аудио (16.29 Мб)

— Ну что, в какой АЙФОН пойдем, дорогая?
— Я хочу в розовый.
— Вот не зря же ты зовёшься белибердой, лишь бы ляпнуть, не думая о последствиях.
— Прости.
— Забей и не парься. Хорошо, Белиберда, давай пойдём в розовый, пусть будет по твоему. В нём мы через телегу протянем фотоны по временному коридору, изменив объективную реальность. Дату сказали не трогать, это понятно, нашим легче. Только изумрудный ключ нужно найти для входа в цветные измерения. И сложнее всего будет то, что я никак не могу начать думать, а ты записывай, записывай. Вот ведь дали нам задание. Понапечатали белиберды разной в этой книге, ни рифмы, ни сюжета, а мне как обычно всё расхлёбывать. Сколько глав тут? А, вижу, 21 глава. И я никак не могу понять, кто из них всех главные герои. Как так можно было перемешаться, что не найти концов? Начинай уже! Белиберда белибердовая. Вернее Белиберда Белибердововна.
— Понято и принято. Записываю. Я пойду сразу с черновиков, чтобы время не тратить, оно нынче дорогое, если Вы не против Смешнота Смешнотововна. Итак, поехали:

.ЧЕРНОВИК ПЕРВЫЙ.

Все произошло в тот момент, когда казалось, что вообще ничего дурного не может произойти в этой жизни и ничего не испортится. Думалось, что уж чего-чего, а изменений в худшую сторону никогда не бывает. Просто сиделось на лавочке в парке и наблюдалось за природой в тёплый погожий день. Росла трава, светило солнце и низко-низко, прямо над головой, летали кричащие ласточки, предупреждая о надвигающейся грозе, а свежесть чистого воздуха вызывала радостные воспоминания и вздохи в груди. Хотелось петь и танцевать, писать стихи, рисовать натюрморт с бесконечной вазой и драпировкой. Казалось, жизнь будет радужной всегда и ничего не поменяется.

Но так не бывает.

Анастасия Яковлевна начала писать книгу о любви.

Вот, что произошло! Вот, что принесло ветер перемен! Как этому можно было помешать? Может быть, космические звёзды могли бы встать в ряд, закрутив спираль золотого сечения в виде розы, чтобы предупредить героиню не делать этого? Звёзды не могли. Не только потому, что золотое сечение не перекрутить в розу, а больше потому, что Анастасии Яковлевне катастрофически просто не везло. И особенно в любви.
Любовь такая странная штука. Сегодня она порхает бабочками, рисуя фантастические узоры на розовых очках, а завтра исчезает, словно и не было никогда этих фантастических узоров.
Но дело не в бабочках, не в узорах и даже не в розовых очках. (Хотя розовый цвет очень красивый).

А просто ОН взял в один момент и сдал обручальное кольцо в ломбард.

— Внимание. Внимание. Розовые облака принимают макулатуру к трансформации. Уважаемые граждане. Приготовьте необходимые бумаги в утиль. Паспорта бумажные, бумажные свидетельства о рождении и документы на квартиру из бумаги, бумажные накладные и счета фактуры, графики работы, висящие на стенах, а также, конечно же, бумажные деньги.

Два медведя кричали в рупор, повторяя этот заученный текст снова и снова слово в слово, расположившись на центральной площади центрального города центральной страны.
Второй из медведей в конце фразы каждый раз добавлял:
— И бумажные полотенца туда же! — чем немного удивлял непопаданием в тембр произносящего фразу первого медведя, так как сильно басил, и раздражал прохожих одновременно.

Анастасия Яковлевна сидела на лавочке, не обращая внимания на происходящее, погрузившись в работу с головой над каким-то текстом. Медведи же старались изо всех сил привлечь внимание прохожих. И не только тем, что кричали в рупор как заведенные. Первый медведь очень смешно оделся в ярко-красный сарафан с розовыми помпончиками, на голове держа каравай с маленькой солонкой и розовой солью, видимо надеясь на то, что любопытствующий  прохожий, если захочет есть, подойдет и попросит угостить, а потом увидит розовую соль и крикнет, чем привлечет внимание других прохожих.
Второй медведь оделся скромнее в чёрный фрак с розовыми вставками, но по виду был несколько наглее. Его взгляд пронизывал и поражал прямо в сердце каждого подошедшего любопытствующего своими розовыми искрами из глаз.
— Ваши розовые облака совсем зажрались! — К медведям подлетела муха. — А также мои зеркала запотевают от вашего визга! Я не вижу куда лететь!
— Гражданочка! — Медведь одетый во фрак зыркнул прямо в зеркальный глаз, отзеркалив обратно искру, чем замкнул цепочку искрометания, после чего его перебил вновь подошедший кот с тараканьими антеннами на голове.
— Позвольте, позвольте. Я хотел бы пояснений! — Кот поднял кверху лапку, которая засветилась голубым светом. — Медведи теперь абсолютно ничего не решают. Всё решают слова! И мысли! Мы в же 5Д мире!
Под тараканьими антеннами на голове у кота была надета вязанная шапочка из розовых шерстяных ниток с добавлением люрекса, которая была аккуратно примотана жёлтым скотчем к антеннам, но рыжая шерсть тем не менее пробивалась через петли шапочки и лезла в глаза коту, заставляя его часто моргать.
— Например, я сейчас думаю постоловаться, а мне тут всё муха попадается и мешает! Назойливая какая! Да ещё не какая нибудь, а зеркальная!
Кот облизнулся, и муха сразу исчезла из кучки стопившихся любопытствующих прохожих.
— Мух нельзя трогать, они перемещают по временным коридорам. — Вдруг в толпе кто-то тихонько пискнул, и тут же замолк.

Анастасия Яковлевна, казалось, совсем не обратила внимание на рыжего кота, хоть и любила этих милых животных и особенно рыжих. Но кот обратил на неё внимание, хоть и не выдал никому скромного существования героини, сидящей на лавочке в сторонке.
К слову сказать, Анастасия ничем особо не отличалась от предыдущих версий себя: Насти, Изумруды, Анаконды и Русалки. Та же блондинка, тех же примерно тридцати с хвостиком лет. Разве что бирюзовые сережки появились на ушах. Красивые, голубые, в золотом обрамлении, они сверкали, словно это не просто сережки, а плюс будильник, плюс телефон и маятник с часами, плюс хронометр и ещё много чего полезного в плюсе. Скорее всего, это так и было, так как дата данного повествования была уже не известна и скорее всего это было уже далеко ушедшее будущее, где сережки, совмещенные с телефоном и хронометром, уже никого не удивляли.
Да, кстати у главной героини появилось новое платье. Розовое. Бальное. Пышное, до самого пола, с рюшками, оборками и бантиками. Всё как она любила и мечтала с детства, представляя себя принцессой из старинного замка. И новые розовые тапки откуда-то появились.
— Блинов. Блин. Блинчик.
Анастасия Яковлевна удивлённо посмотрела на рядом усевшегося молодого мужчину с чёрными пышными усиками.
— Простите за беспокойство. Я только хотел спросить, который час.
— А что, по моим серёжкам не видно? — Анастасия явно не хотела разговаривать, но мысль о том, что у неё новомодные сережки грела разум, исстрадавшийся по высоким технологиям.
Образовалась пауза.
— Ладно. Сейчас скажу. Время с утра вроде было после обеда, точнее не могу сказать, так как у меня сейчас нет айфона! — Вдруг Анастасия Яковлевна решила продолжить разговор, сложив блокнот, в котором что-то писала, пополам.
— Скажите, а вам не кажется моё лицо знакомым, Анастасия?
— Нет. Мы мне не знакомы. А что?
— Да нет, нет, ничего, просто показалось. А что вы делаете, Анастасия Яковлевна?
— Да ничего особенного, пишу просто книгу, просто про любовь. А откуда вы узнали моё имя??
— Да это все сережки, искусственный интеллект, скажем так ИИ и никакого мошенничества..
— Аа
— Так о чем книга?
— Мне очень нравятся розы, они от слова розовый, такие же как эти розовые облака. — Настя посмотрела на небо и увидела облака, сформировавшие букет цветов, похожих на лилии. — Но мне не нравится то, что розовый цвет называют обманом и облака не формируют мои любимые розы, а только лилии.
— С чего ты решила что розовый цвет обмана. — Продолжил мужчина с пушистыми усами, также поглядев на небо и поймав откуда то сверху розовый луч прямо в глаз.
— У меня так почему-то в голове нарисовалось, когда я писала сказку. Вот послушайте эти строчки:

.. в туманном царстве вечно спящих розовых берез,

Тонувших в тишине обмана, взяв людские грёзы,

На пышных облаках из бирюзовых нежных гроз,

Однажды бирюзовым цветом вспыхнула берёза…

— Позвольте, Анастасия! Ну что за рифмы!  Розы, грёзы, слёзы! Ужас! Кто вас учил писать!
«Как этот тип надоел, что это такое! Нашелся мне тут критик, нарисовался, не сотрёшь» вдруг мысль звоночком пропищала в Настиной голове, словно комар пискнул своим противным голоском.
— Извините, мне пора, надо чайник выключить на плите. — Вдруг Настя сорвалась с насиженного места и побежала, больше не глядя на того мужчину, который пытался снова заговорить, протягивая какой-то странный предмет, похожий на ключ с зеленым набалдашником.
«Куда же бежать, где мой дом, как кружится голова, а улицы какие-то не знакомые, и вообще как я тут оказалась?» закружились мысли, словно снежинки в новогоднюю ночь и Настя побежала по аллее, не глядя на многочисленных прохожих.
А от розового платья с нижней части у подола вдруг стали отрываться частички розовых ниток, которые стали распадаться  на мелкие цифровые кубики, бледнея и бледнея в пространстве, которые после полного растворения превратились в елочные иголки на розовом асфальте.

Вдруг Настя остановилась и произнесла вслух:

— Это не ёлочные иголки, ЭТО МОИ ЗЕЛЁНЫЕ НАКЛАДНЫЕ РЕСНИЦЫ ОТПАЛИ!

А откуда-то сверху крикнула ворона:

— Кар-кар, срочно переходи на АНДРОИД. БИРЮЗОВЫЙ. СЕРЕЖКИ ТОЛЬКО НЕ ПОТЕРЯЙ, ПРИНЦЕССА.

***

(русалкины сказки, берёзовая роза)

В туманном царстве вечно спящих розовых берёз,
Тонувших в тишине обмана, взяв людские грёзы,
На пышных облаках из бирюзовых нежных гроз
Однажды бирюзовым цветом вспыхнула берёза.

На гладких тонких ветках закудрявился бутон,
А ветер в тех краях, что приносил всем перемены,
С великой силой гор цветку навеял вихрем он
Невиданную ранее красу любовью смелой.

Тот цвет небес берёзе подарила бирюза,
Он соткан кружевами из волшебных гроз свеченья,
Оттуда где влюблённых вечно носят небеса,
Которых не страшат любых препятствий столкновенья.

Она небесный свет всем раздавала по ночам,
И звёзды стали звать её Берёзовая Роза.
Собой несла здоровье незатушенным свечам,
Листвою источая запах сказочной берёзы.

Берёзовая Роза собирала искры гроз,
И сок лечебный делала из них сердечком алым,
Взлетая словно тысячи светящихся стрекоз,
Туманное и жгучее всем солнце затмевала.

У родственниц берёзок вызывала Роза гнев,
Но всех прощала и сияла в том огромном царстве,
А каждым утром капала слезой своих дерев
На розовое облако туманного ненастья.

И столько слёз берёзовых на облако влилось,
Что хлынул дождь на Землю из берёзового моря,
И волны Розу щедро нарядили синевой,
Когда она в том море осушила слёзы горя.

Русалкой стал тот синий нашей Розочки цветок,
И вниз ушла она в бескрайних быстрых вод просторы,
Подарок за сиянье — подарили воды в срок
Чудесных пару ног, а силу, стойкость дали горы.

В Земное Царство сразу стала Роза влюблена,
И встретила из детских снов там сказочного принца,
Но как-то ночью сказки надоели ей сполна,
Когда смогли Анютиными Глазками присниться.

Русалочка узнала, что на синих берегах
Цветут, сверкая небом, голубого цвета глазки,
Однажды появились слёзки горя в тех глазах,
И наша героиня чёрным сном забыла сказки.

Слезами очень горькими написан тот рассказ,
Русалка навсегда рассталась с принцем сердцу милым,
Об этом будет следующий моей Русалки сказ,
Там слёзка её доченьки весь мир переменила.

***