Тося

Фантазировать преждевременно.Думайте о творчестве, ведь мы на поэтическом сайте.

Намек ясен. Я много говорю. Можно в примерочной или в кабинке моментальной фотографии.

Через две недели я дам Вам ответ.

В моём мире мужчины так не разговаривают. Хорошо, давайте без обязательств.

Да, я тоже слышу характерное попискивание…

. В моем мире — всё обязывает ко всему. В моём мире мужчины так не разговаривают.
И вообще, у меня муж волшебник, я ему пожалуюсь, и он превратит Вас в крысу. Ой… вы уже…

О, а я удивляюсь такому вниманию… А это не моя бездарность причина, ну или не совсем она)))

Во дедукция. Оказывается, я за вами следую. Да, я хочу на вас жениться. У меня накопилось много нестиранного белья. И жрать нечего.

Однако, ваши реакции столь узнаваемы, предсказуемы Позвольте заметить, что Ваши действия тоже очень предсказуемы и примитивны, в отличии от Ваших же глубокомысленных рассуждений.
Я посмела покритиковать Ваш «перегной» в тексте — и вот Вы уже главный критик моих стихотворных начинаний, написала лёгкий простенький рассказец — и вот Вы уже упрекаете меня в простоте (очень примитивно, кстати, ведь таким он и был задуман.) Теперь я похвалила автора, и следующий Ваш шаг был мегаожидаем. И — вуаля. Вот Вы здесь. А вокруг полно других авторов.

Звоните прямо сейчас, и мы натрем его маслом перед отправкой. Но и это еще не всё.

У, как у вас всё… глубокомысленно.
Я, конечно, сочувствую вашим фантазиями и откровениям, но дальнейший диалог считаю бессмысленным.
Всего вам хорошего и не расстраивайтесь так, оно того не стоит))

Я не знаю, с какой целью сюда пришли другие комментаторы, скажу только за себя. Моя оценка зиждется на связи «мышление-язык-предмет». Оно может быть ограниченным, устаревшим или просто убогим. Но мы обсуждали текст, и я как мог старался держаться литературного дискурса. Однако, ваши реакции столь узнаваемы, предсказуемы, что вы тащите меня за пределы этого дискурса, вынуждая реагировать в ответ. Мне глубоко отвратительны — сам подход, модель мышления и его продукт, продемонстрированный, как в тексте, так и в обсуждении. «Публикация» не подразумевает молчания, а только лишь не задает вопросов. Но это не означает, что вопросы не возникнут к самой публикации. Если вы думаете, что можно мыслить, говорить, писать и жить, как борщевик, сорно заполняя голое пространство, то вы глубоко заблуждаетесь. Пустого пространства не существует, на этом месте могла быть реклама Гламурского или Кунакова в стрингах через плечо, но это место заняли вы. Теперь вы должны, и если платить вам нечем, то идите моржовыми лесами, туда, где ничто ни к чему не обязывает. В моем мире — всё обязывает ко всему.

Ой, господа я с вас недоумеваю)))
Вот прочли стишок, подумали — графомань, мильён таких написано до, ещё мильён напишут после. Поплевали через левое плечо и пошли дальше. Таки нет. Вы зачем-то тратите время, силы, эмоции на убеждение друг друга и автора, что это графомань. А зачем? Вам так легче выдюжить несправедливость этого мира и несуразное рифмоплётство автора?

Кстати, ты прав. Так получились «пилигримы» Бродского.

«Девочке пять» Стефании Даниловой, «Девочке три» Мальвины Матрасовой и еще миллиард стихов на схожей болванке. Иногда болванка шутит над авторами, и получаются тексты, словно пародирующие друг друга. Как эти два, что я привел навскидку.
А первоисточник? Например: «Я всегда твердил, что судьба — игра».

Ох, пойду посыплю голову пеплом, мне такой шедевр не написать никогда!

Этот же текст можно написать и безличностно.
Например так:

Лежалось, кошкалось,
Диванилось, мурлыкалось,
Смотрелось, неболось,
Дышалося, былось.
Любилось, думалось,
Безделилося, лыбилось,
А, в целом, негалось,
Мечталося, сбылось.
Ругалось, дралося,
Спешилось, материлося,
Грозилось, пыжилось,
Металося, рвалось,
Но как-то, после, все ж закольцевалося,
В себя вернулося, съединилось, срослось.
Сейчас оно вот-вот уж зафиналится,
Прочтётся, фыркнется, махнется, замолчит.
А только намолчится, напитается,
Бездельное по новой застрочит.

Эк вас переклинило… Отдохните))

Да что Вы чудите, честное слово.
Вот текст-источник автора)

Катя пашет неделю между холеных баб, до сведенных скул. В пятницу
вечером Катя приходит в паб и садится на барный стул. Катя просит себе
еды и два шота виски по пятьдесят. Катя чернее сковороды, и глядит
вокруг, как живой наждак, держит шею при этом так, как будто на ней висят.

Даже посадка та же. Тут же 1:1.

Спасибо, конечно, за столь развёрнутый анализ моего стишка… Осталось решить радоваться мне или огорчаться))

Эта калька снята еще раньше, с Бродского. Она копирует уникальную структуру его мышления, которое пришлось ко двору и сегодня. Структура примерно такова:
— Создается точечный, живой объект наблюдения. Мы ничего о нем не знаем, однако его присутствие четко позиционировано. Тося ли, девочка ли, мальчик ли, котенок, акуленок, ту-ру-ру-ру, полоумный робот, спившийся эсэсовец, воинствующий ленивец или даже пачка сигарет, она тоже живая;
— Любое проявление физики и телесности объекта наблюдения — это метафора эмоции;
— Изначальное позиционирование объекта или его имя многократно повторяется, как константа, которая остается неизменной во времени. Связь событий и эмоции усиливается. Предметы и явления все больше отражают перемены внутри героя, а не снаружи;
— Ближе к концу один из элементов текста торжественно отделяется от объекта, обретая независимость. Шарик улетает в небо, лыжи становятся малы, мухи вырастают в слонов, сквозь дыру в груди свищет свобода;
— Лирический мир переворачивается вверх дном. Теперь эмоция становится метафорой физического. Унылый двор за окном сакрализован. И все пледики, подоконники, латте и даже запах мочи из подъезда;
— Profit!

Просьбу изъясняться яснее вы проигнорировали. Это печально, конечно. С трудом разобралась, что вы имеете в виду какое-то стихотворение Веры Полозковой, калькой с которого вы посчитали мой незатейливый стиш. К сожалению, я не знакома с сим произведением. Просветите? Хотя бы посмотрю, что вы мне так навязчиво навязываете))

Вы взрослый человек, в достаточной мере владеющий основами стихосложения, как я вижу. Вы конечно можете делать кальку с прочитанных вами текстов, но это не единственное достоинство автора, согласитесь)

Прошу прощения, кого или что я излагаю? Изъясняйтесь яснее, господин Гламурский)

Вы просто их излагаете, а я отреагаировать обязан. Новое время — новые сны, раньше, время от времени, сочинителю Пушкин являлся, а тут более современные образы преследуют.)

Значит хорошие сапоги, надо брать(с)

А вас, господин Гламурский, почему мои сны волнуют?))

В то время, пока Тося с дырой в груди, Катя на барном стуле сидит и выкушивает виски — никакой женской солидарности.

К вам Вера Полозкова во сне приходила и нашептала стишок?

Благодарю)

«Было, да сплыло. Любил, разлюбил. Вот так.
Солнце уснуло в шиповниковых кустах,
завтра взойдёт с расцарапано-красной рожей.
Тося свободна, свобода её остра.
И от свободы в груди у неё дыра… „

Очень хорошо.