Литературный портал Литкульт

Право голосовать за работы имеют все зарегистрированные пользователи уровня 1 и выше (имеющие аккаунт на сайте до момента начала литературной дуэли и оставившие хотя бы 1 комментарий или 1 запись на сайте). Голоса простых смертных будут считаться только знаком поддержки и симпатии.

Голосование проходит по классической для ЛитКульта системе: необходимо распределить участников битвы по местам. Лучший стих - первое место... худший по вашему мнению - третье место.

С этого тура голосование проходит по кнопкам под текстам, в комментариях текстом оставлять голоса не надо.

Также в комментариях можно оставлять и критику-мнения по стихам.

Флуд и мат будут удаляться администрацией литературного портала «ЛитКульт».

Задание: Смысл против формы (короткая форма).
Напишите стихотворение из ровно 16 строк о простом предмете (например: чек, лифт, пакет, кружка, билет), используя сдержанно высокий стиль.

Голосование продлится до 20 май включительно.

Автор №1

Прозрачность чистого окна хрустальна и светла,
В ней юной зелени листвы нежнейший хризолит,
Набухла почками - вглядись - у дворника метла,
Вот-вот, воткни, и прорастёт, листвой заговорит.

Метла, в преддверии тепла, очнулась и свежа.
Она отнята от груди ветлы не так давно,
Невнятны, смутны пыль и тлен, ветшание и ржа.
И отражает синь небес умытое окно,

В котором розы льнут к стеклу, как чайки льнут к реке,
И легкой дымкой тюль дрожит, обвит плющом балкон.
Передается дрожь метле на легком ветерке:
Как чисто вымела она весенний небосклон.

Автор №2

В отделе скобяных изделий
Щеколды юные свистели,
А на гвозде ли, на петле ли
Веревка мрачная повисла,
Противница любых веселий,
Во рту железо будет кислым,
Да вы попробуете все ли?
Скорей накладывайте петли!
Купите гвоздь на новоселье!
В таких делах не надо медлить.
А что на прут не нанизалось,
А что на болт не накрутилось,
Тому оставим побежалость,
Тому оставим божью милость
Гвоздем, торчащим из постели,
Веревкой, что вокруг обвилась.

Автор №3

Билет

Беру листок угловатой формы,
Беру и еду на кромку мира.
Горят мосты, попадают в фокус
Следы империй, эпох, кумиров,

Бегу от важных и неотложных,
От ран, которые время лечит.
Билет, как время, он тоже может
Лечить поломанных человечков.

Мелькают станции, перелески,
На проводах всё синее иней.
На кромке, словно на тонкой леске,
Пляшу лунатиком глупым и не

Могу решиться лететь обратно,
Кружить с надеждой над лётным полем.
Листочек маленький, угловатый,
Но жизнь разделит на "до" и "после".

Автор №4

Шарф

Небрежно брошенный на столике в прихожей
Кусочек неба, лёгкий шарфик мой,
Он – словно путь, в иную жизнь проложенный –
Вот-вот готов обнять весь шар земной.

Шифон ветров, лугов цветочные узоры
И взмах крыла – мой шарф – и бег реки...
Он помнит плечи и дыханье Айседоры,
Горящий взгляд, последний взмах руки...

И в каждой складочке его – живут надежды,
Духи, туманы блоковской поры,
И воркованье голубей в лесах нездешних,
И Брэдбери далёкие миры...

Я шарф беру, шифон скользит, как будто дышит –
Коснулся шеи ласково, груди.
В нём спрятались слова, их шёпот еле слышен:
Моё "прощай", твоё "не уходи..."

Автор №5

Вращаешь колбу - отмеряешь жизнь

В воронку устремляются песчинки,
просачиваясь ровно пять минут.
Не нужно батарейки и починки -
песчинки не спешат, не отстают.
Кто двигает песок в фигурной колбе?
Не удержать искрящийся поток.
Как будто там, в ритмическом безмолвье,
не иссякает времени исток.
Смотрю на светло-бежевую горку
упавших и рассыпанных минут
и следом посылаю пять вдогонку,
их "вверх ногами" вновь перевернув.
И время устремляется в воронку
туда-сюда и день, считай, прожит.
Песочные часы идут не громко.
Вращаешь колбу – отмеряешь жизнь.

Автор №6

Клисмос, не иначе

Предел покоя для самой Мелеты,
Изящен и монументален,
Воспетый в тысячи сюжетах,
Он соучастник созерцанья.

Нет-нет, не просто ТА-БУ-РЕТ!
Но инструмент настройки духа,
Сосредоточенья
Потока мыслей в утренних мирах.

Замок, граница, плоть живой идеи,
Геометрическая чаша.
Незыблем и незаменим,
Седалище, хранитель даже.

Подножье смыслов, абсолют.
В тонах оливы переливы
Парчи зернистой подчеркнут
Стольца кедровые изгибы.

Автор №7

Гекзаметром, высоким самым штилем
Тебе мы ныне славу воспеваем,
О мощный лифт в многоэтажке новой,
Труждающийся день и ночь во благо
Жильцов несвоевременно пришедших
И бабок, устремившихся в собес.
Доколе, скажешь ты, терпеть их тяжесть,
Топтание, немытые подошвы
Их обуви – доколе их возить
То вверх, то вниз, не ведая покоя?
Покуда цел – такой тебе ответ.
А после – родич твой тебя заменит,
И так же будет истово стенать,
А нам не жаль – но слава, слава лифту!
Не по ступеням же наверх идти,
У нас этаж высокий – на втором мы!

Автор №8

Пуговка

Вошёл – заснежен и сутул,
красив, но всклочен.
Пальто неловко протянул
хозяйской дочке:
"Прошу вас пуговку пришить".
Не оторваться
от Чи'стополя, от глуши
эвакуаций.
В каморке съёмной: стол, кровать
и сумрак синий.
И можно Анне написать,
но не Марине.
Мело, и в трепете свечи
из полумрака
глазела пуговка в ночи
на Пастернака.

Автор №9

Бабушкина бегония

Продли мне состояние покоя.
Ну что такое...
Я не из тех, кто нынче плодоносен —
Скончалась осень,
И мне в горшке под шкафом бесподобно.
Здесь так удобно!
А ты пришёл, того не понимая:
Лишилась сна я.
Всё замерло и омертвело просто
У точки роста.
Не трогай. И задвинь горшок обратно.
Мне неприятно.
Придёшь весной. В блаженстве и цветеньи
Покину тень я,
Красивой стану, от восторга пьяной,
И без изъяна!