Литературный портал Литкульт

Все имена, персонажи, места и события в этом произведении являются плодом воображения автора или используются в вымышленном виде. Любое сходство с реальными людьми, живыми или умершими, реальными событиями или местами действия  является случайным.

Часть 16. Исход из Бухалова. Хроники столицы мира

Очередь за водкой в бухаловский круглосуточный магазин изгибалась от сельмага до самой околицы, петляла между покосившимися заборами и уходила куда-то в туман. Бывший рэпер Канье Вест, он же местный балалаечник Кузьмич-Западловский, стоял в ней уже третий час. Вернее, лежал в луже.

Лужа была глубокая, холодная, пахнущая навозом. Он упал в нее еще утром, когда местный тракторист вежливо, но твердо попросил «звезду» подвинуться. Канье хотел было прочитать ему лекцию о современном искусстве и своем эго, но тракторист был шире, а лужа — ближе.

Если бы Либертад сейчас увидела мужа, она бы приняла его за бомжа. Великий Йе, он же отставной генерал Сан-Мартин, выглядел неважно. Его генеральский мундир со стразами превратился в мокрую тряпку, золотые цепи покрылись зеленой ряской, а к макушке прилипла пожухлая березовая веточка.

Очередь молчала. Только где-то вдалеке, у дверей сельмага, кто-то звенел бутылками и стучал деревянными ящиками.

— Че разлегся, артист? — просипел мужик в телогрейке, стоявший за Канье. — Щас водку завезут. Подымайся, падать после будешь.

Великий Йе попытался встать. Руки скользили по дну лужи. Он уперся ладонями, подтянул колени и кое-как принял вертикальное положение. И тут в голове, забитой туманом Бухалова, что-то щелкнуло.

А затем... затем прорвало плотину. В голове, как в проекторе, замелькали картинки из прошлой жизни. Либертад танцует с бубном и молится Солнцу. Тупак Амара поджигает сарай. Атауальпа забивает гвозди в золотые кроссовки со встроенной драм-машиной. Тити и Кака пускают пузыри в железном ведре. Йода сидит на крыше и машет отцу своей зеленой трехпалой лапкой. Альпака жует его лучшие штаны со стразами.

Он вспомнил, зачем он вообще приперся в эту дыру. Он приехал в Бухалово за вдохновением, за настоящими народными страданиями. Но нашел только водку и проиграл самому себе баттл. Местные не оценили его флоу. И стукнули бутылкой по темечку. Так он оказался в луже.

— Мне надо домой, — прохрипел Канье, глядя в серое небо.

— Всем надо, — философски заметил мужик в телогрейке. — Терпи. Еще час стоять.

Канье посмотрел на очередь, уходящую в вечность. Он представил лицо Либертад, когда ей сообщат о его гибели. Она не будет плакать. Она достанет бубен и начнет выбивать ритм траурной песни, от которого трескаются камни.

Он развернулся. Очередь возмущенно загудела — чужак нарушил геометрию пространства.

 — Куда без очереди?! — рявкнул кто-то.

— В Ñahui, — честно ответил Канье Вест.

Очередь на секунду замолчала, обдумывая услышанное, а потом кто-то из задних рядов уважительно протянул:

 — Бог в помощь.

Великий Йе сделал шаг. Ноги, отвыкшие от твердой земли, подкосились. Он выбрался из грязи, отряхнулся, поправил на шее грязную золотую цепь и, шатаясь, пошел прочь от сельмага.  Он был пьян, но бесстрашен.

— Я великий рэпер. Я прошел Долину Смерти. Я женился на принцессе инков, и Либертад ждет меня. Я найду дорогу.

Он прошел совсем немного, и кусты на обочине затрещали. Из темноты  выкатился Брдыщ. Он тяжело дышал, а из-под хвоста тянулся легкий дымок от мощного саббаса, которым Брдыщ сносил вековые дубы на своем пути.

Увидев отца, пердящий монстр радостно взвизгнул, подбежал и с разбегу боднул его в живот. Оба рухнули в грязь.

— Папа! — проревел Брдыщ. — Я шел на  чистом 808-м басе!

— Нам нужен транспорт, — сказал Канье, отряхивая шерсть сына с рукава своего генеральского мундира со стразами.

Они пошли на площадь, где обычно стояла автолавка Петровича. Но вместо фургона с надписью «Продукты – 24 часа» они увидели лишь обгоревший остов. Кабина была разворочена, колеса валялись в канаве.

Канье заглянул в кузов.

— Мотор на месте. Батарея жива. Будем делать дабстеп на максималках.

Брдыщ радостно выпустил газы.

— Трогай! — скомандовал Великий Йе.

 Брдыщ уперся лапами в землю. Автолавка дернулась, снесла забор местного участкового и со скоростью хромой черепахи покатила по колдобинам.

(Продолжение следует)