонович.  

Вячеслав Самсонович: Поэтка.  

Марфа Сергеевна: Вы прямо неуч какой-то, Вячеслав Самсонович. Отстали от жизни на миллион лет. 

Вячеслав Самсонович: На миллион лет. 

Марфа Сергеевна: Ну, скажите это еще раз. 

Вячеслав Самсонович: В вас умерла поэтка, Марфа Сергеевна. 

Марфа Сергеевна: Нет, не умерла, Вячеслав Самсонович! Не умерла поэтка! Она жива, жива! Она воскресла, родилась благодаря вам! И я люблю вас! Потому что вы ангел, ангел. Все равно ангел. Даже с тараканьими усами.

Вячеслав Самсонович: Вы местами превзошли Баратынского, Марфа Сергеевна. 

Марфа Сергеевна: Спасибо, ангел! Я люблю вас!  

Вячеслав Самсонович: Марфа Сергеевна, бога ради, вам лучше отойти подальше.   

Марфа Сергеевна: А эти тараканьи усища вам очень к лицу, Вячеслав Самсонович! Ну-ка, пошевелите ими! 

Вячеслав Самсонович шевелит усами 

Марфа Сергеевна: Так-так... Ах, как это смешно и ловко у вас получается! Любая барышня, не долго думая, отдаст вам тело и душу. За такие-то усища! 

Вячеслав Самсонович: Ну вот еще. Мне вполне хватало и Фёклы Авдотьевны.  

Марфа Сергеевна: Ах, я влюбилась в вас, как последняя гимназистка! Давайте побудем тут еще немножко. У вас такое большое и доброе сердце...  

Вячеслав Самсонович: Мне надо торопиться, Марфа Сергеевна. Меня ждут. 

Марфа Сергеевна: Кто вас ждет?  

Вячеслав Самсонович: Я не могу сказать. Я должен идти.  

Двери: Бум! 

Марфа Сергеевна: Мы снова в ловушке... Как вы отсюда выберетесь? 

Вячеслав Самсонович: Тут наверху есть небольшой люк, Марфа Сергеевна. Вы знаете, в потолке сейчас делают специальные такие потайные дверцы. Чтобы человек мог выбраться, помогая себе руками и ногами. А потом карабкался бы вверх по тросам и канатам. Не забывайте, я проходил курсы выживания в лифте.

Марфа Сергеевна: А вы тоже будете карабкаться по тросам и канатам?

Вячеслав Самсонович: Конечно, Марфа Сергеевна. Буду карабкаться. У меня и присоски есть.

Марфа Сергеевна: Присоски?

Вячеслав Самсонович: Присоски, Марфа Сергеевна. Небо снабдило меня присосками. Я теперь избранный, Марфа Сергеевна. Вот, полюбуйтесь.

Вячеслав Самсонович показывает Марфе Сергеевне ладони

Марфа Сергеевна: Здесь все равно ни черта не видно.

Вячеслав Самсонович: Как жаль.

Марфа Сергеевна: От всей души поздравляю вас, Вячеслав Самсонович. Вы далеко пойдете.

Вячеслав Самсонович: Спасибо, Марфа Сергеевна. Я вас никогда не забуду.

Марфа Сергеевна: Что ж, идите, обожаемый Вячеслав Самсонович. Карабкайтесь. Идите прямо к Олиньке, она вам поможет.  

Вячеслав Самсонович: Вы точно уверены?

Марфа Сергеевна: Я надеюсь. Все зависит только от вас. Хотите – будете человеком. Хотите – собакой. Или скорпионом. Что вам больше нравится, сударь вы мой. 

Вячеслав Самсонович: А как же вы? 

Марфа Сергеевна: Ну, я посижу здесь немного. Покурю... А потом пойду вслед за вами. 

Вячеслав Самсонович: В лифте нельзя курить, Марфа Сергеевна.  

Марфа Сергеевна: Точно... Нельзя курить... В вас еще осталось что-то человеческое, Вячеслав Самсонович.  

Вячеслав Самсонович: Вы так думаете! 

Марфа Сергеевна: Более чем уверена, друг мой. Это я вам как медсестра говорю. Не забывайте! Вы ангел, ангел.  

Вячеслав Самсонович: Вы мне льстите, голубушка.

Марфа Сергеевна: Я надеюсь на вас, Вячеслав Самсонович. Не забывайте меня.

Вячеслав Самсонович: Постараюсь.

Марфа Сергеевна: Вы уж постарайтесь, голубчик.

Вячеслав Самсонович: Ну что ж, прощайте, Марфа Сергеевна. 

Марфа Сергеевна: Прошайте, сударь. 

Вячеслав Самсонович выбирается наружу. Марфа Сергеевна остается внутри. Через какое-то время слышен звук лопнувшей струны. 

Марфа Сергеевна: Лопнул последний трос, который держал кабину. Что сейчас происходит? Я падаю? Взлетаю? Конечно же, взлетаю, а то как же иначе? Я лечу вверх, вверх! Была бы тут Олинька, она бы подсказала. Ах, мы полетели бы с ней вместе! Непременно на небо, на небо, на небо. Иначе и быть не может! Ах, реки Вавилонские! Мы отдохнем… Мы еще увидим небо в алмазах, Вячеслав Самсонович! 

Занавес