Профессор Молчанов стоял на полигоне в окружении коллег. Кутаясь в пальто от мороза, он внимательно наблюдал за прибором на небольшой металлической платформе. Предвкушение сменялось сомнением, потом тревогой, после радостью — сложно описать тот спектр эмоций, который сейчас царил в груди изобретателя.
— Павел Александрович, запускаем? — спросил один из ассистентов.

Но учёный не услышал его, погружённый в свои мысли. Несколько неудачных попыток давили на него бетонной плитой, снова и снова заставляя перебирать в голове и оценивать чертёж прибора. Руки нервно перебирали пуговицы, как будто проживая свою собственную, независимую от их владельца жизнь.
— Павел Александрович? — ассистент тихонько хлопнул его по плечу.
— А? — он слегка потряс головой, посмотрел на вопрошавшего, и, собравшись, наконец произнёс, — Да. Все на исходную! Пять… Четыре… Три… Два… Один… Пуск!

Верёвку, крепившую аэростат к платформе, обрезали, радиозонд взмыл в воздух.
— Фиксируйте, — скомандовал профессор подчинённому с блокнотом, — объект: “271120”, дата: тридцатое января тысяча девятьсот тридцатого года, время: тринадцать сорок четыре. Всё, товарищи! Проследуем в радиорубку для ожидания результата.
Молчанов и пятеро его коллег зашли в ангар, крытый профнастилом. Отсутствующее отопление не способствовало повышению температуры, хоть помещение и сберегало от ветра.
Коллегия учёных подбежала к примусу на столе, быстренько поставив на него чайник, изобретатель же сел на край стола рядом с радиопередатчиком.

— Павел Александрович, напомните, пожалуйста, устройство прибора, — попросил один из присутствующих.
Изобретатель, как и десяток раз до этого перед различными комиссиями СССР, начал декламировать уже заученный наизусть принцип действия своего изобретения:
— К воздушному шару, наполненному водородом, крепятся датчики температуры, барометр и нить из человеческих волос, определяющая влажность посредством удлинения оной за счёт взаимодействия с водяным паром. Измерения дистанционно передадутся азбукой Морзе на радиоприёмник, который в данный момент находится прямо передо мной.

Примерно через полчаса из динамика посыпались точки и тире. Молчанов схватился за ручку и стал быстро записывать показания.
— Товарищи учёные, мы можем собой гордиться! Это прорыв, у нас получилось! Высота — семь целых восемь десятых километра, температура — минус сорок и семь десятых градусов по Цельсию. Вечером приглашаю всех в ресторан скромно отпраздновать нашу победу! Эх, хорошо бы когда-нибудь поднять фотокамеру выше и посмотреть на снимки движения воздушных масс, формирование циклонов и антициклонов, а как красиво, наверное, выглядят облака!
Они чокнулись дымящимися кружками с чаем и крикнули “ура”.

* * *
— Ари, веди облачную овцу! — крикнула Марта.
— Иди, иди ко мне, маленькая, — Ари поманил её морковкой и завёл на деревянную платформу.
Марта принялась работать ножницами, обстригая белые клочья. Когда их накопилось достаточно, она крикнула:
— Сэмми, запускай!

Парень в фермерском комбинезоне нажал кнопку на огромном вентиляторе, и нарезанная Мартой облачная шерсть взмыла в небо.
— Ари, через десять минут будем над Южной Америкой, веди штормовую овцу! Сьюзи, начинай доить дождевую корову!
И вот грозовые облака оторвались от поверхности, а дождевая вода хлынула в шлюзы. Марта подошла к дисковому телефону, стоявшему на столе неподалёку прямо посреди луга, набрала номер и произнесла:
— Томас, радужные жабы в третью секцию! Передай Катрин готовить снежных котов! Отдых через полчаса!

Собравшись за столом, небожители в фермерской одежде разлили чай по кружкам из заранее подготовленного фарфорового чайника и расселись по местам, наслаждаясь передышкой. Вокруг раскинулись заливные луга и небольшие рощицы, поодаль стояла деревенька на несколько десятков домов. Летающий остров плыл по заданному курсу.

— Эх, Марта, сколько веков мы уже этим занимаемся? — произнёс пожилой Томас.
— Да уже пятнадцатый идёт. Помнишь, как мы Землю в шар сворачивали, чтобы люди с краёв не падали? — рассмеялась Марта.
— Ой, а как законы физики правили? Целую схему рисовать пришлось и формулы расписывать. Сто пятьдесят лет ушло.
— Да, пора себе смену готовить. Том, а ты слышал, что они про погоду думают? Вода у них испаряется, в облака превращается, смену времён года придумали!
— Пусть это снежным котам расскажут!
Они рассмеялись.
— Что-то прогресс быстро двигается в последние годы, нужно отражатели переделывать, а то глядишь, выше поднимутся и нас обнаружат, — покачал головой Томас.
— Ещё не хватало! Наши родители от них сбежали, чтобы прошениями не доставали, а то расплодились! Пусть за рецепт пива спасибо скажут! — воскликнула Марта.
— Ладно, пора. Скоро ветровых индеек выпускать. Пойдём, ребята!

Небожители встали и направились выполнять древние, как сам мир, обязанности.