Литературный портал Литкульт

Право голосовать за работы имеют все зарегистрированные пользователи уровня 1 и выше (имеющие аккаунт на сайте до момента начала литературной дуэли и оставившие хотя бы 1 комментарий или 1 запись на сайте). Голоса простых смертных будут считаться только знаком поддержки и симпатии.

Голосование проходит по классической для ЛитКульта системе: необходимо распределить участников битвы по местам. Лучший стих - первое место... худший по вашему мнению - третье место.

С этого тура голосование проходит по кнопкам под текстам, в комментариях текстом оставлять голоса не надо.

Также в комментариях можно оставлять и критику-мнения по стихам.

Флуд и мат будут удаляться администрацией литературного портала «ЛитКульт».

Задание:  То, что осталось несказанным.

Голосование продлится до 10 августа включительно.

Бобби Мойнахан

Сегодня мы встретились в баре.
Перстнями суставов ты щёлкнешь,
меня подзывая. В муаре
кальянного пара и в шёлке
пролитых на стойку настоек.
Твой стан истончён, словно призрак.
В парче, извлечённой из ризниц.
Фужер запылился. В нём киснет
лет триста как давленный рислинг.
Разит не духами, а риском.
Кто ты, незнакомка, я б вызнал.
Но мысли навылет, как выстрел.
Ты щёлкаешь снова и снова
сквозь шёлк и кальянное слово.
И вдруг в подреберье заноет.

А я непреклонен и стоек.
Мне в ухо змеится твой шёпот.
Я вижу разжатую щепоть:
в фужер мой нетающим снегом
просыплется едкое что-то.
Ванильного сахара горечь,
цикутного семени, сиречь,
цветки ядовитого вёха,
морковные дети болота.
Ты скалишься: выпьем и ляжем,
согрею. Нетающим снегом
осыплю усталую чёлку,
колючие синие щёки
и тонкие ломкие пальцы,
останься со мною, останься.

И манишь. И шёпот, как скальпель.
Я будто в насечках наскальных.
Живым выбирался из спален,
а здесь, как в пятнашках, осален.
Но я непреклонен и стоек.
Лишь пара докучливых соек,
слетевших на крошево саек,
затеяли драку у бара.
Я тоже бы в схватку, но позже.
Сцепиться - и в клинч. Не с тобою.
Я стоек, не сдамся без боя.
Отстань. Мы сегодня не пара.
Но если проявишь терпенье...
Но если проявишь терпенье...
Запомни название бара: "......"

Фил ЛаМарр

Принцев нет

Вот есть луна. И воешь на луну.
Процесс не нов, инструкция понятна.
Потом, до боли в челюсти зевнув,
вкус сигарет зажёвываешь мятным.
От слов случайных, скуки и вранья
внутри болото антикреатива.
Твердишь себе: мол, это же не я
наворотила... По кустам ретиво
проскачет ветер. Тучи, задрожав,
уронят дождь - ни сна им, ни покоя.
Опять под хвост попавшая вожжа
тебя вперёд погонит под конвоем,
за беглым счастьем - и такое есть.
Как, не обжёгшись перьями жар-птицы,
за яблоками в райский сад залезть?
Ни карт, ни планов… Может застрелиться?
Хотя патроны вновь не завезли
в хозяйственный, что на углу за сквером.
А посему сгребай свои нули
в мешок из-под картошки. Небом серым
укутывает окна новый день
и предлагает выход, через кассу...

Но знаешь, принцев нет. Совсем. Нигде.
Зато полно придворных свинопасов.

Пьер Коффан

О ней

Вот она –
человечно-бесчеловечная.
Неожиданная,
как ливень в жару.
То внезапная,
то прикинется немощной,
но всегда окажется
не ко двору.
Прячется в уголках
черных рамок портретов,
в простынях,
накинутых на зеркала.
В неостывшей постели.
На полке буфета.
В недопитом стакане чая
внутри стекла.
Звенят монеты
в карманах её одежды.
Она то близко,
будто глаза в глаза,
то далеко, как миг
на перепутье между
случайной пулей
и тенями на образах.

Свечой освещает вечность.
Машет платочком.
Уносит кого-то к радуге
и облакам.
Ждёт в засаде меня она –
знает, что точно
скажу при встрече "привет",
но руки не подам.