Литературный портал Литкульт

Бабка Анна Мартыновна жила на краю посёлка. Первого мужа на войну партизаном проводила да так домой и не дождалась. Сначала одна по хозяйству и с двумя сыновьями справлялась, после войны второй раз замуж вышла. С того времени её по мужу прозвали Варфоломеиха.

Женщины Анну не любили. Опаивает, мол, мужиков заговорённой бражкой. Дуреют они с неё да на жён с кулаками бросаются. Про себя ведьмой и колдуньей звали. "Сама крестик не носит, детей в церковь не водит да по ночам баню топит. Небось тогда-то самогон свой и заговаривает" - шептались меж собой соседки.

Анна нелюдимая была, грубая, правду всю в глаза говорила, поэтому днём дом её стороной обходили. А как ночь наступала, к Варфоломеихе со своими бедами бежали.

- Помогай, бабка Анна, не то меня мой поколотит и прогонит из дому. Говорит, на кой я ему такая нужна, коли родить не могу.

Анна нальёт несчастной крепкую в гранёный стакан да и говорит: "На, пей, чтоб тело пообмякло. Как допьёшь, в баню приходи". А у самой уже и веник берёзовый в тёплой воде запарен, как будто знала, что придут к ней. Пошепчет над тазом, попарит хорошенько и отправляет к муженьку под бочок. Через полгода молодка уж пузатая ходит да нос от Варфоломеихи воротит.

Старуха только улыбается - знает, что как прижмёт, та снова в баньку к ней заглянет. И заглядывала. С младенцем на руках.

- День и ночь орёт, ни спать, ни есть не даёт. Уж не сглазил ли кто?

Анна новоиспечённой матери крепкую толкает, сама костлявыми руками небрежно младенца хватает и в баню с ним. Через минуту выносит, отдаёт. С того времени уж не ждёт больше её в гости.

Так и прожила: внуков вынянчила, мужа схоронила. Чем старше была, тем угрюмей становилась. На людей неблагодарных обиду растила. Пока здоровье позволяло, одна жила. Как глаза видеть перестали, дочь её к себе забрала, хоть Анна и сопротивлялась.

Дом снесли, а на его месте построили здание местного лесничества. Трудовые книжки, личные дела рабочих, сейф с зарплатами там держать решили. Только обустроились, здание и погорело. Все бумажки в огне остались. Фундамент да пару обугленных брёвен на том месте теперь. Опять шептались в посёлке, мол, Варфоломеиха это на людей всех обозлилась и отомстила. Радовались, что деньгами взяла, а не жизнью чьей-то.

Перед смертью Анна позвала к себе младшего внука. 

- Женишься скоро, Володя. На свадьбе твоей побывать не успею, поэтому сейчас благословляю. Жена тебе не сразу родит, не пугайся. Как время придёт, заберёшь из роддома девочку. Вся в меня она будет: волосы как огонь, а сердце холодное.

Через неделю Варфоломеиху схоронили.

Немного погодя Владимир женился. Над словами бабушки первый год он смеялся, на второй бездетный - начал беспокоиться, на третий и жена заметно погрустнела.

Девочка родилась на четвёртый год, летом, рыжая, щёки в рябинках - всё, как Варфоломеиха и говорила.