Литературный портал Литкульт

Все имена, персонажи, места и события в этом произведении являются плодом воображения автора или используются в вымышленном виде. Любое сходство с реальными людьми, живыми или умершими, реальными событиями или местами действия  является случайным.

Часть 15. Страшное известие. Хроники столицы мира

В деревню, спотыкаясь, вбежал часки с выпученными глазами и высунутым языком. Он рухнул в пыль у ног Либертад.

— О Верховная Жрица Солнца! — начал он. — Ваш муж...

— Что с ним? — Либертад побледнела. — Он  проиграл рэп-баттл? Пропил балалайку? Растерял свой творческий потенциал?

— Хуже, — мрачно сообщил часки. — В Бухалово водку перед праздниками завезли. А он не лицом, а жопой к людям в очередь встал. Местные не поняли. Сказали — колдун. Ну и... бутылкой по темечку. Погиб смертью храбрых. Прямо в луже уснул.

Либертад медленно опустилась на колени, достала бубен и кахон. Но вместо ритма «SOS» она начала выбивать глухой, рваный ритм древней траурной песни. По щекам покатились слезы, смывая золотую краску, которой Верховная Жрица Солнца обычно покрывала лицо.

Михалыч стоял в стороне, неловко переминаясь с ноги на ногу. Он снял ушанку, почесал затылок, снова надел ее.

— Ну, это... земля пухом, — пробасил он. — Мужик он был, конечно, со странностями. Зато на балалайке здорово играл.

Либертад перестала бить в бубен. Она подняла на Михалыча огромные обсидиановые глаза,  полные скорби.

— Он ушел в земли предков, — тихо сказала она. — Теперь я совсем одна. Старшие дети  ушли искать отца. Остались младшие. Еще медведь с хроническим запором.

Михалыч неуклюже обнял ее за плечи.

— Не реви, принцесса. У тебя теперь трактор есть. И Конкистадор при деле. А детей твоих я из любой сельвы достану. У меня карта генштаба в голове, я по звездам и по мху дорогу найду.

Либертад внимательно посмотрела на него.

— Скажи, шаман... — прошептала она, робко взяв Михалыча за руку. — А ты умеешь играть на балалайке?

Михалыч густо покраснел.

— Не-а, — честно признался он. — Я больше по части карбюраторов. Но если надо — научусь. Могу и бубен освоить.

Тукан на крыше одобрительно каркнул:

 — Р-романтика!

Паддингтон, сидевший под деревом, тихонько засопел и полез в свой тайник за новой порцией мармелада — помянуть Великого Йе.

А в это время где-то далеко, в сельве, Брдыщ прорубал очередную просеку, и сейсмические станции в Лиме зафиксировали новый приступ его праведного гнева. Брдыщ пробирался в Бухалово и шел напролом. Он точно знал, что найдет отца – живым или мертвым. 

(Продолжение следует)