Человечек из кувшина

Помню, как мы стали с тобой чужими. 

Подарил ты мне человечка в пустом кувшине. 
Или он завелся в пыли в день твоего отъезда? 
Или бусинкою кровИ вытек он из пореза...? 
Только с каждым из дней человечек делался больше. 
У него были шустрые глазки и склизкая кожа, 
У него были крепкие зубки и сладкие речи, 
Человечек накручивал усик рукой увечной,
У него были милые рожки и губки трубочкой, 
Я кормила его печеньем и сдобной булочкой. 
Если б знала, каким по ночам он питался тестом 
— без раздумий оставила бы его в подъезде, 
Разобрала на косточки без маяты сожалений... 
Он же ластился котиком, прыгал ко мне на колени. 

По ночам же садился на грудь, придавив удушьем 
И, стараясь мой сон не спугнуть, шепелявил: 
"Слушшшай...
дай ещё мне немного мякиша из ладошки...дай немного своей мне кровушки..красной морошки..." 
И отщипывал так за куском кусочек. 
Не успела я оглянуться, а он уже точит, 
Прогрызая до самых стареньких простыней, 
Через ребра и жилы сердце в груди моей.

И когда он уже упирался рожками в крышу, 
Становясь даже самых старых деревьев выше, 
Пробивая ногами окна, вываливаясь на крыльцо, 
Только в этот момент я узнала его лицо.