Отдел по связям с общественностью

- Обстановка, скажем прямо, весьма близка к критической… - долгий взгляд поверх старомодных круглых очков, взгляд, не предвещающий ничего хорошего. Присовокупленные к взгляду негодующе сжатые тонкие губы и нервное постукивание пальцев по столешнице мгновенно вынудили присутствующих втянуть головы в плечи и с повышенной сосредоточенностью заняться начертанием бессмысленных каракулей в открытых блокнотах. – Количество жалоб и претензий к предоставляемым нами услугам превысило все мыслимые и немыслимые пределы. И это только те жалобы, что доходят...
- Мы ничего от Вас не скрываем... - негромко произнёс мужчина, сидящий по правую руку от шефа, поднял было глаза, но, наткнувшись на льдисто-голубой холод ответного взгляда, вновь уткнулся в каракули.
- Надеюсь… - шеф помолчал, задумчиво пожевав губами. – Те, кто скрывали, сами знаете где… Впрочем, речь не об этом. Готов выслушать любые предложения, способные исправить нашу с вами пошатнувшуюся репутацию… Любые! 
- Работы невпроворот! – выкрикнул молодой длинноволосый парень с противоположной стороны длинного офисного стола. – Штаты расширять надо!
- Расширя-я-ять? – шеф, усмехнувшись, снял очки и, сощурившись, уставился в туманную даль утреннего офиса. – Вы из какого отдела будете, молодой человек?

Молодой человек что-то неразборчиво буркнул в ответ.

- Громче, пожалуйста, громче! – шеф постучал карандашом по полупустому графину, стоящему перед ним. – Прошу тишины, уважаемые коллеги!

Загудевший было пчелиным роем офис послушно затих.

- Отдел по связям с общественностью, - длинноволосый поднялся: – Вот статистика - объём оказываемых нами услуг увеличился по сравнению с аналогичным периодом прошлого года на семь целых… 
- Да полноте! – рявкнул шеф, раздражённо бросая на стол очки и решительно вставая по причине переизбытка эмоций. –  «Объём увеличился…» Вновь норовите статистикой глаза замазать? У меня своя статистика имеется. Судя по последней фотографии рабочего времени, КПД вашего отдела, - шеф, тяжело опустившись в кресло, зашелестел бумагами, – тридцать три процента… Тридцать три! Это же ни в какие рамки не лезет! То-то общественность, в связях с которой вы на две трети недорабатываете, исходит недовольством и жалобами… Знаете, если нет желания работать, заявление на стол!
- Тридцать три? - не унимался длинноволосый, не обращая никакого внимания на отрезвляющие тычки сидящих подле коллег. – Как это, интересно, такой показатель образовался? А конкуренты? А необходимость расширения наших зон влияния? А…
- Довольно! - поморщившись, махнул рукой шеф в сторону длинноволосого, отчего тот буквально-таки рухнул на свой стул. – Скажу одно - демагогии и нежелания работать я не потерплю!... Так… Есть предложения по существу вопроса?

Тишина. Скрип царапающих бумагу карандашей и добродушное урчание кондиционера.

- Что ж, если инициатива снизу отсутствует…
- Предупреждать надо… - нерешительный баритон слева.
- Что?
- Предупреждать надо, - повторил небритый мужчина в безукоризненно сидящем костюме, - о возможных трудностях, о неминуемых последствиях... И пусть потом сколько угодно жалуются, мы предупреждали, какие претензии?
- Хорошо… - ответный кивок после долгой паузы. – Хоть так... Разработайте перечень возможных неувязок и форму предупреждения. Подключите отдел по связям с общественностью, - длинноволосый опять вскочил, возмущённо всплеснув руками, но шеф даже не взглянул в его сторону, - прозондируйте, так сказать… Всё! Оперативка окончена, прошу всех пройти на свои рабочие места!


                                                                                      ***


- Ну, как? – заинтересованно спросил запыхавшийся длинноволосый небритого мужчину в безукоризненно сидящем костюме. – Я не опоздал?
- Начинается… - мужчины замолчали, внимательно глядя вниз.



- Поздравляю, мамаша, у вас мальчик! – казённым тоном сообщила акушерка. 

В следующее же мгновение её глаза удивлённо расширились – на теле новорожденного явственно проступали надписи в строгих чёрных рамках. 

– «Жизнь убивает»… «Жизнь вызывает старение кожи»… «Жизнь может стать причиной медленной и болезненной смерти»… «Жизнь вызывает сильную зависимость, подумайте, стоит ли начинать жить?» - прочла обалдевшая акушерка и недоуменно уставилась на застывших с открытыми ртами коллег. – Мамочки, это ч-что?


                                                                                      ***


- И пусть теперь только попробуют сказать, что мы не предупреждали… - хмыкнул длинноволосый, бросил ненужную более пачку сигарет в урну, толкнул небритого и, расправив крылья, оба ангела неслышно выскользнули в окно.