Т-902 «Вперед», Т-903 «Саша Коноплин» (сельхоз-терминаторы)

о, да, на чую сто процентов их отвезли

Отец рассказывал.
Было дело, в 1970-х, в Бобруйске. Тогда там НИИ был — не просто серьёзный, а с амбициями. Отец там агитплакаты рисовал.
Кто-то в ЦК пошутил: «А чо это у нас робот не убирает коноплю?» — и всё, понеслось. Через несколько дней во дворе стояли три терминатора: один с серпом, второй с мешком, третий с глазом — чтоб видеть, где урожай жирнее.
Называли их ласково: Тарас, Жора и Сутулый.
Работали минут по пятнадцать — потом курили. Не в прямом смысле, конечно. Просто батареи на тяжёлой воде перегревались, шипели, и от них поднимался пар, как от сварщика с похмелья. Один раз Жора нарезал вместо конопли забор, а Сутулый ушёл в лес и вернулся через неделю — с грибами и каким-то ежом в руках.

А речёвку им придумали пионеры из кружка «Юный Паяльщик».
Ходили в форме, с паяльником на ремне и кричали:
«Уродилась конопля —
Будет всем мешковина!
Да!»

И правда, делали из неё всё — от тельняшек до бинтов. Говорят, один подводник в такой рубашке на три узла глубже нырял.

Но были и накладки.
Один раз Тарас махнул своим серпом-манипулятором — и так лихо, что сдул со стены агитплакат с Лениным вместе с рамой, стенкой и частью смежного кабинета. Все замерли: в проёме — улица, сквозняк, и только клочок газеты на гвозде трепещет. Все замолчали.
И тут главный инженер, не моргнув, говорит:
— Товарищи… Это не разрушение, это революция в архитектуре памяти!
Ленин теперь не образ, а проем в будущее!

Короче, Вадим, на Бобруйском НИИ потом долго шептались.
А роботов… вывезли в Чуйскую долину. До сих пор, наверное, где-то в полях гуляют. Если увидишь робота с глазами из советской лампочки и на латыни матерится — знай, это наш. Бобруйский. ТДК-3. С характером.