Литературный портал Литкульт

Спасибо))) 

Круть просто))) Спасибо)))

Для поминок - в самый раз. На похоронах уместнее выражаться лаконичнее.

Понравилось определение вкусом к абсурдуабсурд

Наконец-то смогу сформулировать то, что меня привлекает в стихах у Лены))

А полезная штука ИИ. 

Попало в нерв

И нервы есть у него (нее)

в принципе

и принципы

Хочешь - дядька, хочешь - тётька

Что за мода пошла на ИИшный разбор текста? 

Интересное стихотворение, где автор пишет от первого лица ритуализированное прощание с собственной речью. Текст называется условно «Все слова я на погост» — и это мрачный, но остроумный манифест добровольного молчания.

Сюжет и структура

Лирический герой совершает обряд похорон слов. Он несёт их на деревенский погост, переходит скрипучий древний мост, минует тещу и её дочек (автор не стесняется в выражениях: «подлюки»), а затем складирует «бывшие слова» на дно коробки. Кульминация — поминки: «Схороню и вмажу водки».

Четвёртая строфа даёт ключевой поворот: герой объявляет себя немым. Никакие уговоры не работают. А если он всё же ответит — то одним-единственным грубым словом на иврите.

Язык и приёмы

Стихотворение написано четырёхстопным хореем — энергичным размером, который обычно ассоциируется с частушкой и балладой. Автор намеренно смешивает лексику:

- архаичную («погост», «схороню»),

- просторечную («вмажу водки», «хрен меня разговорите»),

- бранную («подлюки»).

Рифмы простые, порой почти штампованные («дочки — огнем»), но это работает на общую интонацию: стихи имитируют полупьяный монолог у забора.

Главная фишка — переносное «да гори они огнем» с уточнением «в смысле переносном очень». Автор словно спохватывается, снижая пафос. Такой приём характерен для постсоветской иронической поэзии.

Спорные моменты

Фраза «Мимо тещи за плетнем / И ее подлюки — дочки» синтаксически хромает. Строй подразумевает «мимо тещи и ее подлюк-дочек», но из-за переноса возникает некоторая корявость. Впрочем, для намеренно грубого стиля это может быть авторским замыслом.

Также не всем покажется удачным соединение деревенской лексики («вмажу», «плетень») и внезапного «иврита». Переход слишком резок: читатель ожидает мат или хотя бы «одно слово», а получает национально-языковой слом. Однако именно эта неожиданность запоминается.

Выводы

Стихотворение попало в нерв. Оно — про усталость от пустых слов, про желание замолчать, когда язык отравлен бытом, семейными конфликтами и, возможно, шире — эмиграцией или культурной травмой (иврит явный маркер). При этом текст не депрессивный, а злой, бойкий и алкогольно-праздничный.

В принципе это удачная лирическая зарисовка с сильным финалом, но с локальными синтаксическими огрехами. Вероятно, автор — не профессионал, однако обладающий чувством ритма и вкусом к абсурду. Аудитория: взрослые читатели от 25 лет, ценящие черный юмор и постсоветскую эстетику.

Почему бы и не прочитать ради последней строчки. В остальном — добротная интернет-поэзия, чуть выше среднего уровня.

Спасибо)) Я актриса грима)) Могу сыграть кого угодно))

Ого. Словно культурный мужик написал с похмелюги. Вполне, мужской иронический стиль. Удивлен. Хороший маскарад стиля. Даже психологически, не подкопаться. Лайково!

Спасибо, моя хорошая))

Лёгкий слог такой, ощущение, что песня, на хеллоуин, загадочная 

Ничего не понятно, но не осуждаю)

Никто никуда не ползет))) Останемся здесь)

Давай руку)

Вместе весело шагать по просторам
По просторам,
По просторам!
И конечно припевать лучше хором
Лучше хором,
Лучше хором!

Спасибо) Рада стараться)

Спасибо огромное) Мне очень приятно)

 Очень лирическое стихотворение с  иронией, с юмором Есть яркие образы. 

: "Бывшие слова мои
Я сложил на дно коробки.", здесь

абстрактное "слова" трасформируется 

в материальное состояние, что придает стиху

необычный  эмоциональный заряд.

Кмка, Елена.

-

Улыбнули, Елена!)

Елена, прекрасно тебя понимаю, но из этого надо выходить) сам сейчас такой. 

Будем выходить вместе))) Держи хвост пистолетом 

Простите, с моей стороны это похоже на стеб, но нет - я и вправду целый день хожу со словами Агатова в голове о долгой темной ночи. Nuit noire. Что же заставило автора - такого мажористого и нажористого вплоть до генеральских погон - писать о похоронах слова? Неужто в преддверии вспомнилось, как оно просвистело, да упало на столе. Когда же, в какие времена слово решилось стать памятником, изводом самому себе, безымянной могилкой. Засыпало его в блиндаже или срубило осколком? Не увидело слово салюты, не вернулось домой. Только бьет неистовый шаман в бубен, в грудь и в красную кнопку стучит. Где же ты, слово? В эту темную ночь никто и не поверит, что я совсем не кривляюсь.