Стрелок

Я наблюдаю за вами из укрытия.

Мечты.
Сколько себя помню, - никогда ничего не хотел. Ну, не в смысле, что не было желаний, а так, чтобы о чем-то сильно-сильно мечтать или грезить. Как-то поймал себя на мысли, что весь мир состоит из вещей и отношений, без которых я, в принципе, могу обойтись.

Азарт.
Я не азартен, не завистлив и не амбициозен. У меня всегда имеется собственное мнение по любому поводу, и мне плевать на состояние здоровья «соседской коровы». Люблю, чтобы оппонент признавал мою правоту, если я прав. Обратная реакция - выбешивает. Вытянуть человека из трясины его собственного долбоебизма попытаюсь, но предупреждаю, если с первой попытки не выйдет – брошу тонуть.

Адаптация.
Я точно знаю сумму, которой мне достаточно для комфортного городского проживания в течение одного месяца, но владею навыками выживания в лесу и уверен, что, возникни такая необходимость, сумею сократить собственные потребности до уровня прожиточного минимума Буркина-Фасо.

Зависимости.
Я самодостаточен и не патриотичен. Мне непонятно происхождение эмоций, заставляющих, казалось бы, сильного мужика исторгать в эфир скулеж в духе пошлых романсов типа «Маша, ты помнишь наши встречи». Мне знакомы доверие и привязанность, но я не знаю, что такое страсть, если это не одно из имен похоти. Курю (бросил и через 12 лет снова задымил), не употребляю наркотики (если не считать за употребление 2-3 косяка анаши в год), не злоупотребляю алкоголем (выпивать стараюсь в меру, к месту и в удовольствие).

Отношения.
Я делю окружающих меня людей на ближний круг: «Других Своих», и внешний круг: «Других Чужих». Первый круг «Других» (состоящий из тех, от которых что-то нужно мне и тех, кому что-либо нужно от меня) может временами рассчитывать на мою посильную помощь или моральную поддержку. На второй тип «Чужих» мне откровенно насрать, если даже все они вымрут одномоментно, мой мир не изменится.

Женщина в моей жизни никогда не была «призом», хотя девяносто процентов знакомых именно так себя позиционировали. Женщина – это функция. А если точнее, то всего четыре функции:

1) Функция секспартнерши (желательно изобретательной и умелой).
2) Собеседницы (желательно интересной).
3) Имиджевого элемента для произведения впечатления на друзей и родственников (по возможности благоприятного).
4) Материнская (если Я приму решение продолжиться в потомстве).
Все остальное - навязчивый сервис от производителя, вроде шагомера или компаса в смартфоне.
На деле, шансы встретить  девушку, сочетающую в себе набор функций №№ 1,2 и 3, пускай даже при наличии собственных «тараканов», настолько малы, что основной массив гуманоидов женского пола считает таких особей бракованными.

Женщины всегда оперируют лишь общими понятиями, но требуют от тебя конкретных действий. Удивительно, что при равных, казалось бы,  условиях партнерства: секс в обмен на секс – они постоянно требуют чего-то еще. Каких-то сверх бонусов в виде цветов, еды, денег, отношений, подотчетности и эксклюзивных прав на твою личную жизнь, имущество, пространство…

Новости.
Кому не начхать на то, скольким иудеям сверхточная арабская бомба оторвала пейсы или скольким не иудеям прикоптили уши обломки российского авиалайнера? Уверен, что только родственникам погибших хасидов или пассажиров. Любое кудахтанье «активно-позиционированных граждан» по подобному поводу воспринимается мной, как неприличная впечатлительность или, что хуже, как двуличие, обусловленное материальной либо иной заинтересованностью.

Религия.
Идите в жопу со своими тухлыми псалмами и заповедями, которые не работают. Это  о христианстве. Остальные «способы заработать на умственно-отсталых и их комплексах» - ничем не лучше. Верить надо в себя и трезво оценивать собственные возможности. Нет добра и зла, есть субъективно-ситуативное восприятие. Аз есьм.

Спорт.
Профессиональный – способ заработать много денег в качестве пенсии по инвалидности. Любительский – понты и потакание чужому мнению. Моя масса – это мое присутствие во Вселенной. Внешность? Дискомфорта лично я не испытываю, у меня лишнего веса нету, он у меня весь – полезный. Хрюк!

Страхи.
Умереть не боюсь. Боюсь оказаться недееспособным инвалидом, зависящим от «сердобольности» родственников, социума или медперсонала. Уж кто-кто, а я знаю цену этой показухе. Я за добровольную эвтаназию.

Я наблюдаю за вами через перекрестие окна и коллиматор монитора. И когда чувство стыда за то, что я принадлежу к одному с вами виду, переполняет меня, я начинаю бить прицельно, короткими очередями слов. В брюхо, голову, сердце. Наверное, ваша кожа толще моей, или «пули» мои не того калибра.

Жаль.